Отзывы на книги автора «Роберто Савиано»

Как называется несдерживаемое извержение недопереваренной пестрой массы, которая копилась-копилась, но в итоге все равно вылезла наружу в неприглядном, неприятном виде?

Книга Савьяно - оно самое. Не в том смысле, что она плохая, вовсе нет. У автора, журналиста, выросшего в городе, где всем заправляет каморра, переполнились внутренности происходящим вокруг адом, и появилась "Гоморра".

Как раз такая, как в первом предложении. Несдерживаемая - от текста ощущение, что автор сам речитативом зачитывает свою книгу, быстро, без выражения, а если заткнуть ему рот рукой - откусит и продолжит. Пестрая - от имен, мест, дат, судебных процессов и других перечислений. Неприятная - ну а как еще писать о мафии, с восторгом и преклонением? Пусть это в художественной литературе делают, о различиях образа мафии в кино/литературе и в реальности в книге даже целая глава есть.

Реальность на самом деле бьет по глазам - иногда, чтобы запомнить многочисленных членов каморры, гуглила их фото и истории. И надолго застревала в википедии, пытаясь объединить в голове сухую информацию на вики, фотографии некоторых каморристов с невинными лицами или харизматичных, как черт, с адскими преступлениями, описанными в книге .

При этом на все 350 страниц в противопоставление сотне имен каморристов всего два героя - дон Пеппино Диана, которому посвящена целая глава, и безымянная воспитательница детского сада. Один убит, вторая переехала куда-то подальше, после того как от нее отреклись семья и друзья.

Сам автор, кстати, героем себя вовсе не выставляет, он просто везде ездит на "веспе" и все узнает. Отсюда законный вопрос - как он, черт возьми, так много информации выведал и отделался всего лишь угрозами в свой адрес? После многочисленных историй, как за одно лишнее слово людей просто так догоняли на улице и расстреливали.

Начала с физиологии, надо ей и закончить. Последняя глава посвящена экопреступлениям каморры (к слову, со ссылкой на данные, собранные организацией Legambiente, которая даже не так от меня далека). Свинская натура вылезает и здесь - каморра гадит на своей же земле, там, где строит себе роскошные виллы и растит детей.

Безумству храбрых поем мы песню.

Если спросить сегодня про отношение к мафии, кто-то подумает о романтике "Крестного отца", кто-то об игре, где на город опускается ночь, а самые стойкие припомнят сериал "Спрут" с комиссаром Катани - и в основном пожмут плечами: "Мафия бессмертна". С улыбкой. Когда мир перешагнул через какие-то страхи и на их место пришли новые, актуальные здесь и сейчас, пугаться прошедших кажется нелепым. Примерно как в десятых мы говорили: "Слава богу, сейчас не 37-й год", - искренне веря что возврат невозможен. На самом деле любое насилие - зло без срока давности.

Они обращают и продают в рабство людей, подсаживают детей на наркотики, запугивают и принуждают к повиновению всех, от простых людей до крупных чиновников, судей, бизнесменов. По-настоящему страшные твари. В Италии, начиная с середины прошлого века, создалась благоприятная обстановка для наркотрафика. там производство и продажа морфиносодержащих веществ долго, по сравнению с остальной Европой и Америкой, были сопряжены с минимальным контролем, а большое количество итальянских эмигрантов в Штатах, которые постоянно наносили визиты на родину, оказались удобными курьерами. Сицилия долго была под иностранным господством и там возникали очаги сопротивления. Не столько народно-освободительного, сколько криминального: грабить богатых чужестранцев, похищать людей ради выкупа, помните, в "Графе Монте-Кристо" Альбера похищают во время карнавала? Хотя и в Риме, но разбойники сицилийские.

Пользуясь поддержкой местных крестьян,которым перепадало от щедрот в обмен на приют и снабжение продуктами, ко времени начала Второй Мировой это была уже сложившаяся оргпреступность, с которой Муссолини, как всякий сильный диктатор, начал борьбу. Аресты и убийства лидеров отрядами фашистов чернорубашечников - часть истории мафии. Тогда она показала, что может быть очень гибкой, это обычно не афишируется, но сицилийские мафиози в сотрудничестве с американскими военными сильно содействовали свержению режима. К концу семидесятых это уже мощная, ресурсная, глубоко законспирированная международная сеть, в которую были вовлечены сотни тысяч, а может, и миллионы людей - особенность сицилийской Коза Ностра ("наше дело", букв.) и мафии вообще, еще и в разовых поручениях, от которых нельзя отказаться.

Смычка с правоохранителями, политиками, лидерами профсоюзов и общественных движений обеспечивает мафии неуязвимость и внешнюю легитимность, идея бороться с ней кажется нереальной и все же находятся люди, которые не принимают искаженный миропорядок, стремятся вернуть все к норме. Начинают борьбу, которая кажется обреченной и побеждают. Погибая. Книга итальянского журналиста и писателя Роберто Савиано о таких героях. Организованная преступность предмет серьезных исследований автора, "Каморра" - книга о неаполитанской мафии,не только принесла ему известность двадцать лет назад, но сделала предметом недовольства как со стороны политиков, упрекавших, что ради скандальной известности он подрывает международный престиж страны, так и мафиози. Долгое время Савиано скрывался жил 24/7 с телохранителем, и вынужден был покинуть Италию

"Одиночество смелых" - роман о Джованни Фальконе, в сегодняшней Италии национальном герое, именем которого называют улицы, и о его соратниках: Рокко Кинничи, Паоло Борселлино, Джузеппе ди Леппо, Леонардо Гуарнотта. Написанная в форме эпизодов, привязанных к определенным промежуткам времени,книга охватывает период с 1976 по 1992 годы, с небольшим заходом в послевоенный 1949. Главы, начиная с середины, расположенные хронологически ровно, в начале хаотично скачут, потому порог вхождения, возможно низкий для итальянцев и тех, кто в теме, высок русскоязычному читателю - на тебя обрушиваются десятки романских имен, в обладателях которых непросто разобраться: кто за правое дело, кто бандит; переходы из 1943 в 1982, 1979, снова 1982, а потом 1976 - дополнительно дезориентируют и лишают нарратив связности.

Но одолев начало, дальше движешься ровно, в русле драматичной истории, желая герою победы и долгой счастливой жизни. Сбудется лишь половина. Организованная преступность, подменяющая закон, неуловимая, с тысячью щупалец, которая не останавливается ни перед чем ради достижения целей, страшна и многолика. Не стоит думать. что все обойдется.

«Одиночество смелых» - не нон-фикшн, как я думала, а документальный роман о Джованни Фальконе, одном из самых известных борцов с сицилийской мафией. Все события точны, но диалоги, разумеется, являются художественным вымыслом.

Автор - Роберто Савиано, журналист, который много лет исследует мафиозные структуры в Италии. Он пишет о различных криминальных организациях: например, о Гоморре, а в этой книге речь идёт о сицилийской мафии - Коза Ностра. Сам Савиано оказался в опасном положении из-за своих книг, подробно описывающих структуру и принципы работы мафии: после одной из них на него объявили охоту, и сейчас он живёт под охраной. По некоторым данным, в молодости он работал ассистентом фотографа на мафиозных свадьбах, где и получил опыт наблюдения.

Сюжет книги сосредоточен вокруг фигуры Джованни Фальконе и людей, которые вместе с ним пытались изменить правила игры итальянского правосудия. История рассказывает о создании так называемого пула «Антимафия» - объединённой группы следователей, которые обменивались информацией и поддерживали друг друга. Инициатором этой идеи был Рокко Киниччи, начальник следственного отдела при прокуратуре Палермо, предложивший работать сообща, чтобы дела могли переходить от одного следователя к другому в случае необходимости. В пул также входили Паоло Борселлино, близкий друг Фальконе. Киниччи был убит мафией в 1983 году, Фальконе - в 1992-м, а спустя несколько месяцев погиб и Борселлино. Эти убийства не остановили борьбу - напротив, они показали, насколько мафия может быть жестока и насколько важной была работа этих людей.

Я часто думала о том, откуда у людей берётся такая смелость. Столько коллег погибло от рук мафии, но те, кто связан с расследованиями, продолжают идти вперёд. Они живут по принципу: если меня убьют, моё место займут другие. Этот принцип напоминает мне работу журналистов-расследователей.

Финал истории известен: большинство «положительных» героев погибают. Но их работа нанесла ощутимый урон мафии и впервые показала, что это вовсе не разрозненная группа, как думали раньше, а чётко организованная структура, которую необходимо понимать, чтобы с ней бороться.

Это не просто сухой пересказ событий, а полноценный художественный роман, показывающий мысли и эмоции героев, их скрытые стороны, их жизнь в кругу семьи и коллег, их переживания не только за себя, но и за других.

В книге также упоминаются реальные исторические фигуры, например Летиция Баталья - фотограф, документировавшая жертв мафии и жизнь в районах под её влиянием. Она сделала известные снимки, в том числе после убийства политика Пьерсанти Маттареллы, и нередко оказывалась на местах преступлений одной из первых. В разгар мафиозных войн ей приходилось снимать несколько убийств в день, несмотря на угрозы в её адрес.

В целом исторический контекст насыщенный и детальный. Мне книга очень понравилась, и я считаю её сильной журналистской работой, поданной в художественной и при этом доступной форме.

Что можно посмотреть по теме:

- фильм и сериал Гоморра по роману Роберто Савиано

-Мафиозо (1962)

-Сова появляется днем (1967) по роману Леонардо Шаши

-Крестный отец (1972) по роману Марио Пьюза

Погружаясь в мир мафии в целом и Коза Ностры в частности, первое имя (ещё до всех донов и capo di tutti capi), с которым мы сталкиваемся, будет Джованни Фальконе. Кто он? Итальянский судья и прокурор, благодаря которому люди в самой Италии, да и за ее пределами, узнали, что такое мафия, насколько сильно она срослась с государством и каким образом «люди чести» зарабатывают и отмывают деньги. Именно он стал организатором так называемого «Макси-процесса» в Палермо, который растянулся на шесть лет (с 10 февраля 1986 по 1992 год) и по итогам которого было осуждено 338 человек. Порадоваться этому исходу самому Джованни удалось недолго — 23 мая 1992 года Фальконе, его жена Франческа Морвилло и трое телохранителей были убиты взрывом тонны тротила на автостраде возле Палермо, организованным мафией.

Собственно, «Одиночество смелых» охватывает десятилетие до гибели Фальконе и рассказывает о том, как он со своей командой шёл к «Макси-процессу», о всех препятствиях, которых было через край на его пути, о смерти коллег, о личной жизни, о победе закона и злопамятной, бессмертной мафии.

Понравилось ли мне?

А вот на этот вопрос, пожалуй, сложнее всего ответить.
По ощущениям, эта книга оказалась для меня где-то посередине. Я не могу отнести её к лучшему, что я читала в этом году или по теме мафии вообще, но и назвать «ужасной» тоже не выходит. Всё как-то средне, и на каждый плюс тут же наваливается с десяток минусов.

Для примера: до последнего, пока не начала читать, я была уверена, что как и «Гоморра» или «Ноль-ноль-ноль», — это нон-фикшен с лёгким налётом вымысла. Но оказалось ровно наоборот. С другой стороны, я понимаю, почему Савиано пошёл по этому пути. Если идти только по фактам, биография Фальконе будет максимально тривиальной: родился, учился, женился, работал, развелся, стал судьей, снова женился, умер. А если добавить сюда все сицилийские семьи, с которыми он вступал в конфронтацию, получится даже не книга, а скучная энциклопедия в пару томов, где большая часть будет посвящена родственным связям всех кланов «Козы Ностры».

Опять же, первые глав десять (из 64) вызывают ощущение, словно едешь на неисправном автомобиле. Вот вы в начале пути с Фальконе в 1976 году, пролистываете страницы — и вас отбрасывает в послевоенную Италию, а потом бросает туда-сюда. Когда вы добираетесь до середины и хронологического порядка глав, в голове уже каша. И не только из-за этих временных скачков, но и из-за сотен имён, в которых, если не разбираться в итальянской мафии, можно просто утонуть.
Однако по мере чтения начинаешь понимать и даже соглашаться с таким построением истории. Постепенная эскалация противостояния между законом и криминалом вырабатывает свой ритм, и вклинивание всех этих воспоминаний разрушило бы его напрочь.

Пожалуй, единственный минус, который я вообще не могу для себя оправдать, — это линия личной жизни Фальконе. Я понимаю, что это восьмидесятые, да ещё и Италия, где на его отношения с Франческой смотрели очень косо (для контекста: развод в Италии согласно закону 1970 года занимал 7 лет, и этот срок сократили только в 2015). Её, конечно, нельзя было показать лишь парой строк в последней главе перед смертью. Но всё же её так мало во всей истории, и она постоянно где-то на заднем плане, что, убери эту линию из книги, вообще ничего бы не изменилось.

Стоит ли читать?

Давайте так.

· Если вы только начинаете погружаться в тему мафии — отложите книгу на пару месяцев. Пользы она не принесёт, а только запутает.
· Если вы уже более-менее разбираетесь в теме — рискните. Но готовьтесь к тому, что первая треть может вам не понравиться.
· Ну а если вы, проснувшись ночью, можете без запинки рассказать, кто такие Томмазо Бушетта и Гаспаре Мутоло и что между ними общего, — читайте не задумываясь. Вновь погрузиться во времена, когда сицилийская мафия была всесильной, будет занимательно.

Книга оставляет двойственное впечатление. Сама история безумно увлекательная, она бьет по нервам, пугает и доводит до отчаяния, она долго не дает уснуть, а потом насылает кошмары. Но стиль и тон повествования оказались мне не близки.

В 1980-е годы в Италии всерьез решили взяться за мафию. Предыдущая попытка относится к временам Муссолини, когда префект Чезаре Мори, действуя по принципу "цель оправдывает средства", нанес организованной преступности ощутимый урон. Но мафиозный спрут лишь затаился и сразу после окончания Второй мировой войны быстро отрастил новые щупальца.

Символом новой борьбы стал Джованни Фальконе. А еще были Пио Ла Торре, Пьерсанти Матарелла, Карло-Альберто далла Кьеза, Рокко Кинничи, Чезаре Терранова, Гаэтано Коста, Паоло Борселлино - политические деятели, военные, судьи, прокуроры, следователи. Все они боролись с мафией и были убиты.

...мы как будто участвуем в эстафете. Каждый пробегает свой участок пути, передает бумаги следующему и отправляется к праотцам.

Книга названа романом, но это определение ей не вполне подходит. Разве что роман-репортаж? Она состоит из небольших рассказов, каждый помечен годом, с 1976 по 1992, и рисует хронику борьбы сил правопорядка с сицилийской мафией. Убийства, покушения, угрозы - с одной стороны. Аресты, допросы, судебные заседания - с другой. Повествование идет в настоящем времени, действие словно бы происходит прямо сейчас. Персонажи обедают, беседуют с друзьями, признаются в любви подругам, играют с детьми, а потом раздается взрыв или выстрелы - и они умирают...

Есть пара претензий к русскому изданию
1. неудачная верстка. В одной главе часто освещается несколько сюжетов: вот судья обедает с женой, а в следующем абзаце уже действуют другие люди в другом месте - и даже тремя звездочками не отделили;
2. много мата и вообще грубых слов. Персонажи часто разговаривают на сицилийском диалекте, на нем же и ругаются, и в итальянском издании такие фразы обычно остаются на диалекте. А тут весь мат переведен. По-моему, это ошибочное решение. Либо оставляйте диалект и делайте сноску, либо найдите более приличные синонимы - богатство русского языка вам в помощь.

Признавая вклад автора в дело борьбы с преступностью, не могу не отметить минусы текста, которые могут утомить и отвратить читателя
- то самое "настоящее время", из-за которого кажется, будто читаешь сценарий фильма;
- очень много имен. Я понимаю стремление автора почтить память каждого павшего в этой борьбе и назвать поименно всех злодеев, но все же...
- избыток многозначительных и темпераментных метафор, как жестикуляция в немом кино. Я бы предпочла чуть более сухой текст.

Журналистское расследование, скачки повествования, куча имен, много повторяющихся. Художественной ценности книга не представляет, возможно открыла для широкой публики имена Неаполитанской мафии. Но для полиции Италии и их спецслужб это не открытие, так что Савьяно навряд ли слил кого то из мафии. Тем кто живет в Италии, возможно интересно, т.к. есть знакомые имена, а для читателей других стран они ничего не скажут. Само описание устройства каморры представляет интерес, но подача материала очень слабая. Да и у других авторов уже встречалось, правда не столь подробное описание.

Взрыв пронзает сельскую тишину Корлеоне. Юный Тото Риина видит, как гибнут его родные. Грохот этого взрыва знаменует начало целой эры. Люди шепотом называют новую силу мафией, Коза Ностра, деревенщина начинает теснить столичный криминал, и вскоре вся Сицилия замирает в страхе перед жестоким террором.Убийства следуют одно за другим, в городах и деревнях, на побережье и в самом центре острова. Мафия объявляет войну не только конкурентам, но и властям, и прежде всего тем, кто пытается бороться с ней.

Карабинеры, полицейские, прокуроры и магистраты (следственные судьи) — все оказываются под безжалостным прицелом тех, для кого убийство — рутина. Но взрыв породил и другую силу — мужество и упорство, которые олицетворяют Джованни Фальконе и его единомышленники. В 1960-е на Сицилии начинается яростное противостояние закона и преступности, которое позже охватит всю Италию. История великого борца с мафией, Джованни Фальконе, истинного героя Италии.

Автор обращается к важной личности своей страны — человеку, который заложил основы борьбы с организованной преступностью. Его идеи и труды жили и после смерти. Меня эта история интересовала именно с точки зрения личности самого Фальконе, так как к теме мафии я отношусь совсем равнодушно.

Впечатления от книги получились двойственными: в ней хватает и сильных, и слабых сторон — причём в равной мере.
Сначала меня смутили скачки во времени: они создавали ощущение хаоса и мешали погрузиться в повествование. Обилие имён тоже сбивало с толку. Однако, добравшись до середины книги, я начала видеть в этом продуманную логику — автор выстраивает масштабную панораму событий, превращая историю одного человека в эпопею борьбы закона против мафии. Но вопрос остается: многие ли доберутся до этой середины?

Поэтому: если вы, как и я, хотите прочитать историю этого известного человека, то скорее всего так же, как и я, будете где-то по-середине, вам и понравится и нет. Если же вы ищете глубокое погружение в мир мафии и её влияние на Италию, то книга вас наверняка увлечёт.

Что мы знаем о мафии? В основном то, что нам предъявляет Голливуд: прекраснолицый дон Витто, кудрявые мальчики с пистолетами наперевес, любовь, которая побеждает... К слову, автор, который проделал огромную, почти научную работу, исследуя историю мафии за последние лет пятьдесят, обратил внимание, что настоящие, живые мафиозо тоже такие фильмы смотрят:

Кинематограф — это подспорье в считывании знаков в поведении боссов. В Неаполе яркий тому пример — Козимо Ди Лауро. Каждый, кто видит его поместье, сразу вспоминает картину Брендона Ли «Ворон». Каморристы должны создавать себе определенный имидж, не всегда соответствующий действительности, поэтому им приходится прибегать к помощи кино. Примеряя узнаваемую голливудскую маску на себя, они идут кратчайшим путем к превращению в фигуру, внушающую страх. Фантазия киношников влияет даже на такие, казалось бы, сугубо технические вопросы, как манера держать пистолет и способ стрельбы. Однажды ветеран Криминального отдела неаполитанской квестуры рассказал мне, как каморристы подражают киллерам из фильмов:
"После Тарантино они все стали стрелять как бог на душу положит. Ствол прямо больше не держат, теперь только плашмя или скособочат его, наклонят оружие и стреляют, как в фильмах, а от этого одни неприятности. Попадают в живот, в пах, в ноги, не убивают, а калечат."

Но это так, любопытный факт, который может дать читателю немного отдохнуть от реалий жизни в Неаполе и окрестностях, к примеру в славном городе Казаль-ди-Принчипе (провинция Казерта), где родились самые большие звёзды кланов. Начинается повествование примерно с 70-ых годов ХХ-ого века, когда некоторые правила, в том числе и описанные в "Крёстном отце"(хотя там речь о сицилийцах), вполне себе действовали: дети и женщины были неприкосновенны, каждое убийство имело под собой доказанную расследователями от мафии подоплёку. Савиано показывает, как постепенно это растворяется во всё большей жестокости. Сначала дамы сами лезут в управление кланами, потом дочерей начинают отстреливать и т.д. А беспредел становится законом улиц. Вот так рассуждает "рядовой" примерно в начале 2000-ых:

Всех поубивать. Всех подряд. Даже когда есть сомнения. Даже когда неизвестно, на чьей они стороне, и неизвестно, есть ли у них вообще какая-то сторона. Стреляй! Это грязь. Грязь, обычная грязь. Перед лицом войны и опасностью поражения союзники и враги становятся взаимозаменяемыми. Их рассматривают уже не как людей, а как объекты для проверки и демонстрации собственной силы. Только после этого вокруг образуются противоборствующие стороны, союзники, враги. До того надо начать пальбу.

И примерно из этого же времени - из письма сопливого мальчишки, который, правда, уже сидит в тюрьме:

Хочу три машины, хочу видеть всеобщее уважение, когда я вхожу в магазин, хочу владеть складами по всему миру. А потом я хочу умереть. Как умирают настоящие боссы, которые всеми командуют. Хочу умереть от руки убийцы.

В той части книги, которая посвящена экономической стороне деятельности каморры, очень много статистики, поэтому она читается медленно и не столь увлекательно. Вообще-то я, после прочтения книги Пираньи Неаполя , которая мне очень понравилась, уже почитала и про эту книгу и знала, что это произведение не художественное. Но начало, то самое - с экономикой, преодолевала с трудом. Слишком много данных, употреблённых, я думаю, для того, чтобы автору не казаться голословным. Так-то проще бы было кратко написать: господа, если вы думаете, что купили настоящее Долче или Гуччи, окститесь - это "произведение" от каморры, правда, качество при этом не страдает. Каморра контролирует на юге Италии вообще всё: начиная от моды и заканчивая мусором. Многие из её членов имеют хорошее образование - юристы, экономисты, химики (эти особенно востребованные ребята: новые смеси веществ и испытания на наркошах-добровольцах, которые мрут тем чаще, чем чаще гении придумывают, чего бы ещё туда добавить), строительные инженеры. Они даже не зовут себя каморристими:

Члены клана предпочитают другой термин — Система. «Я член Системы Секондильяно». Слово говорит само за себя: это, скорее, механизм, чем структура. Преступная организация равнозначна экономике, диалектика бизнеса формирует структуру клана.

При этом войны кланов, настоящие, как в кино, всё равно постоянно вспыхивают, и при этом гибнут не только бойцы противостоящих групп, а и совершенно посторонние люди, какие-нибудь прохожие... Савиано рассказывает историю из жизни своего отца: тот был врачом на скорой и однажды подобрал раненного мальчишку и отвёз в больницу. Мальчика добивать не пришли, а вот к доктору наведались... С тех пор чуть не каждое утро в семье начиналось так:

Глядя друг на друга, мы повторили наш традиционный диалог, наш катехизис:
— Роббе, как называется человек без образования, но с пистолетом?
— Придурок с пистолетом.
— Молодец. Как называется человек с образованием, но без пистолета?
— Образованный придурок.
— Молодец. Как называется образованный человек с пистолетом?
— Настоящий мужчина, папа.
— Молодец, Робертино!

В глубине души папа, видимо, хотел видеть сына в рядах "уважаемых людей"... Получилось не слишком удачно, с его точки зрения. Но при этом приговорённый к смерти Савиано до сих пор жив и не успокоился. В этой книге он вспоминает многих, кто решился открыто выступить с попыткой изменить регион, где "можно научиться только одному: умирать." С особенной теплотой описан священник Пеппино Диана, одним из первых в 70-ые годы начавший свою борьбу, которая не кончилась для него ничем хорошим...
Особенно хочется рассказать о нескольких главах текста, посвящённых АК-47. По мнению Савиано, цена на автомат Калашникова в регионе напрямую связана с силой правового государства. Чем дешевле автомат - тем ближе государство к своему краху. Сам автомат почти воспет, как идеальное воплощение орудия убийства. А сцены с ним - кошмарные. Снова напоминаю - это не в прошлом веке происходит, а прямо недавно:

Обстрел витрин не всегда означает угрозу или переданное с помощью пуль предупреждение — это скорее военная необходимость. Когда прибывает новая партия «Калашниковых», их надо опробовать. Проверить, исправны ли, не сбит ли прицел, не заедает ли затвор. Надо привыкнуть к оружию. Протестировать его можно было бы и за городом, стреляя по бронированным стеклам уже пришедших в негодность автомобилей. Наконец, купить стекла и спокойно на них тренироваться. Но никто так не делает. Вместо этого стреляют по витринам магазинов, бронированным дверям, металлическим ставням, напоминая заодно, что все без исключения принадлежит им, что существуют только минутные уступки, привилегии, которые могут устанавливать только они и которые в любой момент можно аннулировать.

Тем, кто интересуется историей итальянского Юга, обязательно стоит прочитать эту книгу. Любителям тру-крайма она, пожалуй, тоже подойдёт...

Постижение и понимание становятся необходимостью. Той единственной, что еще позволяет нам считать себя существами, достойными называться людьми.