«Батцен» репрезентировал как отцовские, так и ее собственные гениталии: отцовский пенис откусил бы ее воображаемый пенис точно так же, как она желала кастрировать его.
Она украла его у отца, отчасти из переживаний зависти, ненависти и мести, отчасти для того, чтобы занять его место возле матери и – с помощью потентного пениса отца – совершить репарацию за повреждения, нанесенные в фантазии матери.