1. Новый день в Зарате

Хэй открыл глаза ранним утром. Сон его вышел крепким и спокойным, как обычно.

– Хорошо! – потянулся, разводя могучие руки в стороны, мужчина.

Вдохнув полной грудью бодрящую свежесть летнего утра, он перевел взгляд на панорамную, с видом на двор, стенку. После череды пасмурных дней наконец появилось солнце, голубел небосвод.

– Очень хорошо! – сказал Хэй, и на лице его растянулась улыбка.

Он быстро опустил ноги, поднялся и, пропустив привычное умывание, в одних спальных трусах проследовал в сияющий солнечными лучиками двор. Расправил широкие плечи, загляделся на аккуратную лужайку, белую, с коричневой крышей ротонду, большой прямоугольный бассейн. Уже ставшие привычными, в игре солнечного света они показались ему немного иными.

Переливающийся голубым бассейн виделся Хэю особенно привлекательным. Добежав до его края, он прыгнул и рыбкой вошел в воду. Вынырнул, сделал несколько гребков, перевернулся на спину, устремил удовлетворенный взгляд в пустующее небо. Ему нравилась холодная вода, нравилось, как она окутывает его тело, как легонько его щекочет.

Вернувшись в дом – просторное, ухоженное, состоящее из одной большой комнаты жилище, – Хэй задержал взгляд на появившемся на стеклянной стене списке дел. У него уже были мысли, что следует в нем изменить, однако большие, выведенные оранжевым шрифтом слова «побриться», «умыться» и «завтрак» заставили его отложить планирование и заняться делами насущными.

Стенка уже «заметила», что Хэй вернулся в дом мокрым, а потому «побриться» опустилось двумя строчками ниже, встав аккурат после «завтрака». Мужчина, однако, этого не увидел и последовал привычному распорядку: насухо вытер лицо, потер по щетине и подмышкам бритвенным полотенцем и только потом принял душ.

Через пять минут он уже топал к кухонному столу, ворошил свои короткие, чуть вьющиеся волосы. Привычным жестом Хэй подхватил большой стакан, поставил под сопло встроенного в шкаф миксера и замер в ожидании белкового коктейля.

«Клубничный», – подумал он, и миксер начал послушно наполнять стакан.

У обеденного стола мужчина на несколько секунд замер, в нерешительности глядя на прозрачную миску с буланками – разноцветными шариками диаметром от трех до пяти сантиметров с небольшими пупырышками по их поверхности. Бордовые и желто-зеленые выглядели одинаково заманчиво. Решив-таки остановиться на бордовых, Хэй опустился на стул.

– Что там у меня на сегодня? – хрустнув первым шариком, обратился он к панорамной стене.

Та уже подсказывала, что в девять утра стартует турнир по спринт-плаванию, который он собирался посетить в качестве зрителя, а в час – соревнования по прыжкам в длину, в которых он был уже участником. После стояли спарринг-бои, скалодром, тренажеры и вечерние танцы.

– Плавание пропущу, – махнул рукой Хэй.

Запись послушно растворилась, а следующие за ней поднялись на строчку выше.

– Вместо этого пробегусь до восточного холма, – продолжал командовать он. – Потом спарринги, потом прыжки. Дальше – по обстановке.

Стена перестроила расписание, попутно проставив примерное время начала для каждого события.

Вскоре Хэй был во дворе, уже в кроссовках и шортах. До восточного холма было около пяти километров, итого с дорогой назад – десять.

Следуя к выходу, он свернул к стоящему прямо на лужайке турнику, чтобы немного размять и руки. Чуть повисел, подтянулся; раз, два – медленно, чтоб привести мышцы в тонус, затем три раза быстро, а потом, вложив больше силы, выкинул себя наверх. Замер, упершись, поглядел на участок слева, где рыжеволосая соседка бултыхалась в бассейне, перевернулся и спрыгнул вниз.

Теперь можно было бежать.

Хэй начал неспешно. По аллее вверх, там на центральную улицу, вдоль поросших плющом заборов, ограждающих детские кварталы, и в поля. Погрузившись в гармонию зелени, птичьего пения и мягкого света, он забылся и вскоре взвинтил темп до соревновательного.

«Турнир по прыжкам!» – тут же пронеслось у него в голове, воскресив перед глазами картинку с панорамной стеной и ее расписанием.

По части этого турнира у Хэя больших ожиданий не было: за шесть лет, что он занимался прыжками, лучшим его достижением было четвертое место. На победу он не надеялся, но закончить в первой четверти таблицы определенно рассчитывал. А потому следовало поберечь силы и не слишком нагружать ноги на приятной во всех отношениях пробежке.

«Завтра, – успокаивал себя Хэй. – Весело будет завтра!»

Он сбавил темп и в итоге достиг холма совсем не уставшим. По обыкновению взбежал по склону, постоял на вершине, рассматривая, как вдалеке среди желтых полей степенно трудятся заратские роботы. Хэй не имел и малейшего понятия, что эти белые помощники Духа делают в полях, но был убежден, что делом они заняты полезным.

Обратный путь, как водится, показался ему короче. Уже пробегая по центральной улице, он задумался о времени. Перед глазами всплыли цифры: «9:12». Это означало, что первые любители кулачного боя уже начали собираться для тренировочных поединков на арене. Недолго думая, мужчина свернул к стадиону.

– Банис, привет! Тур, Зала! – приветствовал он старых знакомых. – Фрэй…

– Привет! – отозвался последний – старый приятель Хэя еще с детских лет. – Ох… ты так воняешь!

– Тебе бы умыться, – поддержала его Зала – высокая и очень быстрая в бою блондинка.

– Сейчас сбегаю, – согласился Хэй, смахивая с шеи капельки пота. – Хорошо попал, – глядя через плечо блондинки, подметил он ловкий удар молодого бойца. – Давай, давай… – засмотрелся он на парнишку, но тот замешкался и развить свой успех не смог. – Эх! – цокнул языком Хэй и устремился в раздевалку.

Возвращаясь на улицу, он чувствовал, как кулаки его непроизвольно сжимаются, как под ложечкой начинает посасывать в предвкушении нового, пусть и не турнирного боя.

На арене уже была новая парочка, а остальные, усевшись на трибуне в один плотный рядок, наблюдали за поединком. Хэй подошел молча и занял последнее в этом ряду место.

Так было принято: если желающих меньше десятка, то двое дерутся, а остальные сменяют проигравшего бойца в порядке очередности; тот, кто победил трижды подряд, тоже уходит с арены и, если есть у него такое желание, опять занимает очередь. Если желающих больше десяти, организуются две арены с теми же правилами.

Наблюдая за поединками, Хэй теребил свои перчатки, мысленно участвуя в сражении на стороне одного из бойцов. Находя вдруг несоответствие своего возможного ответа и реального движения своего «аватара», он на секунду задумывался, кто из них двоих прав, чей вариант лучше. Обычно правым выходил сам Хэй.

В последнем спарринге ожидаемо победил Фрэй.

– Давай, чемпион! – поманил он рукой Хэя. – Моя левая ждет тебя!

С левшой Фрэем они провели сотни, если не тысячи тренировочных боев. Как правило, побеждал более умелый и сильный Хэй, но так случалось далеко не всегда. Его приятель тоже был крепким бойцом – быстрым, зорким, выносливым.

– Иду, иду, – заканчивал лепить защитную сетку Хэй. – Ты отдохни немного, – тут же принялся он за перчатки – аккуратные, лишь слегка увеличивающие его кулак.

Защитная сетка лепилась прямо на лицо и как таковой сеткой не была: первая полоса проходила по нижней челюсти, вторая под глазами и последняя – над бровями. Небольшой кусочек клеился и на спинку носа.

– Начинай! – подняв кулаки, скомандовал Хэй.

Бой начался с тактических перемещений, редких джебов и ложных замахов. Хэй стал теснить противника, в какой-то момент открыл лицо справа, и Фрэй клюнул, тут же запустив туда левый кулак. Нырок, слева в корпус, ложный справа и еще один апперкот левой.

– Вот снова, – присел на одно колено Фрэй.

Победитель широко улыбнулся. На миг ему захотелось сказать что-то колко-шутливое, но заметив, что приятель его никак не встает, Хэй вмиг стал серьезным.

– Ты в порядке? – протянул он руку побежденному.

– Сейчас буду, – тот беззлобно шлепнул по его перчатке своей и поднялся.

Следующий поединок оказался проще: соперником Хэя был двадцатилетний паренек, еще не успевший набраться опыта и обрести мастерства. Чемпион опустил руки и позволил юноше атаковать, а когда тот промахнулся в шестой раз, пульнул свою правую ему в подбородок.

За миг до касания сетка на лице парнишки активировалась, кулак Хэя завяз в силовом поле и ушел в сторону. Извилистые полоски сетки моментально покраснели, сигнализируя о поражении их хозяина.

– Не стоило так открываться, – подсказал пареньку чемпион, не испытавший от победы большой радости.

– Знаю, – все еще пребывал в замешательстве юноша.

Хэй выиграл и третий поединок, а за ним, обождав, пока очередь вновь дойдет до него, еще три.

– Пойдем на воду поглядим и вернемся, – позвал его Фрэй, уже повесивший перчатки на плечо.

– Пошли, – согласился чемпион, сочтя, что спарринги можно будет продолжить позднее, когда противников станет больше, а состав их изменится.

Они неспешно поднялись на глиняного цвета трибуны и двинулись влево, в направлении бассейна.

Заратские трибуны были сооружены в виде правильного шестиугольника, у каждой из сторон которого располагалась своя соревновательная площадка. Чтобы добраться до бассейна, приятелям предстояло миновать гимнастическую и игровую зоны.

– Решил поменять ядро на футбол, – заговорил первым Фрэй.

– Футбол? – Хэй сморщился.

– Ты ж видишь, не выходит у меня с ядром, – пожал плечами Фрэй. – А с футболом весело. И шансы выше.

Хэй тоже участвовал в соревнованиях по метанию ядра, но в отличие от своего приятеля, имел неплохие, почти всегда выше среднего результаты.

– От везения сильно зависит.

В футбол заратцы играли на небольшом поле, в формате «три на три», причем состав команды определялся случайным образом.

– Хуже, чем с ядром, не будет, – справедливо подметил Фрэй.

– Верно.

Приятели расположились на четвертом ярусе, по пути прихватив из холодильника две бутылки воды и несколько больших буланок. Начинался второй заплыв четвертого раунда, двое атлетов уже топтались около стартовых тумб.

Хэй присмотрелся к дальней, показавшейся ему знакомой фигуре. Издали он не смог распознать ее, напряг зрение и в ответ получил картинку с дальней стороны бассейна.

– Смотри, Элина в четвертый круг вышла, – улыбнулся он.

– Элина? Которая дальше? – Фрэй тоже прищурился.

– Она. Хорошая девушка.

– Не в моем вкусе.

– Отчего же?

– Не знаю, – зачесал подбородок приятель. – Слишком плечистая, наверно.

Заплыв за заплывом, раунд за раундом – двое засиделись и в итоге досмотрели турнир до конца. Обсуждали девушек, делали прогнозы. Вылетев в четвертьфинале, к ним присоединилась и Элина. Хотя она и была не во вкусе Фрэя, они широко друг другу улыбались и, как показалось Хэю, часто были в разговоре заодно.

– Пора мне на прыжки, – объявил он им, получив уведомление о скором начале соревнований.

– И я, я тоже иду! – спохватилась девушка.

Фрэй пожелал им обоим удачи, сказав, что, возможно, заглянет на легкоатлетическую площадку ближе к финалу.

– Хороший парень, – улыбалась рослая Элина по пути к арене.

– Верно.

– Не скучаешь по мне? – взяла она Хэя за руку.

– Всего же три дня прошло, – он пожал ее руку в ответ.

– Ага! Думаю, еще три, и я точно соскучусь.

Мужчина рассмеялся, приобнял свою знакомую за плечи и поцеловал в еще не успевшие высохнуть волосы.

На турнире по прыжкам в длину участвовало около семидесяти человек. Для победы надо было одержать верх в каждом из семи парных состязаний. Днем ранее уже состоялся предварительный этап, в ходе которого определились тридцать два лучших атлета. Теперь настало время определить победителя.

Вместе с прочими участниками Хэй занял место на нижних ярусах трибун. Огромное табло под нависающей с дальней стороны арены крышей уже высвечивало имена первой и второй пар прыгунов. Во второй оказалась как раз Элина, вынужденная из-за этого оставить Хэя.

Со жребием девушке не повезло: ее соперником был Манус – многократный победитель прыжковых турниров. Проиграв в первых двух попытках, Элина вернулась на трибуну.

– Пять сантиметров всего! – радовалась шатенка совсем незначительному отставанию при первом прыжке. – Иди, Хэй, готовься, – заметила девушка произошедшие на табло изменения.

Ему тоже попался серьезный противник, тоже бывший чемпион, но, в отличие от своей приятельницы, мужчине повезло: в первом прыжке чемпион заступил, а во втором хоть и выиграл, но приземлился неудачно и продолжать не стал.

– И такое случается, – возвращаясь на трибуну, смеялся довольный Хэй.

Удача в тот день сопутствовала ему, дав в следующих двух раундах объективно более слабых соперников.

– Я удивлена, чемпион! – приветствовала его в полуфинале Камила – первоклассный спринтер, уверенно ощущавшая себя и в прыжках. – Думала, ты только кулаками можешь.

– Я тоже удивлен, – довольный успехом, Хэй поигрывал перед ней грудными мышцами. – Боишься? – шутливо подмигнул он.

Камила звонко рассмеялась.

Через минуту они стояли у стартовой линии, готовясь к синхронному разбегу. Мужчина чувствовал себя превосходно: он уже превзошел самого себя, и любой исход нового противостояния был ему мил. Прыгунья же, наоборот, нервничала, чувствуя редкий шанс на победу, ведь действующий чемпион Манус к тому моменту уже выбыл.

Сирена. Хэй первым рванул с места, с каждым толчком разгоняясь все сильнее. К моменту прыжка ветер свистел у него в ушах, песочная яма расплывалась в слезящихся от ветра глазах. Прыжок. Хэй сделал еще несколько «шагов» в воздухе и приземлился в песок.

«Не очень!» – мысленно оценил он свою попытку.

Словно в подтверждение этому на соседней дорожке Камила пролетела почти на метр дальше. Хэй поднял глаза на экран: «Хэй – 10,32, Камила – заступ».

Атлетка поднялась на ноги первой и, увидев досадный результат, гневно махнула кулаком. На пути к стартовой линии они поравнялись; она уже успокоилась, а Хэй надул грудь пуще прежнего.

– Сама виновата, – покачивал он головой. – Не боялась бы, и нормально б тогда.

Камила шутку не поддержала, лишь язвительно скривила свое и без того не слишком, по мнению Хэя, красивое лицо.

Секунды передышки, и сирена гаркнула вновь. В этот раз мужчина немного замешкался, пропустив соперницу вперед. Сперва он подумывал об еще одном ординарном прыжке, но, сорвавшись с места, решение поменял.

«В полную силу!» – скомандовал он себе, заставляя мышцы трудиться на пределе возможностей.

Толчок, секунда полета, приземление. Хэй уже видел, что прыгнул очень хорошо и что их с Камилой результаты должны быть близки. Взор его устремился к табло: «Хэй – 11,68, Камила – 11,66».

– Ха-ха-ха-ха! – все еще сидя в песке, сотрясался от смеха он. – Бывает же!

Прыгун лег на спину, раскинул мускулистые руки в стороны. Впервые он оказался в прыжковом финале. Хэй все еще смеялся, когда Камила подошла к нему и, набрав в ладошку песка, высыпала его на грудь неожиданного победителя.

– Поздравляю, чемпион! Отличный прыжок, – щурилась от солнца атлетка. – Вставай, видишь, ровняльщик ждет.

Белый с синими вставками робот уже несколько секунд вертелся рядом, ожидая, пока прыгун встанет и он сможет привести прыжковую яму в порядок.

Мужчина проворно поднялся, отряхнулся и неспешно пошел в зону отдыха. У него было еще минут пять до финала – немало, но недостаточно, чтобы мышцы успели восстановиться после такой перегрузки.

Хэй все еще сидел на лавочке, разминая ноющие четырехглавые мышцы, когда к нему подошел второй финалист.

– Прыжок последней надежды? – со знанием дела поинтересовался тот.

– Верно, Ганц.

– Я б тоже так сделал. На твоем месте, – добавил он после паузы.

Когда настало время выходить на старт, Хэй поднял крестом руки, символизируя свой отказ продолжать состязание. На табло вспыхнуло имя победителя, загремел торжественный марш.