Творец не почувствовал боли, когда рабочей рукой отрубил себе кисть левой, но от кисти правой руки избавиться было сложнее. Пришлось нанести несколько сильных ударов плашмя об один из острых выступов пещеры. Из глаз его лились слёзы, он подвывал от боли, но не разу не вскрикнул, чтобы не спугнуть своего нового собеседника, которого он заочно считал своим другом.
