© Original title: L’ÉTANG DES SIRÈNES

© Gulf stream éditeur, Nantes, 2023

© Издание на русском языке, оформление. Строки, 2025

Глава 1
Вокруг невиданное

Я открыла глаза и увидела светлую полоску между ставнями. Вскочила и впустила к себе солнышко. А когда выглянула в окно, залюбовалась ― прямо передо мной озеро! Оно мерцает тысячью искорок, которые зажгли на нём солнечные лучи. Сейчас побегу и полюбуюсь им поближе, обойду вокруг по берегу.

Я выскочила из своей комнаты и увидела, что мама с папой уже завтракают. И в столовой до того аппетитно пахнет панкейками, что я поняла ― умираю, как хочу есть! Погладила Вантуза, любимого моего пса, и уселась за стол. Вообще-то Вантуз мало похож на собаку, он больше напоминает йети или Снежного человека из Северной Америки. Вантуз ― это гора белой шерсти, из которой торчит нос. На моё приветствие он не ответил, продолжал тихо похрапывать.

– Как спала, красавица? ― спросила мама, поливая кленовым сиропом пирамиду панкейков у меня на тарелке.

– Как соня всем соням соня! ― ответила я. ― Ну и тишина тут!

– Удивительная, ― согласился папа. ― Мне кажется, наш переезд всем пойдёт на пользу. Нам здесь будет хорошо.

Для тех, кто меня ещё не знает ― я Жасинта Матаго-Пантут, мне десять лет. Ещё меня можно назвать «королевой переездов». Объясняю: у моих родителей, Юлиуса и Мирабель, редкие профессии. Не успеешь сказать «ку-ку!», как мы уже перелетели в другое гнездо. Мама у меня канадка из Квебека и танцовщица фламенко. А папа ― усатый художник, творец необычных штук из птичьих перьев. У мамы турне, у папы контракты, больше трёх месяцев мы на одном месте не сидим. В этом году первую четверть я училась ― в городе Скелетов, а две следующих ― на улице Колдуний! Конечно, не обошлось без потрясающих приключений, но я о них уже рассказывала. И все чистая правда, хотя самой с трудом верится ^[1].

Ну а последнюю четверть я, значит, проживу здесь, в деревянном домике на берегу озера Русалок. Так уж оно называется. Находится озеро в двух километрах от Мерлуш, деревеньки, куда я буду ходить в школу.

Мы вчера целый день провели в дороге и приехали в полной темноте. Так что знаменитое озеро я увидела только утром.

Путешествие на грузовичке показалось мне немного длинным. Но мне всегда так кажется. Я тряслась на заднем сиденье и представляла, что снимаюсь в фильме с участием Лорела и Харди. Не знаете Лорела и Харди? Так посмотрите! Уморительная парочка ― худышка Лорел и толстяк Харди. Они играют в старых-престарых, ещё немых, чёрно-белых фильмах. Мне их показал мой папа. Сначала я не очень-то заинтересовалась. Не понимала, почему у мамы рот до ушей, а папа хохочет басом и извивается на диване, как большая сёмга в реке. Мне казалось, что всё это скучное старьё. Но мало-помалу их шуточки начали меня веселить, и я тоже полюбила толстяка и худышку. Но вернёмся к нашему грузовичку. Так вот ― Вантуз крупнее трёх Харди, а я меньше половины Лорела. Я ехала вдавленная в дверцу грузовичка и то и дело отодвигала мокрый нос Вантуза от моих волос и снимала его лапу со своего плеча. Забавное зрелище. Но, конечно, в фильмах у Лорела и Харди всё гораздо смешнее.

Почему мы оказались на озере Русалок? Из-за музея, разрази меня гром! Несколько недель тому назад папе, большому специалисту по птичьим перьям, предложили поставить свой талант на службу будущему музею птиц. А поскольку мама не продлила контракт в танцевальной школе, где она преподавала фламенко с января, мы оказались здесь.

Для папы это возможность создать из перьев новые чудесные композиции и инсталляции.

Для мамы ― шанс подготовить новую сольную программу.

Для Вантуза ― удовольствие храпеть по двадцать три часа в сутки в новом доме.

А мне в который раз придётся закончить учебный год в новой школе. Я, конечно, привыкла, но, если честно, не так уж я люблю быть в классе новенькой, хотя тут ничего не поделаешь. Ладно, переживём. И потом, после скелетов и колдуний познакомиться с русалками мне тоже, конечно, любопытно. В третьем за год переезде меня радует одна вещь: я оказалась ближе к своему лучшему другу. С Жорисом Глоду мы познакомились в прошлом году, он живёт с родителями на ферме всего в пятидесяти километрах от нашего нового дома.

– Чем займёшься, дочка? ― спросил папа, дуя на свой кофе.

– Пойду погуляю, посмотрю на озеро, пообщаюсь с русалками.

– Табарнак! Отлично придумано, доченька, ― обрадовалась мама. ― Порадуйся каникулам, а если встретишь русалку, пригласи к нам на обед.

Мы все посмеялись, представив, как русалка глазеет на гору жареной картошки с соусом и сыром и удивляется маминым квебекским восклицаниям. Но мама, конечно, права. Пришла весна, у меня две недели каникул, и я отлично проведу их, изучая окрестности вместе с Жорисом. Мы пригласили его на несколько дней к нам в Мерлуш.

– Скоро и твой приятель к нам приедет, ― сказал папа.

– Всего три дня подождать! ― Я не удержалась от улыбки.

– Я тоже буду рада повидать младшего Глоду, ― сказала мама. ― Очень воспитанный мальчик.

А уж я-то как буду рада старине Жожо! Мы с ним отлично повеселимся и обсудим все наши школьные дела. Но это потом. А пока я расправилась с панкейками, оделась, натянула сапоги и выбежала на улицу.

Глава 2
Официальный визит

На улице я быстро огляделась. Домик у нас прехорошенький ― деревянный, светлый, на окнах голубые ставни. Слева от него ― ещё одно здание, гораздо больше. В нём и будет музей. Его стены тоже из дерева, в них проделаны необыкновенно большие окна, чтобы внутрь попадало как можно больше света. Но я успею повсюду сунуть свой нос, а пока бегом к озеру Русалок.

Ещё какой-то десяток метров, и вот оно, прямо передо мной. Как я уже говорила, озеро очень красивое. Спокойная синяя гладь, стрелки камыша и водяные лилии, которые вот-вот расцветут. На берегу две старые плакучие ивы словно приглашают птиц отдохнуть у себя на ветках. Я решила обойти вокруг озера и заметила на его поверхности водомерок. А немного подальше обнаружила узенькие трухлявые мостки, одну опору точно стоило заменить. Я сразу поняла, чем мы займёмся с Жорисом.

Дальше я увидела на поверхности воды круги и пузырьки ― там явно плавала какая-то рыба. А ещё я услышала кваканье лягушек. В ближайшие недели нас ждут концерты влюблённых жаб и лягушачьи симфонии. Под конец прогулки я измерила палкой глубину озера. Но мне не помахала хвостом ни одна русалка. Я даже немного расстроилась. Если честно, не немного, а ОЧЕНЬ. После моих предыдущих знакомств я рассчитывала увидеть хотя бы одну озёрную красавицу.

Когда я подходила к дому, к музею подъехала машина, из которой вышли двое ― мужчина и женщина. Папа с мамой направились навстречу и пожали им руки.

– Месье и мадам Матаго-Пантут, я полагаю? ― осведомилась женщина с короткой стрижкой.

– Совершенно верно, ― ответил папа. ― Мирабель Пантут и Юлиус Матаго.

– Рада познакомиться, я Эдмэ Куропат, мэр нашей деревни.

Дама была очень, очень высокая. Наверное, ростом со статую Свободы. На ней было элегантное пальто и украшения, которые стоили целое состояние, ― на шее жемчужное ожерелье, а в ушах золотые серьги (я так думаю).

― Позвольте вам представить ― мой первый заместитель Бертран Флюгер, ― сказала мэр.

– Добрый день, ― поздоровался заместитель басом. ― Добро пожаловать в Мерлуш, на берег озера Русалок.

В отличие от мадам Куропат, он был очень маленьким, большим у него был только живот. Можно подумать, что он проглотил футбольный мяч, а футбольный мяч проглотил три мяча для баскетбола. Я с большим сочувствием подумала о раздутой рубашке Флюгера ― нелегко ей удерживать столько мячей.

― Спасибо за гостеприимство, ― ответила мама. ― Мы так рады здесь оказаться. А это наша дочка Жасинта, очень любопытная девочка.

– Здравствуйте, ― сказала я.

– Здравствуй, Жасинта, ― поздоровалась мэр и обратилась к родителям: ― Скажите, а вы хотели бы осмотреть помещение музея?

– Конечно!

– Тогда милости прошу! Бертран, доставайте ключи.

Кругленький заместитель порылся в карманах, гордо вытащил большую связку ключей, отпер тяжёлую дверь и встал сбоку, пропуская нас.

– О-о-о, ― выдохнул папа.

– Табарнак! ― воскликнула мама.

Я ничего не смогла из себя выдавить, у меня перехватило дыхание.

Музей был огромный, внутри росли деревья, их ветки шевелились над нашими головами. Папу ожидало множество ящиков, набитых перьями всех форм и цветов. Я узнала перья павлинов, ибисов, цапель и страусов. Оттенки красного и жёлтого, сиреневого и зелёного заиграли перед нашими глазами. Когда я повернула голову и посмотрела на папу, у него был вид человека, который столкнулся нос к носу с марсианином (во всяком случае, так я себе представляю их встречу): рот открыт, глаза вот-вот выскочат из орбит.

― Ты как, пап? ― спросила я.

– Лучше всех, доченька. У твоего папы именины сердца.

Он устремился к ящикам и взял несколько перьев. Полюбовался, погладил, понюхал и осторожно положил обратно. Он стал похож на маленького мальчика в большом магазине игрушек.

– Проект музея птиц, ― заговорила Эдмэ Куропат, ― наше любимое детище, моё и всего нашего муниципального совета. Невероятными усилиями мы привлекли финансовую помощь, которая поможет нам… да, поможет нам, дорогой Юлиус, превратить нашу деревню Мерлуш в очаг высокой культуры.

Мэр сделала паузу, сияя широкой улыбкой. Было видно, как она довольна своей речью.

– Как видите, мы заказали множество перьев. Это богатство в вашем распоряжении ― для любых ваших замыслов, инсталляций и композиций.

– Даю слово Юлиуса Матаго, что никогда в жизни не видел столько прекрасных перьев. Я счастлив не меньше, чем математик, которому доверили одну из семи нерешённых задач тысячелетия.

Папа опьянел от счастья и не старался этого скрыть. Мама смотрела на него полными любви глазами, а я поняла, что ближайшее время мы очень редко будем видеть нашего папу.

– Но мы должны вам кое-что сообщить. Вещь не слишком существенная, но… ― замялся месье Флюгер.

– О чём вы, Бертран? ― спросила мэр.

– О письме, где выражен протест.

– Оставьте, Бертран, это письмо ― глупости!

– Что за протест? ― встревожилась мама.

– Пустяки, ― отмахнулась мадам Куропат. ― Несколько человек из нашей деревни, которым, как видно, нечем заняться, прислали письмо с требованием закрыть наш проект.

– По какой причине?

– Глупой и ничтожной, говорю же вам! Якобы проект слишком дорого нам обойдётся. Ерунда! Раз я его поддерживаю, значит, он уже почти оплачен.

– И всё же мы не можем оставить это письмо без внимания, мадам мэр, ― настаивал заместитель.

– Разумеется, Бертран. Общее собрание уже на этой неделе. И наши веские доводы мигом сметут их ничтожные опасения.

Мадам мэр развернулась и быстрым шагом направилась к выходу, заместитель поспешил следом.

– Мадам Куропат, ― окликнул мэра папа, ― скажите, когда я смогу приступить к работе?

– Да хоть завтра, дорогой Юлиус! Приступайте завтра!

Всё время, пока взрослые разговаривали, мне хотелось вклиниться и задать этим людям один важный вопрос.

Я не стала упускать момент:

– А правда, что в озере живут русалки?

Мэр и её заместитель заморгали, как только что проснувшиеся совы, а потом громко засмеялись. Меня это огорчило. Не люблю, когда взрослых смешат вопросы детей. Но мэр мне ответила.