«Что, если те, кого мы любим, — это те, кого мы уже любили раньше?»

Кто они? Не люди и не боги,

не пришельцы, не тени, не сны.

Только любовь их — вечный итог,

что рождается снова из тьмы.

«Дон Альварес: Зерно надежды»

1808 год, Мадрид

В воздухе пахнет порохом и переменчивой политикой: Наполеон уже перекроил карту Европы, а Испания балансирует на грани открытого противостояния с Францией.

Для Рамана и Марго это время – одновременно проклятие и дар. В их особом мире у каждого есть официальный супруг или супруга, но истинная связь строится на ином – на глубокой, почти мистической привязанности к главному партнёру. Для Рамана Марго – именно такая. Для Марго Раман – единственный, кого она по настоящему любит.

Салон герцогини Альба

Раман вошёл, и сердце его замерло: у окна, в платье цвета увядшей розы, стояла Марго.

Она обернулась – и время остановилось.

– Марго… – его голос дрогнул. – Я так скучал.

Она побледнела, но не отступила:

– Раман… Вы не должны быть здесь. Я замужем. И законы нашей касты…

– Разве законы могут запретить то, что живёт в сердце? – он шагнул ближе, не обращая внимания на насторожённые взгляды придворных. – Мы были вместе в прошлой жизни. Я помню каждый миг: сад, звёзды, клятвы…

Марго опустила глаза:

– Это не имеет значения. Теперь у меня другая судьба.

В этот момент рядом возник её муж – высокий, статный, с холодным взглядом:

– Месье, в Испании свои правила. Вы не смеете нарушать покой моего дома.

Раман сдержал порыв гнева:

– Прошу прощения, если нарушил этикет. Но любовь, кажется, не знает границ – ни географических, ни кастовых.

Марго поспешила сгладить неловкость:

– Давайте не будем портить вечер спорами. Раман, вы ведь хотели рассказать о парижских новостях?

Но ни он, ни она не могли забыть того, что вспыхнуло между ними.

Тёмный переулок

Ночью Раман шёл через старый квартал, когда из тени выступили трое.

– Месье, – произнёс один из них, обнажая клинок. – Вас ждут.

Раман понял всё мгновенно. Это была ловушка.

Завязалась схватка. Сталь звенела в тишине, отблески лунного света плясали на лезвиях. Раман отбивался, но силы были неравны.

– Почему?! – выкрикнул он, парируя удар. – Что я сделал?!

– Вы оскорбили честь дона Альвареса, – прохрипел один из нападавших. – И заплатите за это.

Раман почувствовал, как лезвие царапает плечо. Кровь, тёплая, липкая, проступила сквозь ткань. Он понимал: ещё минута – и всё будет кончено.

Но вдруг в его сознании вспыхнуло воспоминание: Марго, её улыбка, её голос, шепчущий: «Я люблю тебя».

Ярость вскипела в нём, и он бросился в атаку.

Первый из троих, высокий и жилистый, сделал выпад – Раман уклонился и ударил его в бок. Мужчина вскрикнул, упал, пытаясь зажать рану, но второй уже наседал. Раман парировал удар, развернулся и вонзил клинок в грудь противника. Тот рухнул без звука.

Третий нападавший, самый молодой, с бледным лицом и дрожащими руками, отступил на шаг. В его глазах стоял ужас.

– Я… я не хотел… – прошептал он.

– Тогда беги, – выдохнул Раман.

Но юноша не успел: из за угла выскочил ещё один человек – личный оруженосец дона Альвареса. Он ударил молодого наёмника в спину, затем развернулся к Раману.

– Ты умрёшь за господина! – крикнул он, бросаясь вперёд.

В короткой схватке Раман одолел и его.

Когда всё закончилось, четверо лежали на земле. Раман стоял, тяжело дыша, с окровавленным клинком в руке.

Он не хотел убивать. Но выбора не было.

Гибель дона Альвареса

Марго, узнав о нападении, бросилась на место. Она не верила, что Раман мог убить – но когда она примчалась к переулку, увидела его, стоящего над телом её мужа.

Дон Альварес лежал на спине, глаза широко раскрыты, на губах – розовая пена. Его грудь была пробита.

– Нет… – прошептала Марго, падая на колени. – Нет, нет, нет…

Она схватила его за руку, прижала к лицу. Холодная. Уже холодная.

Раман подошёл.

– Он напал первым, – сказал он тихо. – Я защищался.

Марго подняла на него взгляд, полный безумия.

– Ты убил его! Ты убил моего мужа!

– Он послал людей, чтобы убить меня! – Раман сжал кулаки. – Я не искал этой крови!

Но Марго не слышала. В её сознании остался только один образ: Раман, стоящий над телом её супруга.

Спустя два месяца. Осенний лес

Через два месяца Раман, сопровождаемый пятью французскими кавалеристами, остановился на почтовой станции, чтобы сменить лошадей.

Они не успели войти в здание, когда со стороны леса показались всадники. Марго.

Она ехала впереди, в чёрном плаще, лицо скрыто капюшоном. За ней – двенадцать наёмников, турок из личной гвардии её покойного мужа.

– Раман! – крикнула она, обнажая саблю.

Раман обернулся к своим людям.

– Уходите. Я разберусь.

– Мы не можем вас оставить, – возразил старший капрал.

– Это приказ.

Кавалеристы отступили, но не уехали – заняли позиции на краю двора.

Марго атаковала с яростью, которую Раман никогда прежде не видел. Её сабля описывала смертоносные дуги в воздухе, но он парировал каждый удар, чувствуя, как время вокруг них замедляется.

В эти мгновения он видел каждую каплю пота на её лице, каждый мускул, играющий под тканью плаща. Французские кавалеристы, застывшие в нерешительности, казались неподвижными статуями.

– Ты не сможешь победить меня, Марго, – прошептал Раман, уходя от очередного удара. – Мы связаны сильнее, чем ты думаешь.

Она зарычала от злости, ускоряя темп атаки. Но и Раман ускорил свои движения, входя в то же состояние замедленного восприятия. Их клинки звенели в воздухе, высекая искры.

Наёмники, видя, что их госпожа отвлечена, попытались окружить Рамана. Но он, используя свою способность управлять временем, уклонялся от их ударов с невероятной лёгкостью. Один за другим они падали, не в силах противостоять его скорости. Тем временем капрал и двое кавалеристов, не выдержав, вступили в бой. Один из французов упал, пронзённый саблей. Другой получил удар кинжалом в бок.

Марго видела это. Видела, как её люди убивают французов. Но в её сердце не осталось жалости – только горе и гнев.

Марго впала в ещё большую ярость.

– Ты заплатишь за всё! – крикнула она, бросаясь в очередную атаку.

Их клинки скрестились в смертельном танце. Раман чувствовал, как силы покидают его. Способность замедлять время требовала огромных затрат энергии.

В этот момент на горизонте появились французские всадники. Марго, увидев их, поняла – это конец.

– Это не конец, – прошептала она, отступая. – Мы ещё встретимся.

Она развернула коня и помчалась прочь, уводя за собой оставшихся наёмников. Раман, тяжело дыша, опустился на землю. Его рука крепко сжимала окровавленную саблю.

Французские кавалеристы окружили его, но никто не решался подойти ближе. Они видели то, что произошло здесь – невозможное, необъяснимое.

Раман знал – это только начало их противостояния. Их любовь, их ненависть, их способности – всё это только начало великой истории, которая изменит их мир навсегда.

В Мадриде начали греметь пушки. Испания погружалась в хаос войны. Но для Рамана и Марго существовала только их собственная война – война любви и ненависти, способная изменить не только их судьбы, но и весь мир вокруг.