Отзывы на книги автора «Сергей Бирюк»

Ливонская война, имевшая целью прорубить окно в Европу, не самая успешная война в истории России, особенно на втором этапе, но не могу не восхищаться подвигом псковичей и не только ратников, но даже женщин и детей, которые подтаскивали воинам камешки, чтобы не позволить врагам зайти внутрь. Особенно если посмотреть на Радзивиллов, которым было жалко портить красоту и проще было сдать, даже несмотря на то, что в замке значительная часть от артиллерии всей Речи Посполитой. Радзивиллов вспомнил не случайно Ведь Николай "Сиротка" Радзивилл был одним из участников походов на Русь, в том числе и осады Пскова.

Несвижский замок (гнездо Радзивиллов), Минская область, чьё строительство инициировал Сиротка.

Мирский замок (ещё одно гнездо Радзивиллов), Минская область

У Псковичей такой проблемы не было. Хотя Псковский кремль тоже прекрасен. Лично я считаю его самым крутым российским кремлём. учитывая крепость самого кремля, хитрость, разум, отвагу и упорство его защитников. Камешков можно всегда доставить. Есть место для гарнизона. Как понял из книги на тот момент пришлось спешно возводить дополнительные деревянные конструкции для защиты от артиллерии, для помощи в освещении в некоторых ситуациях из-за технологического отставания, но так или иначе периодически Псковский кремль модернизировался вплоть до Северной войны.

Помню я тогда хорошо походил по башням, позаглядывал во всевозможные бойницы, поорал на шведов и поляков. Модуль "ватник" был активирован по полной.

Вот вид сверху (фото не моё)

В общем читал и вспоминал какая башня, с какой стороны, но судя по тому, что помню летом и осенью там выбор для атаки не особо велик по меркам XVI века. Автор не ограничился только Псковской осадой, а описал состояние армии Стефана Батория - короля Речи Посполитой. Интересной особенностью в армии Батория было наличия шотландцев, венгров, немцев и прочих ЧВКшников. Но артиллерии им там недоставало. У нас участвовали стрельцы ,казаки, татары, имелась достаточная для обороны артиллерия запасы камней, леса, ведь за Псковом стояла вся Россия и после утраты Полоцка, поражения при Великих Луках, в Торопце, Псков должен был выстоять, чтобы если уж не сохранить русскую государственность, то как минимум выторговать условия мира получше. И у Псковичей получилось.

Было много рассказано и про деньги, кто сколько получал, как происходила коррекция жалования воинов в зависимости от позитивного отрицательного роста цен, бюджетов, согласования бюджетов (особенно у поляков) Очень много описывалось тактики, как наши поджигали деревянные укрепления, чтобы помешать работам в ночи, спешно строили. Стегали каменотёсов длинными палками. Из ратников следует сказать о Псковском наместнике Иване Шуйском, герое дня ВДВ битвы при Молодях. Он дал крестоцеловальную клятву Ивану Грозному в Успенском соборе, что Псков не сдаст. И не сдал. Жалко, что нет ни парсуны, ни иного его портрета. В его подчинении находился родственник из старшей в системе местнического  права ветви Василий Фёдорович Скопин-Шуйский, который был отцом легендарного Михаила Васильевича. Интересен был случай в ходе обороны с "подарком" с взрывчаткой. Плакали всем чатом и задавались вопросом можно ли это считать подарком.

Ян Остромецкий предложил Замойскому отомстить русским за их коварство — убив с помощью взрывного устройства воеводу Шуйского. Замойский отпустил Остромецкого, не дав ему ни разрешения, ни запрещения употребить взрывное устройство. Ночью 9 января Остромецкий отправил в крепость пленного Иоанна Миллера с ларцом — «подарком» для воеводы. Согласно «Повести…», ларец сопровождался грамотой, в которой говорилось, что в нем находится казна королевского дворянина Гансумеллера, который хочет перейти на сторону царя. Гансумеллер предлагал Ивану Шуйскому осмотреть казну лично. Прочитав грамоту, Иван Шуйский, «…посоветовавшись со своими товарищами, почувствовав, что ларец тот с обманом, повелел найти таких мастеров, которые ларцы отпирают, и отнести ларец подальше от воеводской съезжей избы своей, и отпереть его со всей осторожностью. Когда мастер открыл тот ларец, то увидел, что он дополна наполнен: двадцать четыре заряженных самопала смотрели на все четыре стороны, поверх их было насыпано с пуд пороха, взведенные же замки самопалов были соединены ремнем с запором ларца, стоило только дотронуться до него, как спускались курки взведенных самопалов, высекая огонь, поджигая порох» 

Получилась драматичная и героическая история с кучей статистической информации, со схемами, иллюстрация об эпохе от русских художников, иностранных художников. Хотелось бы, если автор проводит в Пскове экскурсии, то сходить бы на экскурсию с ним с визуализацией. Есть также статистическое сравнение осады Батория и Густава Адольфа 2 1615 года, которая также окончилась неудачей для шведов.

После советских книг начнем читать современные издания с прямо противоположным посылом. Книги авторства авторства псковича Сергея Бирюка я уже читал и описывал на страницах LiveLib'а ( Март 1944. Битва за Псков и Битва за Псков. Апрель 1944,) они характерны механистическим перенесением на бумагу архивных документов из РГВА/ЦАМО с весьма умеренным взглядом самого автора в выводах о произошедшем. Эта книга не стала исключением, и представляет собой довоенную историю пяти дивизий, стрелковых 56-й, 75-й, 155-й, 43-й, 25-й мото-кавалерийской и 200-го гаубичного артполка. Странность в том, что целью работы был заявлен рассказ о попытках 8-й армии в северном Приладожье пробиться на северном берегу озера к Сортавале, а затем зайти в тыл финнам на линии Маннергейма в Карелии. Только вот из это ряда выбиваются 43-я СД и 200-й ГАП воевавшие в составе 7-й армии, то есть непосредственно наступавшие на ЛМ. То есть совершенно непонятно, то ли документов по другим дивизиям 8А не нашлось, то ли еще какие-то причины заставили включить посторонние соединения в и без того тонкую, меньше двух сотен страниц книгу.

Содержание по дивизиям в целом одинаково. Довоенная история, переброска к финской границе, бои в ноябре-марте 1939-40 годов с развенчиванием "польско-прибалтийских" настроений и веры в классовую солидарность. Эпизоды боев, потери, действия противостоящих финских сил в основном взятых из книги Раунио-Килина, недостатки в выучке и тактике в конкретных дивизиях и способы их преодоления. Это конечно странно, но в местности, которую сами финны считали пригодной лишь для партизанских действий, советское командование развернуло целую армию и поставило целями продвижение в 100 км за неделю, как будто самих финнов не было. Ну и пошли вперед, на примере 56-й стрелковой Московской было видно как без боевого охранения, без регулировки на единственной дороге, почему-то оставив саперов в тылах, дивизия двигалась ровно до момента начала сопротивления финнов. Дальше были бои, в которых материальное превосходство РККА скорее помогало проявлять упорство в обороне при финских контратаках, нежели последовательно продвигаться вперед. Как своеобразный армейский юмор можно расценить инициативу Буденного по предложению использования конницы в 8-й Армии командарма-2 Штерна для разведки и прикрытия. Но на фронт прибыли уже диковинные мото-кавалерийские части, в которых лошадей сократили до минимума, а все ими транспортируемое перевели на механическую тягу. Кроме того в процессе перестройки кавалеристы превратились в лыжников, которые должны были скопировать тактику летучих финских отрядов, посчитали, что бывшие конники понимают в маневре, только на лыжах. Даже призывники с Кавказа и Средней Азии, зачастую никогда снега не видевшие. На практике дивизия как и все другие наступали фронтально, часть ее полков раздергали для обеспечения других соединений. В общем, не взлетело.

Сама книга как чтение на пару вечером вполне годится, но какого-то откровения не несет, довоенные условия службы хорошо бьются с описанием РККА в двухтомнике Андрея Смирнова, а конкретные неудачи отдельных дивизий из глав в книге отражают все недостатки нашей армии в том конфликте в целом. Ощутимым плюсом является отдельная статья О.Н. Киселёва (одна из его книг на очереди) про структуру финской армии к началу конфликта плюс сводную таблицу по всем советскими дивизиям участвующим в войне с их командованием, подчинением и местам боев.

Эту монографию я прочел во время недельного отпуска, проведенного в Пскове, как раз на родине автора Сергея Бирюка. После отличной книги по Северному фасу КД автор остался на данном направлении, но к сожалению, начал повторять свой авторский стиль из книг по Северо-Западу. Данная книга описывает события между 26 августа и концом сентября 1943-го года, случившиеся во время наступления Центрального фронта с западного фаса Курской Дуги и вплоть до форсирования Днепра между Гомелем и Любичем, чуть севернее линии границы УССР и БССР. Авторская редакция подразумевает нагромождением хронологически подобранных выписок из ЖБД советской и немецкой стороны, на уровне армий, корпусов и дивизий, так что монографию читать достаточно сложно, проще пролистать или вовсе не пытаться за нее браться неподготовленному читателю.

2-я армия на Курской Дуге по немецким планам вообще не участвовала в "Цитадели", а посему пополнялась по остаточному принципу. Девять пехотных и две танковых дивизии в разрезе батальонов были пополнены в массе своей до 250-450 человек, а вот две танковые дивизии с примерно сотней танков старых систем и полсотней САУ знавали лучшее время. В то же время у советской стороны были все время счастливо простоявшие на западном фасе 48, 65 и 60-я армии, тоже не очень комплектные по тем же причинам, что и у немцев. Плюс прилично раздетые 13-я и 70-я армии из героев северного фаса. И 2-я танковая армия Богданова. В любом случае минимум двойное превосходство во всем, от пехоты до танков и артиллерии калибра крупнее 105-мм не оставляло немцам каких либо шансов остановить каток на запад. Особенностью театра военных действий были две реки, Десна и Днепр, на которые постоянно оглядывались немецкие командующие, а за ними начиналась Припятская низменность со знаменитыми болотами, что в перспективе разделяли весь театр боевых действий надвое (напоминаю про хороший переводной труд Припятская проблема, о котором писал в свое время). Это одновременно был и тупик и в то же время связующий узел важнейшей рокады от Гомеля к Киеву, поэтому за него немцы пытались держаться до последнего.

В целом наступление получилось скорее пехотно-прогрызательным, нежели танково-прорывательным, потому что 2-ю танковую армию Богданова после Севска попытались бросить в прорыв сквозь еще не пробитую немецкую оборону, где она понесла совершенно ненужные потери. Немцы применяли свою обычную тактику эластичной обороны и выжженной земли, перекатываясь от рубежа к рубежу каждые 10-15 км, в надежде все-таки остановить натиск на рубеже рек. Но тут против немцев играла сама природа. Десна в нижнем течении и Днепр в среднем имеют не очень высокие западные берега, извилисты, с кучей островов и не проглядываемых участков. И советские воины, словив кураж наступления, просто на попавшихся лодках, бочках, а то и скатках шинелей с сеном переплывали реки, создавали плацдармы, отбивали немецкие контратаки, если те были, и шли дальше на запад. Такая зерг-рашевская тактика подтвержденная приказами и обещаниями наград просто перегрузило немецкую оборону, которая к тому же столкнулась с трудностями по эвакуации тяжелого вооружения через Днепр с одновременно зачем-то удерживаемыми плацдармами на восточном берегу, например напротив Чернобыля. В целом по тексту, главными задерживающими факторами советского наступления на берегу Днепра было отсутствие готовых мостов на Десне, в связи с чем у войск был постоянный дефицит всего, вплоть до патронов к стрелковке. И если плацдарм в размере полка-другого успевал окопаться, подтащить артиллерию и организовать ПВО, то никакие немецкие попытки его сковырнуть, даже с помощью танков, уже не удавались.

В целом монография только подтвердила мое подозрение, что у Сергея Бирюка хорошо получаются описания тактических эпизодов, но события крупнее масштабом уже не выходят, и нужно самостоятельно строить общую картину на основе вороха неразбавленной первички. Ну и место тоже такое заколдованное, есть книга Неизвестное сражение маршала Рокоссовского брянского историка С. В. Ушкалова с абсолютно такой же подборкой документов из первички по событиям февраля-марта 1943-го, приведшим к формированию северо-западного фаса Курской дуги. Там тоже книга была не очень интересная про потенциально интересную тему.

Продолжим чтение милитаризма, в планах до лета события 1944-го на северо-западном направлении, и весь 1945-й. Я уже писал в блоге про исследование хорошо известного в узких кругах псковича Сергея Бирюка, до этого занимавшегося историей отдельных частей Российской императорской армии. Март 1944. Битва за Псков представляет собою первую попытку в отечественной историографии рассказать о боях за рубеж реки Великой, где немцы возвели сильную оборонительную позицию, т.н "Линию Пантеры". Три советских армии и отдельный корпус уже на излете всей Ленинградско-Новгородской стратегической наступательной операции попытались сходу прорвать немецкую оборону и освободить Псков и Остров, являющиеся воротами в Прибалтику. Этого не удалось, и освобождение Пскова было отсрочено до июля 1944-го. Книга же описывает действия 42-й, 67-й, 54-й армий и 118-го стрелкового корпуса в течении первых двенадцати дней марта 44-го, когда уже поредевшие за полтора месяца наступлений советские войска вышли к "Пантере" и попытались вслепую прорвать ее оборонительные линии. Получилась тяжелое и кровопролитное позиционное сражение, в которой успех ограничивался считанными километрами продвижения. Тем не менее, эти части добились даже большего, чем на других участках фронта, поэтому в военной истории это наступление получило отдельное название как Псковская наступательная операция левого крыла Ленинградского фронта.

Сам по себе написанный текст, несмотря на всю свежесть темы, не впечатляет. По сути это состыкованные донесения на уровне "дивизия-полк" с обеих сторон, сухо описывающие предельно однообразное прогрызание немецкой обороны, причем еще в предполье главное оборонительной линии "Пантера", проходившей по линии реки Великой. Отброшеные от Ленинграда немецкие корпуса в потрепанном, но боеспособном виде отошли к границам Прибалтики, сохранив свою корпусную артиллерию и подвижные части, ставшие армированием новой линии обороны. Бои, весьма схожие с идущими примерно одновременно наступлениями в Белоруссии, лишь с тем отличием, что Вермахт на западном направлении имел куда меньше проблем со снабжением, а тут все стороны дружно жаловались на плохое снабжение боеприпасами. Кстати, тут еще на странице 54 есть хороший пример, доказывающий как вредно иногда бездумно переводить немецкие документы и вставлять их в текст. Потому что читая пассажи типа процитированного, мне хочется кинуть книгой в редакторов.

Противник, видя развертывание советских войск для атаки, не мог помешать ему. К сожалению, у немцев было недостаточно артиллерийских боеприпасов.

Немцы зарылись в землю, опираясь на линию железобетонных и бронированных укреплений на ведущих высотах, вызывая огонь артиллерии и ликвидируя вклинения в оборону атаками малых групп танков и резервных рот. Советские войска, чью существенную долю составляли набранные и наспех обученные с оккупированных территорий солдаты при жутко низком качестве командования в звене батальон-полк-дивизия, ничего оригинальнее атаками живой силы придумать не смогли. С выходом к Псковскому озеру появились планы обойти немецкую оборону по льду, в отличии от нынешней невыносимо теплой зимы за окном, лед в 1944-м выдерживал даже легкие танки, но немцы, обеспокоенные визитами советской разведки, повзрывали ледяной покров у своих берегов. Вообще, конечно странно, что у укреплений топталась даже 67-я армия, которая была на острии прорыва в операции "Искра, а потом вела бои в 1943 в сходных условиях под Мгой и на Синявинских, видно эти бои командование и офицеров мало чему обучили. Есть даже в книге трагикомический пример о пришедшем сверху указании сформировать штурмовые группы для атак укрепленных позиций. Нет вопросов, выбирается взвод, называется штурмовым, и опять идет в напрасную атаку с обычной тактикой, пример военного карго-культа, будто обычное переименование без изменения сути может помочь. Зато наверх отчитались о формировании по спускаемым требованиям. Относительно немногочисленная бронетехника, при малом количестве Т-34 и КВ-2, и неожиданном большом зоопарке еще довоенных образцов и ленд-лизовских иномарок успешно выбивалась немцами из стоящих в засадах танковых и зенитных орудий, советская артиллерия отставала и контр-батарейную борьбу наладить не могла. Про действия авиации сторон есть два-три упоминания по тексту, тема воздуха вообще не затрагивается. Промучавшись так до конца марта, советское командование решило, что надо что-то менять. Об этом уже читаю продолжение, Битва за Псков. Апрель 1944 того же автора, вышедшее в конце прошлого года.

Батарея орудий ЗиС-3 ведет огонь на южной окраине города во время боев за освобождение Луги. Февраль 1944-го, фото Рафаила Мазелева

На обложке издатели поместили обрезанную картинку расчета 76.2-мм орудия, ведущего огонь прямой наводкой в районе Ропши. Полная фотография интереснее, слева на ней выглядящая целой и развернутая в направлении врага немецкая 88-мм зенитная пушка FlaK 18/36/37, знаменитый "ахт-ахт", один из символов Вермахта. Возможно из захваченного оружия вели огонь покуда хватало снарядов, потом на удобную позицию вывели советских артиллеристов.

Псковича Сергея Бирюка в военно-исторической тусовке как-то в шутку назвали "бешеным принтером", потому что с 2019 года издательства резво повытаскивали его написанные в ящик книги по военной истории и выдали длинной очередью, пять книг по ВОВ, и еще по одной про Финскую и русско-японскую. Сами книги составлены весьма одинаково, их ценность больше в том, что они отражают достаточно малоизвестные бои на северо-западном направлении, под Ленинградом, Псковом и Новгородом, и сейчас у меня на очереди помимо это прочитанной еще три других монографии. Я написал "составленные", потому что они характерны механистическим перенесением на бумагу архивных документов из ЦАМО и NARA с редкими вкраплениями советских мемуаров и немецких дивизионных историй с весьма умеренным взглядом самого автора в выводах о произошедшем, больше представленным не в самом массиве текста, а в выводах в конце.

Тем не менее, на данный момент это самый свежий труд по "Январьскому грому", наступлению армий Ленинградского фронта с 14 о 31 января 1944-го года, то есть с Ораниенбаумского плацдарма и пригородов Ленинграда до достижении Луги и отставки Кюхлера с поста командующего группы армий "Север". Все мероприятия присланного тушить пожар Моделя остаются для следующих книг. С советской стороны наступление примечательно длительной подготовкой - почти четыре месяца, и переброска целой 2-й ударной армии на Ораниенбаум. А это 40 тысяч человек, больше 1300 орудий и минометов, 1300 вагонов грузов для армии, причем переброска оставшаяся незамеченной для немцев, связавших усиленное движение с желанием что-то там сделать до ледостава. Полной тактической внезапности все равно достичь не удалось, немцы понимали, что новое наступление не за горами, но неправильно предсказали его местный размах, как желание взять немецкую перемычку между основным фронтом и плацдармом, подобно совсем недавнему сентябрьскому наступлению советских войск, отбивших многострадальные Синявинские высоты.

В целом поражение немцев еще и обусловлено поражением их войск на других участках фронта. С осени 1943-го немцы последовательно вывели восемь немецких дивизий на другие участки фронта, а 250-ю испанскую вообще удалили с войны по политическим причинам. В конце декабря были выведены еще три дивизии, в том числе ветерана этого фронта элитную 1-я пехотную, взамен дали III тк СС из мотопехотной дивизии и бригады всяких фольксдойче. Снизившаяся до 3/5 боевая численность 18-й армии на самом деле была еще ниже по качественным критериям, потому что фронт теперь подпирали т.н. авиаполевые дивизии из персонала Люфтваффе, которые сами немцы ценили по третьей категории годности. Поэтому в первый день наступления немцы потратили свои тактические резервы, на следующий день настало очередь оперативного, а потом все свободные войска просто кончились, а советские войска и не думали ставить себе мелких задач, атакуя по всему фронту. Рельеф местности и еще неумение советских командиров на местах наступать позволили немцам обойтись без крупных окружений, хотя все равно три дивизии были почти полностью уничтожены (в том числе две авиаполевых), была потеряна солидная часть осадной артиллерии Рейха под Ленинградом. Сами сражения скорее напоминали первую мировую или даже финскую, пехотное наступление с отстающей артиллерией и танками для непосредственной поддержки, танковые десанты свои роль в захвате важных пересечений дорог не удались. Увы, но все это написано как мешанина действий корпусов, дивизий и полков для обеих сторон, так что читать и разбирать это может только подготовленный человек. Но делать нечего, книги автора надо штудировать и описывать для LiveLib'а, беру следующую для чтения о наступлении под Новгородом в рамках того же "первого сталинского удара".

Эта книга является продолжением монографии Март 1944. Битва за Псков авторства псковича Сергея Бирюка, и описывает вторую фазу наступления вышедшего в историю как Псковская наступательная операция левого крыла Ленинградского фронта с конца марта по середину апреля 1944-го года. Эти бои были успешнее мартовских, но причины неудачи наступления в итоге были теми же самыми - проблемы с логистикой в распутицу и неумение воспользоваться первоначально достигнутыми успехами. В целом книга такая-же однообразная как и первая часть, и состоит из линейного подневного пересказа советских и немецких донесений с редкими вкраплениями советских мемуаров и героических немецких дивизионных историй.

Советская сторона теперь сделала акцент на прорыв обороны с помощью штурмовых батальонов, реально подготовленных, а не номинальных, как в начале марта. Это сработало, по крайней мере при штурме первых линий, прижимаясь к огневому валу пехотинцы достаточно быстро преодолели немецкую оборону в предполье изолируя и расправляясь с не ожидавшими такой прыти немцами в их бронированных укрытиях. Возможно так же не ожидало такого успеха и советское командование, запоздало, спустя дни (!) после первых достижений введшие в бой вторые эшелоны по развитию успеха. Но было уже поздно, немцы в типичной манере "с бору по сосенке" понатаскали для затыкания прорыва по роте-батальону-полку откуда только можно, подогнали бронетехнику и крепко зацепились за следующую оборонительную линию, огрызаясь частыми контратаками и куда лучше используя массированную артиллерию. Вообще, странно это читать, но после всех боев блокады, где артиллерия часто была последней надеждой осажденного города советское командование не могло раз за разом организовать противобатарейную борьбу. Кроме того немцы, как выясняется из донесений, достаточно свободно читали советские переговоры и хорошо представляли себе шаги советской стороны. Вплоть до того, что немецкие дешифровальщики сообщали своему корпусному руководству о том, какие немецкие части ведут переговоры открытым текстом, и их, в свою очередь, слушают и докладывают наверх советские радисты. Организовав вклинение до 8 км вглубь обороны советское наступление выдохлось и линия фронта застыла до лета. В общем-то неудивительно, основной состав 4-5 тысячных дивизий составляли недавно призванные с освобожденных территорий люди, толком не обученные (это в штурмовые отряды старались набирать коммунистов и обстрелянных ветеранов), под стать им были и офицеры низшего звена, вообще проблемы с командованием вплоть уровня дивизии красной нитью проходят через все описание боев.

Последней главой стала вообще неизвестная мне частная операция 67-й армии по срезу одного из выступов фронта, кончившегося вничью, сначала срезали, потом немцы контрнаступлением с привлечением роты "Тигров" отбили клочок земли обратно. Глава примечательна тем, что в ней цитируется Отто Кариус, автор одного из самых известных военных мемуаров XX века, как раз воевавший в этом месте и времени, и можно сопоставить его весьма похожие на действительность рассказы с реально описанными по документам событиями.

Немного загадочное фото. Немецкие солдаты смотрят на человеческий череп, лежащий на броне огнеметного танка ОТ-34-76. Поздняя модель омского завода №174 выпуска конца 1943/начала 1944 год, из состава колонны «Татарская АССР фронту. Какое-то фронтовое солдатское творчество, в целом нехарактерное для Восточного фронта. Латвия, август 1944-го.

Последняя книги по Прибалтике-44 псковича Сергея Бирюка о наступлении 3-го Прибалтийского фронта в рамках Псковско-Островской операции второй половины июля 1944-го. Операция несколько парадоксальная, потому что судьба группы армий "Север" в то лето решалась даже не на фронте 16-й и 18-й армий и противостоящим им трех советских фронтов, а южнее, где в рамках «Багратиона» 1-й Прибалтийский фронт успешно наступал в Литве по направлению к Рижскому заливу. Несмотря на спешную отправку на юг танков и пехотных дивизий наступление не останавливалось, и прибалтийские войска оказывались под угрозой быть отрезанными от группы армий "Центр". Соответственно, везде, и в ОКХ и на местах царили чемоданные настроения, консенсус предполагал оборону по линии Двины, эстонская группа войск должна была отступать на Таллин и оттуда эвакуироваться морем. Фюрер на автомате наложил любимейший стоп-приказ, всерьез подозревая, что оставление немцами Прибалтики неминуемо приведет к выходу Финляндии из Оси в соответствии с тамошними настроениями весны 1944-го. То есть в очередной раз политические причины для немцев оказались важнее военных, но в очередной раз военные смогли продавить свое решение на общий отход явочным порядком, понимая, что иначе войска просто полягут где стоят или их скинут в море.

По сути Сергей Николаевич написал развернутую половину первой части давно обещанной "Курляндии" от Алексея Исаева, который уже лет десять для нее "материалы собирает". С точки же зрения других книг, то это продолжении линии заданной книгами Битва за Псков. Апрель 1944, Битва за Псков. Апрель 1944 и предыдущий прочитанный Стрежневский плацдарм. Советская армия при солидном численном перевесе наступала на медленно сдающих свои позиции немцев, которые теряя арьергарды и тяжелое вооружение, медленно откатывались на линии обороны по реками и наспех выкопанным полевым укреплениям, огрызаясь частыми контратаками при поддержке "Штугов", которые перебрасывали туда-сюда если подвижная оборона становилась слишком похоже на бегство. Как всегда у автора это подневное изложение ЖБД задействованных частей с редкими попытками их сопоставления, посему разбираться в иногда совершенно противоположных описаниях должен сам читатель. Битвы за Псков как чего-то длительного и ожесточенного не случилось, город был освобожден за пару дней после сбития немецкого охранения, куда более ожесточенными были иногда бои за безвестные городки и хуторы на литовской границе. В целом тема совершенно новая, таких подробных книг еще просто не было, но способ изложения информации у автора совершенно неинтересный и малочитабельный, так что книга в 800 экземпляров лично у меня прошла скорее на автомате и для галочки, просто настала ее очередь чтения. По Прибалтике 1944-45 гг будем ждать других более интересных в изложении книг.

Переводы в книге понятнее, чем текст автора. Нет последовательности изложения, автор постоянно перепрыгивает с места на место