Отзывы на книгу «Гримус»

Странное впечатление оставила книга. С одной стороны, хотелось дочитать до конца, чтобы узнать, чем всем закончится, узнать все тайны. С другой стороны, где-то с середины книги стала ощущать какую-то брезгливость к главному герою и вообще ко всей атмосфере книги. Любовь здесь оказывается одержимостью, едва начавшаяся дружба заканчивается предательством...Кроме того, мое богатое воображение услужливо подсовывает картинки из прочитанного: сестра занимается любовью (?) с братом; второстепенный герой сношает ослицу, дабы убедится, что ему это не нравится; и т.п. Нет, это не для меня. Возможно, если б идея книги была передана другим автором, она бы мне понравилась значительно больше. Любители магического реализма найдут в произведении какие-то символы и мистические знаки.....но для меня эта книга- потерянное время.

Уи-уи, мамочки, какой восторг! Я прямо попала на седьмое небо читателя-любителя магреализма. Какая прелесть, какая прелесть! Здесь все очаровательно, и сюжет, и язык, и посыл, и фоточка Салмана Рушди на последней страничке. Но обо всем по порядку.

Сразу скажу, что я давняя поклонница творчества господина Рушди и с нетерпением ожидала нашего нового свидания. И вот оно состоялось, и какое! Ух!.. Самое главное здесь, что "Гримус" - дебютное произведение, а гений мастера уже налицо. И так как эта книга - своеобразные сюжетные качели от обычной бытовухи до дарк-фэнтези и обратно, то я даже затрудняюсь сказать, в чем Рушди лучше. Ему всё удается!

Главный герой, индеец из племени Аксона по имени Летящий Орел, выпивает эликсир бессмертия. Впереди его ждут 777 лет странствий и приключений, и неискушенному читателю может подуматься, что об этих-то странствиях и приключениях и будет роман. Но Рушди, конечно же, не так прост! 777 лет пролетят как сон, а для читателя воплотятся в нескольких абзацах. Прожить бесконечно долгую жизнь нелегко, но гораздо сложнее от нее избавиться. Именно к избавлению от бессмертия будет стремиться герой всю книгу, ну а мы будем сопереживать его терзаниям, мучениям и неудачам. Зацените, кстати, иронию: остаться в живых=потерпеть неудачу, добиться своего=умереть. Каков Рушди, а? Обожаю его за это!

Я уже упоминала сюжетные качели: от самого реального реализма до самой магической магии. На самом деле, перед нами просто потрясающий микс: семейная сага, роман воспитания, авантюрно-плутовской роман, страшная сказка, околонаучная фантастика - всего и не упомнишь! Глаза разбегаются и при виде персонажей и локаций. Они как будто позаимствованы, но не из других произведений, меньше всего я бы хотела обвинить Рушди в плагиате, ни боже мой, а из архетипов этих произведений. Архетипичный салун, архетипичный бордель, архетипичный карлик-ученый, архетипичнаая аристократическая семейка (к слову, русская!), архетипичнейший колдун на вершине горы. У любого другого писателя все они могли застыть в картоне, но только не у Рушди. Здесь все эти извлеченные из сундука маскарадные костюмы и театральные декорации внезапно обретают плоть и кровь. И будьте уверены, кровь прольется.

Находясь в полнейшем восторге, можно сказать, заходясь от восторга, не могу определиться, нравится мне больше Рушди-реалист или Рушди-сказочник. "Гримус" - дебют, но я, знакомая с "Землей под ее ногами" и "Детьми полуночи", уже знаю, что обе ипостаси мастера будут развиваться и эволюционировать. Самый реалистичный эпизод здесь - пребывание Летящего Орла на содержании у престарелой богачки. Повеяло Фицджеральдом. Самый фантастический - мыслящие камни с планеты Терра, способные силой мысли перемещаться во времени и пространстве. Повеяло Фрэнком Гербертом. Я повторюсь: никакого плагиата, но просто сравните творчество Фицджеральда и Герберта. Сложно найти двух более непохожих авторов, а здесь это всё объединено, да как органично, как гармонично! Рушди - один из лучших, если не лучший, в области магреализма. То, с чем мы сталкиваемся каждый день, и то, чего мы даже не можем вообразить, здесь с легкостью становятся единым целым.

Но не сюжет, не язык, не стилистика и не композиция делают книгу. В "Гримусе" всего этого навалом, но есть здесь кое-что еще. Здесь есть жизнь, здесь есть душа. Здесь полно умных мыслей, которые хочется додумывать вслед за автором. Я для себя вычленила несколько. Первая: все люди неблагодарны. Неважно, что ты для них сделаешь, приютишь ли после кораблекрушения, построишь ли удивительный город или вовсе наделишь вечной жизнью, люди все равно будут недовольны и будут ныть. И чем больше будет твое благодеяние, тем больше они будут недовольны. Потому что мало дать им эту вечную жизнь, надо научить их, что с этой жизнью делать. Я вас умоляю, обычных людей едва хватает на средние семьдесят лет, а тут вечность.

Вторая: будь скромен в своих желаниях. Ведь может так случиться, что желаемое ты получишь, а потом не будешь знать, как от него отбрехаться. Вообще, к любому решению надо подходить ответственно. Ведь смотрим мы налево или направо, прежде чем перейти через дорогу, а тут люди хлестали эликсир бессмертия, словно пиво на вечеринке. А потом удивлялись: и что мне с этим делать? И, конечно, были недовольны. Смотри мысль первую.

Кстати, я тут должна была изображать восторженную феечку. Ага, я действительно в восторге, но где-то в процессе анализа прозы Рушди феечка сдохла. Щас мы ее реанимируем.

Ах, у меня в зобу дыханье сперло, когда я дочитала до конца! Все загадки разгаданы, из всех ружей постреляли, все точки поставлены. Безусловный хэппи-энд, случившийся в последней строчке, буквально. Я преклоняюсь перед писательской смелостью: завершить книгу именно в последнем предложении. Никаких тебе эпилогов и послесловий, кульминация, развязка и финита. (Вставай, блин, феечка, хватит прикидываться дохлой!) Планшет я опустила с отпавшей челюстью. Изумительно, просто изумительно!

Практически вся в собственной восторженной слюне и розовой моче единорога, я признаюсь Салману Рушди в искренней и пламенной любви (в вечной на всякий пожарный не буду). Он просто нереально крут.

Легко пинать классика современной литературы за дебют (1975), который, к слову, не был ни плохим, ни скучным. Скорее странным и необузданным. Но раз за разом комментаторы стараются напомнить Салману Рушди (ему, конечно, глубоко всё равно), что в начале карьеры он попытался “поиграть” в научную фантастику и не смог. Но так ли это? Стоит ли воспринимать “Гримус” как классическую (или любую другую) НФ? Абсолютно нет. Это смесь фантасмагории, притчи, магического реализма, погружения в персидскую и индийскую мифологии, абсурда и сюрреализма с упором на исследование сексуальности и отсутствием каких-то сдерживающих моральных факторов. В общем, герои ведут себя так, как персонажи далёких эпосов, где насилие и секс с родственниками не были чем-то запредельным.

Нарративы тут свалены в кучу, а само путешествие по одному из миров, не единственному, о чём всем вокруг известно, выглядит как, ну извините, приход, трип. Вы поняли, о чём я, а то Роскомнадзор. Всё карикатурное, построенное на постоянных диссонансах образов, собранных как будто из разных книг, без желания взять всё это под контроль.

Впрочем, несмотря на то что сам Рушди не раз признавался в нелюбви к этой книге, в ней чётко прослеживаются будущие мотивы его творчества: от мистики и фирменного юмора до мифологических отсылок. Более того, удивительно, что новичок в писательстве создал книгу совершенно не для новичка в чтении. Это фантазия, которая настолько осмелела, что взялась сама работать за человека, который должен был в какой-то момент её обуздать, но не решился или не смог.

В головокружении текста теряются смыслы, но не пропадает желание дочитать до конца, если вы, во-первых, фанат абсурдистской прозы (пусть и не идеально написанной), во-вторых, захотите узнать, до чего дошли герои в такой бредовой жизни. Дорогу осилит идущий, но, если вы вдруг не сдюжите и сойдёте на полпути, никто вас не осудит. Это даже более естественно. Мыши плакали, кололись, но продолжали есть кактус...

«Гримус» — дебют Салмана Рушди из 1975 года. На сайте книге зачем-то присвоили тег «современная литература», но, как по мне, корректнее было бы назвать это магическим реализмом — жанром, который я не люблю и вообще опасаюсь (хотя встречаются и приятные исключения). Википедия утверждает, что термин применительно к литературе появился в 1931 году, а расцвет пришёлся на шестидесятые. К этому направлению Рушди, собственно, и склоняется.

Начало я преодолел легко — даже возник вопрос, почему у книги такая низкая оценка. За сюжетом можно было следить, мотивы персонажей были понятны, логика просматривалась. Но длилось это недолго — примерно четверть романа. Потом всё уходит в сторону чего-то фантастического, сюрреалистического, психоделического, со странным набором бессмертных персонажей: 777-летний индеец и его сестра, шлюха по имени Кама Сутра, русский граф с женой и сыном, шлюха негритянка Флоренс Найтингел, камень инопланетянин... Как выразился один из персонажей в сторону другого

Его путешествие в мир собственного «я» оставалось непреложным, хотя и необъяснимым фактом. Чем могли быть порождены его видения?

В самом деле — чем? Остаётся только надеяться, что Рушди писал этот текст без помощи препаратов и веществ, расширяющих и изменяющих сознание. Хотя стоит признать: под конец книги всё снова становится вразумительным, и непонятности всё-таки получают объяснение.

Есть у романа один плюс — он прекрасно убаюкивает. Во время чтения мысли уносятся куда угодно, лишь бы подальше от сюжета; при попытке перечитать фрагмент происходит то же самое, и остаётся только продираться дальше и дальше, пытаясь не уснуть. Даже своеобразное предупреждение в тексте есть — жаль, что в конце, а не на первой странице

Хочу сразу предупредить вас, мой дорогой друг, что сегодня вам придётся призвать на помощь всю свою усидчивость и напрячь внимание.

Чувствуется, что это дебют. У Салмана Рушди множество мыслей и идей, которые он старается поместить в свою книгу, но не все они нужны и обязательны. Местами такое многообразие сбивает и путает. В итоге сюжет оказывается увязан и растолкован. В нём даже можно найти смысл, но вот способ каким всё это реализовано оставляет желать лучшего. Если бы эта книга была первой прочитанной из Рушди дальше я бы вряд ли решился продолжить знакомство с его работами.