Третья книга трилогии разительно отличается от первых двух тем, что она прям по-настоящему драйвовая, иначе не назовешь. Если говорить о первых двух книгах, то они показывают нам глубокий продуманный мир, испытавший тяжелую трагедию, но которую как будто должен был испытать, но оттого не легче. Противостояние не столько людей, сколько идеологий разных народов с разными менталитетами и понятиями о правильности и неправильности. Не даром автор сравнивает политику с божественностью - и то, и другое является способом контроля людей, при этом в обоих случаях одно влияет на другое, создавая обоюдную связь, однако, сравнивая с современной мировой политикой нашего мира, можно сказать, что политическая система имеет чуть ли не больше власти, чем некогда божественная. И когда в самом конце божественное распределяется по миру, наделяя некоторых людей способностями, правительству, в свое время заменившему божеств, приходится банально с этим смириться и искать компромисс, дабы в итоге создать более крепкую связь между собой, божественным и простыми людьми. Это новые мировой порядок, пусть и несколько натянутый, только-только зародившийся, а потому еще не нашедший прочный фундамент своего существования.
В отличие от второй книги, здесь автор не рассказывает похожую историю из первой, начиная, по сути, всё с самого начала; в этой книге автор создает новую историю, продолжение предыдущих. Вторая книга, как я писал в отзыве к ней, рассказывает нам о мире, который мы и так уже знаем, рассказывает отдельно об элементах одного конкретного бога, а не всех, как в первой книге, поэтому это не столь интересно, но в этой книге автор раскрывает неизвестные ранее элементы мира в целом, добавляя новые и довольно интересные детали. Он углубляется в систему мира, несколько разрушая атмосферу неизведанного и непонятного, разъясняя отдельные части, очерчивая детали, которые, как по мне, лучше бы так и оставались размытыми.
Книга читается легко, легче, чем предыдущие две, за Сигрудом наблюдать легко. В перовой книге он предстает эдаким каменным истуканам, безымянным стражем, только и умеющим ломать шеи, здоровяком без мозгов. Во второй книге частично раскрывается его эмоциональная сторона, глубина характера, слабые попытки исправить давние ошибки, которые исправить никак не получается из-за собственной нескладности и неумения этого делать, ибо почти всю жизнь он только и делал, что жил сражениями, сожалел о деяниях своих рук, но продолжал сражаться, потому что больше ничего не умел. В этой же книге он раскрывается еще больше, потому что он наконец серьезно пытается исправить ошибки, пусть и думает, что уже поздно. Поняв, что только теряет, он прикладывает все силы, чтобы сохранить хоть крупицу, и ему наконец это удается, и после стольких лет он может вздохнуть с облегчением. Единственный минус - слишком большой акцент на его шраме на ладони, мол, это именно он притягивает несчастья на окружающих его людей, и это вновь несколько портит атмосферу. Но всё же, пусть со мной поспорят, Сигруд - самый интересный герой цикла.
Но больше всего портит атмосферу элемент какой-то супергероики. Вдруг в мире оказываются сотни спящих божественных детей, обладающих самыми разными способностями, олицетворяющими природу и даже отдельные предметы. Будь они с самого начала, было бы действительно круто, но они возникают из неоткуда и обладают такими силами, которые заставляют задуматься, а как случилось то, что случилось? Если боги были в свое время столь сильны, как они вообще умудрились погибнуть? Божественный ребенок может видеть прошлое и даже изменять время отдельных вещей, другой видит будущее, а сами боги должны быть в разы сильнее, но их убили, просто застрелили. Как-то глупо. Да и сами эти божественные дети, они как появляются? Естественным привычным путем или у богов все было иначе? Почему каждый божественный ребенок обладает каким-то конкретным воплощением чего-либо, почему не может быть несколько детей, воплощающих одно? Даже в комиксах есть персонажи, обладающие одинаковыми способностями. Автор будто взял концепцию существующей мифологии, вроде японцев с их ёкаями, духами предметов и концепций, но сделал их более настоящими, не просто появившимися сами собой, а родившимися, из-за чего непонятно, как они вдруг стали привязанными к конкретным объектам, вроде времени, ночи, сна и т.п.
Касательно сюжета. Он интересный, продуманный, драйвовый, хотя и не без огрехов и условностей, некоторые из которых автор пытается оправдать, но получается слабо. Совершенно неясно, как "погибла" Шара, если рядом с ней была Мальвина, способная даже отправлять человека или его сознание на несколько дней назад в прошлое. Почему она также не отправила Шару после взрыва на полчаса назад? Или почему не переместилась сама и не предупредила? Хотя в самом начале для меня было очевидно, что Шара жива, я ждал ее появления и даже ругал автора, что он тянет время, когда всё так предсказуемо. Однако тут автор сделал хитро, и Шара оказалась не совсем жива, но и не совсем мертва, а как бы между, и это вполне интересно, но только не отменяет прошлых вопросов: почему Сигруда она смогла перенести во времени, а Шару нет? Он даже сам предлагает отправить его в прошлое, но Мальвина говорит, что это слишком далеко, плохо для самой реальности, но ведь в момент взрыва она была буквально рядом с Шарой, и пяти минут бы хватило, чтобы сбежать от взрыва. Неясно.
Еще условности, что Нокову нужно именно идти и именно по лестнице и именно куда-то, а не сделать все щелчком пальцев. При этом лестница должна быть полностью цела, убери он подножие, и никто не смог бы забраться следом. И если после смерти богов их чудеса исчезают, почему не исчезла лестница после смерти Нокова, а до этого сами стены города после смерти Олвос? А еще Мальвина, чтобы переместиться в прошлое к волшебному лифту с другими божественными детьми должна прям сначала подойти к лестнице, а не создать пузырь времени за сто метров, а потом уже подойти, не опасаясь Тишины. В общем, странно это.
Автор еще несколько раз намекает, что все происходящее когда-то могло быть, только в несколько ином виде. Были боги, потом их убили, но какое-то божественное дитя накапливало достаточно силы, чтобы обнулить мир и начать все сначала, став первым божеством. Напоминает Колесо Времени. Здесь же этого удалось избежать благодаря Сигруду, который, по сути, просто уговорил новоявленную богиню этого не делать. Тоже выглядит несколько натянуто, можно было придумать что-то более интересное, например, все же обнулить мир, но при этом уничтожив все божественное, например, с помощью сил Времени переместить эти самые силы в прошлое и запереть там, и в итоге новорожденный мир окажется без чудес, как наш настоящий, тогда бы читатель мог еще и погадать, имеет ли ввиду автор, что новый мир без чудес - это наш мир.
Но автор пошел иным путем, и вместо уничтожения чудес сделал так, чтобы они распределились по всему миру, проявившись случайным образом в разных людях. Кто из нас не фантазировал перед сном, как бы было классно вдруг в одночасье обрести суперсилы? Лично я до сих пор фантазирую! Но это совсем другой жанр, и, как я писал выше, это портит атмосферу цикла в целом. Это как если бы в последней книге по Гарри Поттеру выяснилось, что Волан-де-морт - это рептилоид с планеты Нибиру. Почему бы, конечно, и нет, но ведь книги посвящены магии, при чем тут вообще инопланетные пришельцы? Было бы разумней тогда ввести их с самого начала.
9/10 - ох если бы весь цикл был столь драйвовым! Но автор как будто сначала захотел сделать свой оригинальный мир с необычным лором, но в итоге понял, что это мало кому интересно, и после просмотра Людей Икс слегка пересмотрел концепцию, сделав мир более удобоваримым, если не сказать попсовым, но все же с элементами своего оригинального видения этого мира. Автор все еще остается талантливым писателем, язык хороший, к настоящему времени повествования быстро привыкаешь, герои выпуклые и живые, за ними действительно интересно наблюдать, им сопереживаешь, а в конце я даже пустил скупую мужскую слезу. Книга действительно очень интересная, к ней лишь одна серьезная претензия - не попадает в атмосферу. Будь все три книги в чуть разных жанрах, как трилогия фильмов Кловерфилд, вопросов бы не возникло, но первые две очень схожи, даже слишком, а эта чересчур выделяется, как внезапный роковый запил посреди классической партии Времен года Вивальди.