Хранитель подвала

Ключ появился в понедельник утром.

Антон разбирал дедовы вещи в старой квартире, которую теперь предстояло продать. Квартира пахла старостью, нафталином и еще чем-то неуловимо знакомым, от чего щемило под ложечкой. Дед умер две недели назад, и Антон все никак не мог собраться с духом, чтобы приехать и навести здесь порядок.

Он сидел на корточках посреди комнаты, перед раскрытым чемоданом с барахлом. Ржавые гвозди, старые газеты, поношенные ботинки, какие-то тряпки. Все это надо было выкинуть, но рука не поднималась. Дед был единственным родным человеком, который у него оставался. Мать умерла давно, отца Антон никогда не знал. А теперь не стало и деда.

В самом низу чемодана, под слоем пожелтевших простыней, лежал ключ.

Антон вытащил его и повертел в руках. Ключ был старый, чугунный, с затейливой бородкой и массивной головкой, покрытой ржавчиной. Таким ключом можно было открыть разве что ворота средневекового замка. Или сундук с сокровищами.

Только никаких ворот у деда не было. И сундуков тоже.

Антон хмыкнул и хотел бросить ключ обратно в чемодан, но в этот момент зазвонил телефон. Начальник.

– Антон, привет, – голос у начальника был вкрадчивый, как всегда, когда он собирался врать. – Тут такое дело… зарплата задерживается. Проблемы в банке, сам понимаешь. На недельку, не больше.

Антон слушал и чувствовал, как в руке что-то происходит. Ключ теплел. Прямо на глазах, от холодного металла к живому теплу.

– Хорошо, – сказал Антон и нажал отбой.

Ключ в руке был горячим. Не обжигающе, а именно теплым, как кожа спящего человека.

Антон положил его на пол. Ключ остыл. Поднял – снова холодный. Тогда он закрыл глаза и вспомнил, как сам соврал на прошлой неделе знакомой девушке, что занят, хотя просто не хотел идти в кино. Ключ снова стал теплым.

– Ни хрена себе, – сказал Антон вслух.

Он завернул ключ в тряпку и сунул в рюкзак.

В среду он встретил в подъезде бабу Зою.

Баба Зоя жила этажом ниже, помнила еще его мать маленькой и теперь доживала свой век в одиночестве, перебиваясь пенсией и разговорами с соседями. Увидев Антона, она всплеснула руками.

– Антоша! Царствие небесное твоему дедушке, – она перекрестилась. – Хороший был человек. Строгий только. Все на кладбище ходил, денно и нощно. Мы уж думали – рехнулся старик.

Антон кивал, слушал вполуха, но баба Зоя разошлась не на шутку.

– А он, говорят, не просто сторожем был, – понизила она голос до шепота. – Хранителем. Ключи у него были от чего-то важного. Люди шептались, да только кто ж проверит? Старик молчал, и ладно.

– Ключи? – переспросил Антон.

– А то! – баба Зоя поджала губы. – Ты, Антоша, дедовы вещи не выбрасывай. Может, найдешь чего. Он тебя любил, все тебе, поди, припас.

Антон попрощался и пошел наверх. Дома он снова достал ключ. Тот был холодным, но Антону казалось, что он ждет. Просто лежит на столе и ждет.

В пятницу ночью Антон проснулся от того, что в комнате было светло.

Он сел на кровати, ничего не понимая спросонья. Свет шел из рюкзака, брошенного в углу. Тусклый, зеленоватый, как от гнилушки в лесу.

Конец ознакомительного фрагмента.