"— Я, — шлепок, — Твоё, — шлепок, — Безумие. — шлепок. Он укусил ее за шею, обезумев от страсти. — Я в твоей голове, в твоих мыслях, в твоей крови, в твоих венах. Я заявил на тебя права раньше, чем что-либо другое. Твое тело, сердце, разум, гребаная душа все это мое. Я должен утолить твой голод, должен укротить твое безумие." (с)
Я не берусь судить, какой перевод в бумажной книге от АСТ, но в той электронке, что попала мне в руки, было ощущение, что переводил Гугл. Очень хотелось взять и начать редачить бесконечные повторы, "были" и несуразности типа:
"Обе хватки были крепкими и большими, но там, где теплая хватка Мистера Деверелла проникала под ее кожу и погружалась, зажигая что-то глубоко внутри нее, рука Джакса просто была."
Повторы здесь не только огрехи перевода, ими пестрит и оригинальный текст. "Серебристоглазый дьявол" и "его глубокий, гравийный голос" (так и не поняла, что означает "гравийный") в книге встречаются стопиццот раз. Наряду с описаниями нарядов героини, её юбок, браслета и прочих цацек, прически и помады. Впрочем, я тоже таким грешу иногда)
Герои.
Корвина - новоиспеченная студентка дарк-академии, выросшая в изоляции с матерью, страдающей шизофренией. У неё необычные фиолетовые глаза (об этом мы тоже услышим много раз) и готический стиль. Она слышит потусторонние голоса и не любит носить трусики. При одной мысли о мистере Деверелле или взгляде на него её соски твердеют, а киска увлажняется.
Вад Деверелл. Преподаватель академии, мрачный красавец с седой прядью и большим-пребольшим… ну вы поняли)) Играет на пианино как бог или проклятый. К Корвине поначалу он относится просто потребительски: я буду тебя трахать, но я не могу привязываться, я опасен для тебя, блаблабла. Этакая помесь Кристиана Грея и Эдварда Каллена. Впоследствии мы узнаем, что оба героя имеют в роду людей с психическими отклонениями, так что причины сторониться девушку у Вада были. Нужно отдать должное, постепенно Вад смягчается и его отношение меняется. Герой все же не конченый мудак, он властный, но не зверь.
О готике.
Книга наполнена отсылками к творчеству Эдгара Аллана По: фамилия героини "Клемм" - как у жены писателя Вирджинии имя Корвина - от слова "ворон"; название академии Веренмор - перевернутое "Nevermore" (сразу вспоминается сериал "Уэнздэй", но книга написана раньше). Роман также переполнен готическими клише. Привидения, скрипучие лестницы, затерянные могилы в лесу. Особенно доставила сцена, как Корвина ночью пошла на заброшенное кладбище, в одной ночнушке и с подсвечником (при этом лунатизмом она не страдает). Просто не спалось и решила: а не пойти ли мне в лес? Это мне напомнило, как мы в Тарусе выпили настойки Шуйская и поперлись поздним вечером на местное кладбище, включив музыку London After Midnight. Но на кладбище было темно и холодно, горели редкие лампады, найти могилу дочери Цветаевой не представлялось возможным, и муж сказал нам с подругой Настей, что наши бредовые идеи ему надоели, пойдемте-ка лучше в кабак. Это было лирическое готическое отступление;)
О сюжете. Несмотря на обилие горячих сцен, сюжет за ними не теряется. Здесь и загадочные исчезновения студентов на Черном балу, и необъяснимые самоубийства, и жуткие легенды. Тем не менее, собственно "дарк-академии" мне не хватило. Учебы, кроме разглагольствований мистера Деверелла на лекциях по литературе, в книге-то и нет… Зато много химии между преподавателем и студенткой, жаждущих и плачущих кисок, жёсткого кекса, оргий во сне и наяву. Для меня даже переизбыток.
Но если абстрагироваться от порнушки, читала я с интересом, а под конец события так ускорились, что дочитала на одном дыхании. Главного злодея не угадала! Концовка получилась на удивление ванильной, но не все сюжетные линии завершил автор, не все загадки раскрыты. Но кому-то нравится такая незавершенность.
Данную историю всерьёз я не восприняла, много смеялась (а смех, как известно, продлевает жизнь). Но и сказать, что меня что-то там триггернуло или что совсем не понравилось, тоже не могу. Рекомендую тем, кто готел в юности или до сих пор готеет (как я). И советую приобрести бумажную книгу от АСТ, чтобы не спотыкаться о шероховатости перевода.
