Предисловие.

Это третья книга третьей версии Прокурорского.

Весь список Версий и книг в Литсериале Прокурорский:

Литсериал Прокурорский

Версия Первая

Книга первая – Прокурорский сынок

Книга вторая – Ловушка. Прокурорский

Книга третья – Де жа вю. Прокурорский

Книга четвертая – Все может быть

Книга пятая – И это мы переживем

Версия Вторая

Книга первая – Прокурорский Версия

Книга вторая – Версия. Пройдет и это

Версия Третья

Версия Третья - Прокурорский Версия Третья

Версия Третья Книга Вторая - Версия Третья. Книга Вторая.

Версия Четвертая

Прокурорский 4

Глава 1.

С Миконоса в Мадрид лететь всего 4 часа. Я сидела у окна, Андрей рядом со мной, а Стёпа через проход.

Витя взял нам бизнес-класс. Сиденья были просторные, куча места для ног, улучшенное меню. Все здорово.

Андрей непрерывно держал мою руку, иногда подносил к губам и целовал. Что-то внутри страшно щемило, так как мысль о том, что все равно придется расстаться и вернуться к Вите и Денису, не давала покоя.

Это такое странное чувство – когда тебе очень хорошо, что любимый человек рядом, но в тоже время очень плохо, потому что ты отлично понимаешь, что это временно и тебе придется вернуться …

Забарахлил свет, нас тряхнуло, потом еще раз. Естественно загорелся сигнал «пристегнуть ремни».

- Солнышко, все хорошо, - успокаивал меня Андрей.

- Блять, ну не может быть! – запаниковал Стёпа.

- Да что ты паникуешь, это простая турбулентность! – тут же одернул его Андрей.

- Ни хера себе простая турбулентность, - в отчаянии буквально воскликнул Стёпа и схватил телефон.

И как бы в ответ на его истерику нас затрясло так не по-детски уже. Было слышно … Как народ притих и видимо в ужасе думает, что же происходит.

Утром услышала эту песню, показалась подходящей к моменту:

Ольга Плотникова - Жить (Видео)

Ольга Плотникова - Жить

Стёпа же наяривал телефон – а он что может из самолета кому-то дозвониться? Оказалось – может! Буквально минуты через две мы услышали:

- Дядя, мы падаем! – он был просто в истерике. Господи – а мы что – правда падаем? Трясло нас сильно, но вот так чтобы было очевидно, что самолет зашел в штопор – ну вот такого уж точно не было.

- Что? Да, хорошо, - ответил Стёпа на что-то и положил телефон рядом с собой. Он не рассоединился? Вообще вести беседу было нереально - нас трясло, самолет чуть кренило, но мы явно уже почти почти подлетели же … ну судя и по картинке на мониторах, которая пропала в итоге и по времени …

- Жень, Женя, все будет хорошо, - однако Андрей также выглядел взволнованно.

- Ну да, все будет хорошо, - посмотрела я на него.

Как-то все, что происходило со мной за последнее время неприятно стало всплывать в памяти. Вот именно то, что началось того самого 14 июля …

А я же просто пошла подработать официантом в закрытый вип клуб на закрытую вечеринку …И там была куча эскортниц. Ну просто парад какой-то!

Я до сих пор не понимаю, почему Денис прицепился ко мне. Я одета была как все, макияжа минимум, каблук тоже очень скромный. Вот как он вообще меня заметил?

На самом деле в памяти тот вечер вспыхивал как-то ярче, чем раньше, я этих деталей почему-то раньше не помнила.

Я подала ему шампанское, он его взял с подноса и на самом деле он остановил меня:

- А что у вас есть покрепче? А? – я остановилась, а он определенно коснулся моей руки, хотя это было не так легко сделать – он коснулся моей руки, которая держала поднос. Как странно – я даже видимо не обратила на это внимание или проигнорировала.

Теперь я четко помнила, что он пристально смотрел на меня всегда, когда я выходила в зал. Почему я игнорировала это тогда? Почему не обратила внимания? Скорей всего я убеждала себя, что мне это кажется.

Богатый вип гость, явно одинокий мужчина, куча модельного вида на любой вкус красоток – зачем ему обычная официантка, которая ничем особо не выделается?

Теперь я понимала, что он появился в том коридорчике совсем не случайно – он следил за мной.

Я просто обалдела от такого хамства, что меня пытаются наклонить прямо вот в коридоре, прямо вот так, вот просто как будто я должна плюхнуться на колени и отсосать ему просто потому, что он «хорошо платит».

На самом деле моя реакция на такое хамство была вполне адекватной. Правда я, кажется, реально сильно ударила его между ног. Можно было бы полегче, ведь моя идея все-таки была только высвободиться, а не сделать побольнее.

И да … - я точно его оцарапала. Даже не знаю, как так получилось. Ногти как-то так неудачно подпилила, что уголки остались острые. Ну парочка буквально.

И все равно он не мог так со мной поступать!

Я ведь до последнего не верила, что они сделают это. Так ярко в памяти всплывало все чуть ли не по минутам. Ден схватил меня и запихнул в машину. А Стас тогда еще в машине хотел …

Я смотрела на Андрея, который явно оказался там случайно и даже не знал, что на самом деле они планируют сделать, и была чуть ли не уверена, что он что-то может сделать.

А он был уверен, что они только пугают меня.

В моей голове случился какой-то нереальный диссонанс, когда Стёпа, пытаясь разоблачить мой «прогон» с гонореей, вставил два пальца, понюхал их и … подул на мою киску.

Даже тогда я почему-то не верила, что они это сделают.

Только спустя достаточно много времени я поняла, что приказы Дениса не обсуждаются. А в тот день по свидетельствам Стёпы он был под коксом и перевозбужден.

Я видела, насколько растерян Андрей и пытается найти выход тогда, когда его уже не было. У Дена и Стаса было оружие.

Я уверена, что они не стали бы применять его против Андрея, но … Что конкретно они бы делали и как поступили со мной … Андрей боялся за меня, за то, что все будет хуже.

Но, наверное, могло бы … Но … Нет, Стёпа бы не допустил. Теперь я это понимаю. Но Андрей вряд ли до конца мог оценить, кто что мог или не мог на самом деле сделать.

Андрей работал в компании не так давно, чтобы достаточно хорошо знать их. Я понимаю сейчас, что он доверял все равно Стёпе и возможно именно поэтому до конца не верил, что все так будет.

Я подумала, что это хорошо, что Андрей лег вниз, потому что он намеренно не двигался, и … у него даже почти не стоял … Хотя … Вот только сейчас я это вспомнила, что внутри он стал значительно тверже.

Он был буквально испуган. Да, точно, он же почувствовал естественно, а Стас, потом Ден … Сзади. Боже, это было так больно.

А они вообще не обращали внимания. Ну да, они меня прижали, у меня перехватило дыхание и по факту я не кричала. А они не понимали наверное, что такое. И лицо я отвернула от Стёпы, потому что он снимал.

Боже, как это было все ужасно. Я помню, что услышала, что Стёпа сказал Дену, что у него кровь … Я понимала, что это моя кровь. Все закружилось. Я потеряла сознание.

Потом я очнулась на остановке, я лежала на асфальте, меня трясло, хотя я понимала, что тело, было реально тепло даже ночью. Потом услышала скорую и опять провалилась.

А потом … Это было так странно. Когда я только пришла в себя после наркоза, мне зачем-то сделали общий наркоз, пришел Стёпа. Как-то же нашел и больницу, и палату.

Появилась такая идиотская мысль «Как хорошо, что он пришел». Почему?! Как я могла не испугаться?!

Даже не знаю. Мне страшно не было. Больно. Обидно. Хотелось отомстить Вострякову. Но не страшно …

Но все равно я поверила Стёпе, что меня могут убить, если я напишу заявление.

И, наверное, в то время это было абсолютной правдой.

Денис вполне мог это сделать. Или все-таки не мог? Или просто бы замял, как он впоследствии и сделал?

Я до сих пор не могу понять, насколько … насколько он что-то решил по поводу меня сразу.

Стёпа, когда мы были уже в квартире Андрея, рассказывал, что он орал на них, что ситуация дошла до больницы. Что он так, видите ли, не ожидал.

Но видимо они тоже не ожидали. Из серии – ну просто групповушка, что такого?

Я даже не понимаю, как на меня нахлынула такая ярость, когда после того, как Стёпа поймал меня на выходе из подъезда и усыпил, когда я пыталась сбежать к родителям в Барселону, я обнаружила себя на бильярдном столе, а Денис целился … Пиздец … Даже до сих пор слов нет.

Я помню, что заорала на него, когда почувствовала, что шар коснулся моей киски. А он просто стоял и в удивлении смотрел на меня. С таким выражением лица «Не, ну так не бывает!»

А потом забежал Стёпа и стал меня отвязывать. Он правда плакал. Я как будто вот сейчас почувствовала слезы на своей щеке.

Его слезы. Почему-то так отчетливо. Тогда я еще сомневалась. Думала – может показалось.

И тут я услышала его голос:

- Да, дядь, вроде выровнялись, блять, - эта фраза выдернула меня из этих в общем-то ужасных воспоминаний.

- Жень, солнышко, все хорошо, все закончилось, - говорил Андрей. Он все это время обнимал меня на самом деле.

Только я это только что заметила. Я повернулась на Стёпу:

- Стёп, а зачем ты Денису звонил?! – нет, ну вот правда, если он думал, что мы падаем? Почему дяде?

- Ой, Жень, все, не могу говорить, потом объясню, - он выглядел дико бледным и просто сидел, и смотрел перед собой. Сразу откуда-то проявились круги под глазами.

Я услышала, что люди, поняв, что все закончилось и мы физически заходим на посадку начали оживать и кто-то что-то уже вскрикивал, громко говорил, кто-то начал рыдать.

Мы буквально не приземлились, а долбанулись о землю и дико резко стали тормозить. Явно заход на полосу был не совсем четким. И тут выяснилось, что у нас загорелся один из двигателей.

- Блять, да что сука такое! – сетовал Стёпа на несправедливость складывающихся обстоятельств.

Честно говоря, я была в каком-то полу коматозном состоянии. Все эти внезапно нахлынувшие воспоминания меня просто поглотили. И возможно я как-то странно смотрела на Андрея.

- Солнышко, мы приземлились, сейчас подъедут пожарные, - он заглядывал мне в глаза, но я все еще была далеко, в том не столько далеком июле.