Я попытался было побороть это ощущение, но тут на меня накатила волна бессознательного ужаса.
Я остановил себя.
Это было единственное, что я мог для нее сделать.
Скоро я перестану это осознавать, буду лишен даже утешительной возможности помнить о собственном поступке. Но тогда, в те короткие мгновения, я точно знал, что делаю. Единственное, что оставалось сделать.
Отказаться от рая, чтобы быть с ней.
Доказать свою любовь, оставшись подле нее на эти двадцать четыре года, которые ей предстояло здесь пробыть.
Я молился о том, чтобы мое общение – каким бы оно ни оказалось, когда я перестану контролировать ситуацию, – хотя бы в незначительной степени уменьшило муки ее существования в этом ужасном мест