«Дальгрен» читать онлайн книгу📙 автора Сэмюэла Дилэни на MyBook.ru

Премиум

3.5 
(4 оценки)

Дальгрен

908 печатных страниц

2020 год

18+

По подписке
549 руб.

Доступ ко всем книгам и аудиокнигам от 1 месяца

Первые 14 дней бесплатно
Оцените книгу
О книге
«Дилэни – не просто один из лучших фантастов современности, но и выдающийся литератор вообще говоря, изобретатель собственного неповторимого стиля», – писал о нем Умберто Эко. «Дальгрен» же – одно из крупнейших достижений современной американской литературы, книга, продолжающая вызывать восторг и...

читайте онлайн полную версию книги «Дальгрен» автора Сэмюэл Дилэни на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Дальгрен» где угодно даже без интернета. 

Издатель
1 541 книга

Поделиться

Книга входит в серии

AsyaMikheeva

Оценил книгу


Представьте, что в Твин Пикс вместо агента Купера приезжает Вождь из "Кукушкина гнезда". Без удостоверения, в больничной рубахе и с обломком швабры в руке. А остальное все оставьте, как было.

Имеет ли это смысл читать?
Имеет, но сугубо не всем.
Но кому именно?

Камрад А приходит к камраду Б, известному способностью читать книжки, и подает ему увесистый том под названием "Математические приближения в моделировании психологических механизмов поэтического".

- Слушай, — говорит камрад А камраду Б — тут вот книжка... Говорят, хорошая, мощная такая... Глянь, мне вообще стоит ее с собой в отпуск брать?

Камрад Б берет, листает. Долго листает. Хмурится.

- Не бери.

- Что, плохая?

- Хорошая, бро, отличная книга. Но, эээ, не бери.

- Ну почему тогда? Что там в ней?

Камрад Б пожимает плечами.

- Ну, аппроксимация там... ну блин, я не могу тебе в двух словах объяснить!

Камрад А хватает книгу, открывает в случайном месте:

- Ну смотри, картинки!

- Это график негауссова распределения с двумя пиками, а не лежащая женщина, — терпеливо объясняет камрад Б.

- А это? Это ж прям... порнуха!

- Это столбчатая диаграмма.

- Так куда ее деть?

- Отнеси сдай в библиотеку, — хмуро говорит камрад Б и вдруг озаряется: — а я ее вставлю в список обязательного чтения для студентов!

Кхм.

В так называемой "малой психиатрии", то есть в описаниях не психотических, а скорее неврологических состояний, есть один довольно примечательный синдром, входящий краешком в аутичный спектр. Я говорю о нарушении произвольности внимания. Иногда этот синдром связан с гиперактивностью, иногда нет.

Так вот, человек с этим синдромом не умеет отвлекаться. То есть помните, как главному герою "Заводного апельсина" вставляли специальные держалки в глаза, чтобы он не мог не смотреть? У человека с именно этим нарушением внимания такие держалки вставлены изнутри головы, и не только на зрение, но вообще на весь внешний поток. Он постоянно видит, слышит обоняет, осязает то, что вокруг него происходит, и ощущает (проприоцептирует) расположение себя в происходящем и частей тела относительно друг друга. Не просто видит — а смотрит. Не просто слышит — слушает. Присутствует в процессе полностью.

у людей с этим синдромом есть несколько типичных признаков:

они почти все амбидекстры;

они часто выглядят значительно младше своих лет;

у них выпадают из памяти какие-то промежутки времени от слова "совсем" — то есть не "не помню толком, чем я занимался седьмого числа", а "в смысле сегодня уже девятое???" просто потому, что для перегрузки кванта памяти из кратковременной в долговременную подгрузка восприятия должна прерваться, а этого-то и невозможно сделать;

они очень плохи — по тем же причинам — в тайм-менеджменте, в связи с чем редко или очень-очень поздно получают высшее образование;

и они очень слабо ассоциируют себя с именем, и могут совершенно всерьез свое забыть. Имя и вообще Я-концепция — это продукт абстрактного мышления, а с этим синдромом абстрактно мыслить очень трудно, некогда (попробуйте абстрактно мыслить на стадионе, забивая гол)

То есть да-да, Дилэни описывает в качестве главного героя не просто какого-то странного чувака, а чувака с совершенно определенной неврологической поломкой, не такой уж и редкой, кстати.

Первые двести страниц романа автор терпеливо _показывает_ читателю, как это работает. В, понимаешь, негауссовых распределениях и столбчатых диаграммах. Ну, да, он не врёт, все адекватно. У такого человека нет возможности сбежать в привычное нейротипичным людям умозрение, он присутствует в своем "сейчас" всегда, всем сознанием. Жесткий шорох трусов, сползающих по ляжкам и дергающим за мелкие волоски на них. Холодный пластик сидушки. Гулкое эхо из унитаза. Вот это все, понимаете? Постоянно. Всегда. (да, многие такие люди очень любят наркотики и суицид, и я их, пожалуй, понимаю). Это, кстати, не мешает образовываться нормальным автоматизмам, просто вы, когда чистите зубы, обычно или разглядываете себя в зеркале, или обдумываете, чего соорудить на завтрак, или вообще еще сон досматриваете, а он наблюдает как слегка дрожащие со сна руки выдавливают капельку пасты на размахрившуюся щетку, кончики щетинок заплавлены в прозрачный пластик, изнанка вывернутых букв лейбла на щетке видна насквозь, язык касается шершавой после сна внутренней вогнутой поверхности зубов, вот удар химического холода во рту и щетинки больно колют десну между зубами...

Еще раз повторю — я не виню тех из них, что начинают утро с водки.

Те же, кто как-то привыкает к происходящему, обретают довольно любопытные с социальной точки зрения черты. Во-первых, это страшно толерантные люди. Чем вы можете удивить человека, который осознает каждый раз, что происходит, когда сам у себя моет за ушами? У кого-то есть гениталии? Ха-ха. Секс? Насилие? Кстати, секс это не так плохо, так же противно, ярко и тесно, как и все остальное, но яркие телесные ощущения — нифига себе — иногда на некоторое время отвлекают. Реально, отвлекают! На очень недолгое. Но оно стоит того.

В общем, с кем, такому человеку, по большому счету, безразлично. Красота и уродство — это концепции, а он видит как есть, не фильтруя. Собственно, именно способность ФИЛЬТРОВАТЬ, то есть отбрасывать заранее выбранную часть информации, позволяет нам абстрактно, в том числе социально, мыслить: чтобы сказать "три яблока", надо заставить себя проигнорировать "правое и среднее желтые, а левое зеленое с красным боком, среднее погрызено червяком, у правого листик". Приемлемость, неприемлемость, красота, некрасота, хорошо, плохо — это концепции, возникающие еосле фильтра, а наш персонаж не фильтрует. Вот Х, Х предлагает секс, ну ладно, давай.

Но секс это не самое смешное. Забавнее то, что окружающие очень часто ведут себя с таким человеком не как друг с другом. Его внимание, его открытость к (беззащитность от) вашему присутствию — это то, чему долго и большими трудами учат психологов — так называемое "включенное внимание\\активное слушание", он слушает всем собой, а не пытается вставить свою реплику, и людей это опьяняет.

И вкупе с этим, наш персонаж смотрит и слушает людей не только тогда, когда те хотят, чтобы их слышали и видели. А всегда, когда он тут включенный есть (он бы рад вас, уродов, не видеть и не слышать, но ему нечем). И нет, не возмущается. Мы помним — он привык. Он к себе-то привык, чем вы можете его удивить? От вас хоть можно уйти.

В результате наш герой знает (не всегда сознательно) о людях очень многое, и может вести себя в отношениях с людьми очень точно. Просто по интуиции. Попадать в ожидания, в струю, в баланс просто потому, что ну вот же, все уже рассказано, все уже увидено. Постепенно среди знакомых расползается убеждение в том, что наш герой — убедителен, безошибочен и харизматичен.

(Он еще сильнее убеждается в том, что люди — абсолютно больные существа, но собственно, а что, были сомнения?)

Этот человек внушает к себе серьезное уважение тем, что в общем мало запаривается с вещами, которые принято воспринимать, как ужасные. Сползать на дно лифта за разбитым трупом подростка? Ну да, опыт как опыт, не страшнее, чем в ванне помыться. Отнять у осатаневшего психа доску? ну, тоже неприятно, но а вы пробовали просыпаться после группового секса или блевать в полном сознании? Вот-вот.

Но и это еще не все. Если этот человек находит себе нехимический способ соскочить из этой своей проклятой наблюдательной будки в голове — он подсядет на него точно так же, как на химию. Убежище. Убежище! Таким убежищем может стать — если есть хоть крошечная способность — говорение и фиксация слов (или любые визуализации). Слово НАПИСАННОЕ наблюдаемо так же, как вся остальная поступающая жуткая ботва, но в отличие от основного массива поступающих сенсорных сигналов, у слов есть смысл (Дилэни добрый автор, он проговаривает разницу между сенсорными данными и информацией прямым текстом в диалоге героя и космонавта). Зацепившись за _слова_, герой может хоть ненадолго выдохнуть, побыть в выбранном потоке, а не в происходящем извне — то есть конструирует через сознание и поведение умение произвольно концентрироваться на том, на чем мы сами выбрали — умение, которое есть у меня и у вас примерно с шести-семи лет.

И когда вот такой человек начинает что-то писать, рисовать, говорить, то его вся предыдущая чудовищная наблюдательность сказывается — он попадает. Он попадает метко, попадает больно, вас резонирует, он — оказывается — талант.

Ну да, оно так и работает, ребята.

А все остальное, в общем, финтифлюшки и эээ, столбчатые диаграммы, и невыносимая, невыносимая, бесконечная тяжесть присутствия, чертова невыключаемого телевизора с реалити-шоу "про меня".

Разумеется, _выраженность_ синдрома бывает разная, кого-то штаны надевать не обучишь, потому что штаны шкребут кожу (почитайте про чувствительность аутистов и СДВГшек к текстурам и прикосновениям, посочувствуйте их родителям и воспитателям), у кого-то легкий сдвиг к залипанию. Но вот среди тех, кто видит мир как под микроскопом и разбивает нам сердца вдребезги какими-то вроде бы простыми актами искусства — людей с этим синдромом каждый первый.

Как-то так. Ну и примерно с трехсотой страницы мы наблюдаем, как сам факт присутствия такого зеркала в небольшом социуме корежит социум, как расходятся по нему круги восхищение, преклонения, зависти, восторга причастности, ужас и отвращение смутного понимания. Как герой со все той же флегмой (всё это не хуже, чем случайно наступить в мочу босой ногой) наблюдает происходящее и только боится того, что возможность делать _это_, делать _это_ словами — у него будет отнята.

А имя, да блин, зовите меня Майкл. Или там, Билл. Или просто Пацан, я буду отзываться, мне пофигу.

Не берите эту книжку в отпуск, не надо.

Поделиться

Автор книги

Переводчик

Подборки с этой книгой