Не пей кофе

Глава 1

Варя открыла глаза и поняла, что не знает, где находится.

Потолок был белым, но не тем ровным белым, к которому привыкаешь за годы жизни в одной квартире, а чужим, с трещиной, которая расходилась от люстры к углу, напоминая карту незнакомой реки. Варя смотрела на эту трещину и чувствовала, как внутри черепа густая пустота. Кто-то выскреб все воспоминания, не торопясь, со знанием дела, оставив только стены и эту дурацкую трещину.

Своё имя она помнила. Варя. Это пришло само собой, без усилий. А ещё помнила запах мокрой шерсти, но чья это была шерсть и почему она мокрая, ответа не нашлось.

Варя повернула голову на подушке. Слева от кровати стояла тумбочка. На тумбочке лежал белый конверт, а на нем надпись от руки: «Прочитай первой, до того, как выпьешь кофе». Почерк показался знакомым до боли, хотя саму боль Варя не могла привязать ни к какому конкретному воспоминанию.

Справа от кровати, в кресле, сидела женщина. Она сложила руки на коленях и улыбалась. Улыбка была спокойной, почти домашней, но в ней чувствовалось что-то неладное, какое-то напряжение, будто женщина ждала не просто пробуждения Вари, а чего-то большего. На женщине был свитер цвета вишни, волосы собраны в низкий хвост. Лицо казалось знакомым, но имени Варя не вспомнила. - Доброе утро, - сказала женщина, - Выспалась?

Варя не ответила. Она медленно приподнялась на локтях и осмотрела комнату. Комната была чужой. Фотографии на стенах, книжный шкаф, забитый до отказа, старый торшер с пожелтевшим абажуром. На одной фотографии Варя смеялась в чёрном купальнике на каком-то пляже, рядом с ней мужчина, лица которого не разобрать из-за солнечных бликов. На другой был мальчик лет шести, он дул на одуванчик, и белые семена застыли на снимке. На третьей какая-то рыжая кошка на подоконнике. Ни одного лица, кроме её собственного, Варя не узнала. - Ты меня помнишь? - спросила женщина.

- Нет.

Женщина вздохнула, но не обиженно, а скорее устало, как человек, который задаёт один и тот же вопрос каждое утро и каждый раз получает один и тот же ответ.

- Меня зовут Катя, - сказала она, - Мы когда-то жили вместе. Ты мне доверяла, но я предала...

Варя моргнула. Она не помнила, чтобы когда-либо была замужем, но спорить не стала. Катя не выглядела обманщицей. Слишком спокойно она это говорила. Слишком привычно. - Вставай, - сказала Катя, - Кофе готов.

Она встала с кресла и вышла из комнаты, оставив дверь открытой. Варя слышала, как на кухне зашумела кофемашина, как звякнула чашка, как хлопнула дверца холодильника. Затем она взяла конверт. Бумага была плотной, чуть шершавой. Она разорвала край, вытащила сложенный вчетверо лист и начала читать.

«Варя, привет. Это ты из прошлого. Ты спишь, а я пишу. Катя скажет, что она твоя бывшая жена. Это правда. Но она не скажет, что именно она каждое утро даёт тебе кофе, после которого ты перестаёшь чувствовать ложь. На пять часов. Так она тобой управляет. Не пей этот кофе сегодня. Вместо этого найди Лену, ей семь лет, она твоя дочь и ждёт тебя в сквере у фонтана в пять часов вечера. Если ты читаешь это, значит, я, прошлая ты, успела спрятать письмо до того, как Катя проснулась. Не подведи нас».

Варя перечитала письмо дважды. Дочь. Семь лет. Сквер у фонтана. Она встала с кровати и подошла к окну. За окном был спальный район. Девятиэтажки, качели, песочница, несколько машин у подъезда. И женщина в бежевом пальто, стоящая под фонарным столбом. Женщина смотрела прямо в окно Вариной спальни. У неё была маленькая аккуратная родинка над верхней губой, чуть левее центра. Они встретились взглядами. Женщина улыбнулась и помахала рукой. Варя отшатнулась от окна. Внутри неё проснулся страх, который нельзя было объяснить логикой, страх тела, а не разума, который помнил то, о чём мозг давно забыл.

В дверях кухни появилась Катя с двумя кружками кофе. - Ты чего? - спросила она, заметив выражение лица Вари.

- Кто это стоит под окном? Катя подошла к окну, выглянула, потом резко обернулась. Её лицо побледнело.

- Оделась? - спросила она.

- В чем? Я в пижаме.

- Бегом. Чёрный ход. Не бери ничего. И не пей кофе. Катя поставила кружки на подоконник, схватила Варю за руку и потащила в коридор. Варя не сопротивлялась. Она не понимала, что происходит, но чувствовала, что Катя не врёт об опасности. Ведь это читалось в её дрожащих пальцах, в сбивчивом дыхании, в том, как она оглядывалась на входную дверь, будто ожидала, что та вот-вот вылетит с петель.

- Иди, - сказала Катя, открывая дверь чёрного хода, - Найди Лену, она в парке Шевченко. Я задержу их, сколько смогу.

- Кого - их?

- Тех, кто хочет, чтобы ты забыла навсегда. Варя хотела спросить ещё, но Катя уже захлопнула дверь. Варя осталась на лестничной клетке. Босиком и в пижаме с письмом в кармане. Тем временем, сверху, с лестницы, послышались шаги. Тяжёлые, мужские, спускающиеся с верхних этажей. Несколько пар и очень быстро. Варя рванула вниз и бежала по лестнице, чувствуя, как каждый шаг отдаётся в позвоночник. На площадке между пятым и четвёртым этажом она чуть не упала, подскользнулась на мокром полу, кто-то разлил воду или ещё что-то, и едва удержалась за перила. Перила были холодными и липкими. Она отняла руку и посмотрела на ладонь. Что-то тёмное. Не кровь, а грязь? Она остановилась на секунду, прижалась спиной к стене. Сверху шаги приближались, но не бегом, а быстрым шагом, уверенно, как у людей, которые знают, что жертва никуда не денется.Варя закрыла глаза и попыталась вспомнить, где чёрный ход. Катя сказала «чёрный ход», но не сказала, где он. Она мысленно представила квартиру. Кухня слева от входа, коридор ведёт в комнату, напротив комнаты дверь. Она не помнила, что за дверь. Ванная? Кладовая? Чёрный ход?Она открыла глаза и побежала дальше. На третьем этаже она свернула не туда и попала в тупик, там стена, заваленная старыми коробками. Варя развернулась, чуть не упала, побежала обратно. Шаги сверху стихли или ей показалось или они уже были на лестничной клетке этажом выше и теперь слушали, куда она бежит.Она нашла дверь в подъезд, вылетела на улицу и вдохнула холодный утренний воздух полной грудью. Впервые за всё это утро. За спиной хлопнула дверь. Кто-то вышел следом, но девушка не обернулась. Она побежала.