В глубь чащи с этой стороны я заходила лишь на полтора километра, а что было дальше – не знала. Джейс говорил, что там заброшенные фермы, заводы какие-то и маленькие города, в которых все разграбили подчистую.

Пробежав, наверное, минут двадцать, я была потрясена, что до сих пор не утратила свою спецподготовку, но все же решила идти пешком. Я старалась задевать как можно меньше веток и делать широкие шаги, чтобы меня было нелегко выследить, хотя, уверена, Рич или Джейс напали бы на мой след в два счета.

И да, я понятия не имела, что мне теперь делать. Обитать в лесном домике со всеми своими мыслями о мести было легко, но что предпринять теперь – в реальности и вдалеке от безопасного домика с четырьмя телохранителями – я не знала.

Сейчас главное – уйти как можно дальше.

Спустя час скитаний я наткнулась на заброшенную ферму. Пока что мне не встретилось ни одной души – ни живой, ни мертвой. Решив, что отдых не помешает, я забралась на второй этаж сарая и обосновалась рядом с единственным окном. Лестницу подняла за собой, так что, если кто-то захочет проверить наверху, ему придется лезть по стене.

В детстве папа… Майкл рассказывал, что на таких фермах жили люди, которые своими силами выращивали себе еду и содержали домашний скот.

Сейчас, глядя из окна на заросшее поле со сломанным забором, сложно представить, что когда-то здесь были курицы, гуси, козы, овцы и, возможно, даже коровы с лошадьми. Эти животные всегда меня завораживали. Папа как-то упоминал, что катался на лошади, когда был подростком.

Пока я пару часов сидела под крышей сарая, вертолет пролетал дважды. Стоял такой грохот, что я зажимала уши.

Опустошив один контейнер, я решила, что надо двигаться дальше. Скорее всего, сюда кто-нибудь нагрянет в ближайшем будущем.

Чей это был вертолет? Сферы или Гроджтауна? Кто бы не поскупился на целый вертолет, президент или ОН?

Выбравшись из сарая, я побежала к кромке леса, чтобы не оставаться на виду.

Кроме мыслей о выживании меня терзало еще кое-что. Действительно ли стоило бежать? Я же так хотела умереть всего пару недель назад, когда буквально вросла в кровать в лесном домике.

А потом я хотела отомстить ЕМУ, так зачем же теперь от НЕГО убегаю? Не легче ли дать им себя поймать и попытаться убить ЕГО? Шансов практически нет, но все же…

Пока я точно не решила, чего хочу, продолжала просто идти по опушке леса.

Не знаю, сколько времени брела вдоль полей, разбросанных ферм, каких-то заводов, старых автозаправок… Углубляться в лес я не стала, так как легко могла заблудиться. Я, конечно, прошла все инструктажи и военную подготовку по ориентированию и выживанию в лесу, но не питала особых надежд на то, что смогу хоть чем-то из этого воспользоваться.

В итоге я оказалась в небольшом фермерском городке, где со всех сторон меня окружало много домиков, сараев и заборов. Я могла бы остаться в одном из них.

Увидев дом с полностью заколоченными окнами и закрытой дверью, я подумала, что тут меня и будут искать в первую очередь. Именно в таких относительно безопасных домах. Поэтому я выбрала дом со сгнившим проемом без двери, разбитыми окнами и без забора. Если меня отправится искать целая армия, то это не поможет, но небольшой отряд, может, и не найдет.

Осмотрев весь дом и не найдя ни одного мутанта, я устроилась на втором этаже в комнате – единственной, где сохранилась дверь. Я ее прикрыла и села сбоку от окна, чтобы услышать, если кто-то будет проходить рядом с домом.

Но снаружи стояла тишина.

Я уже начала было думать, что меня не ищут вообще, а вертолет пролетал просто по каким-то делам, не касающимся меня.

И куда мне вообще направиться? Единственная идея, возникшая еще неделю назад, – пойти во Фрилленгтон. Насколько я знала, там было безопасно и спокойно. Не было работорговли и безопасников. Не было президента. Не было ЕГО. И это самая дальняя община из всех. Вряд ли кто-то подумает, что я могла дойти до нее одна и пешком.

Одна… Я теперь навсегда одна…

Теоретически я понимала, где примерно нахожусь, поэтому представляла, в какую сторону нужно идти, чтобы добраться до Фрилленгтона.

Это выход, Лекса. Там можно затаиться на время, а потом решить, что делать дальше.

Пришла ночь. Никто поблизости так и не появился, и я решила поспать.

Прикрыв вплотную дверь, я легла и навалилась на нее спиной. Замка у двери не было, открывалась она вовнутрь, поэтому, если кто-то попробует войти в комнату, я об этом непременно узнаю. Пистолет Рича я зажала в руке, а нож положила рядом, просто на всякий случай.

Как ни странно, но я сразу же уснула и проспала, как младенец, до следующего обеда.

Никто так и не появился.

Я закончила еще один контейнер и бутылку воды. Еды осталось всего ничего. Потом придется туго, но я хотя бы знала, что съедобного можно собрать в лесу.

И я направилась дальше.

Если эти фермы будут встречаться на протяжении всей дороги до Фрилленгтона, то мне не придется заходить в лес. Но я не тешила себя надеждами понапрасну, поэтому по пути вспоминала все лесные ориентиры и основы выживания.

Еще бы не хотелось оставить свои следы, а в лесу без этого никак.

* * *

Опять наступил вечер.

Я провела в пути весь день.

Снова забравшись на второй этаж полуразрушенного сарая, я съела еще один контейнер. Скоро мне уже нечего будет есть, но я подумаю над этой проблемой завтра.

И снова, к моему удивлению, я вырубилась и проспала до следующего утра.

Часы слились в сплошную дорогу. Ни единой души – ни живой, ни мертвой – не попалось на пути. Лишь угнетающая тревога была моей верной спутницей.

Пока я шла, кончилась еще одна бутылка воды.

После всех ночлегов на полу я была потная и грязная.

А еще, кажется, у меня обгорело лицо.

Был уже конец июня, и солнце начинало припекать. Оно бесило меня, это солнце. Пусть светит в другом месте. Там, где Дэй жив.

Фермерские поселения кончились, и я уперлась в огромное поле, заросшее высокой кукурузой. Передо мной раскинулось зеленое море еще неспелой дикой кукурузы, которая была выше меня сантиметров на двадцать.

Опасно. Очень опасно – идти через это поле. Я буду двигаться практически вслепую, не говоря уже о том, что буду шуршать листьями на всю округу.

Я посмотрела по сторонам. Конца и края этого кукурузного океана не было видно.

Делать нечего. Придется идти насквозь.

Я не увидела, где кончается поле, даже когда подпрыгнула. Наверное, так же выглядел настоящий океан, только он был синий и мокрый.

Для начала я оторвала несколько початков и сунула в сумку. Даже неспелая еда лучше, чем вообще никакой.

– Ну, давай, Лекса, – сказала я себе. – Ты же ничего не боишься?!

И я ступила на поле, раздвинув стебли руками.

Я старалась двигаться как можно аккуратнее, чтобы не создавать лишнего шума. Его и так было слишком много для этой тишины.

Когда над полем пролетала птица, я сразу же замирала. Как и мое сердце. Любой посторонний звук вызывал ужас. Но каждый раз это была всего лишь птица, чуть ближе или чуть дальше.

Как же мне не хватало Дэйтона…

Я пробиралась сквозь нескончаемые стебли уже минут двадцать, и мне постоянно казалось, что вокруг все шевелится… Что кто-то идет за мной, следит, охотится на меня… Даже не знаю, кто лучше: человек или мутант.

Если бы мне год назад в Сфере сказали, где я сейчас окажусь и в каком положении, я бы повертела у виска. Такого быть не могло. Но вот я тут, в диком поле с пистолетом. Одна. На грани истерики.

Шорох…

Он действительно был? Или мне показалось? Может, это зверек? Они ведь не все вымерли?

Целых полминуты я простояла, задержав дыхание, абсолютно неподвижно. Я прислушивалась.

Тихо. Значит, показалось.

Я раздвинула следующие стебли и схватилась за пистолет.

На земле лежал труп. Он был почти полностью обглодан, но не мутировал. Видимо, у него была сломана шея или поврежден головной мозг.

Но меня ужаснула не сама картина, а время… Его съели не очень давно, иначе тут лежал бы скелет, а не остатки. Трупу самое большее неделя. И вонь соответствующая. Стоит ли описывать, как разило от этого места, учитывая июньскую жару?

Зажав рот и нос рукой, я глянула, нет ли рядом какого-нибудь оружия, но на глаза ничего не попалось. Осматривать его я не буду. Кто знает, какая на нем зараза…

Я продолжила пробираться через стебли. Вроде вокруг было тихо.

Если трупу неделя, возможно, то, что его съело, уже далеко. Но также возможно, что где-то здесь у этого чего-то логово. Лишь бы не наткнуться прямо на него.

Подпрыгнув, я попыталась посмотреть, сколько еще осталось до конца поля, но увидела лишь верхушки кукурузных стеблей.

Дэйтон бы увидел, он выше. Был.

Я шла дальше, все так же стараясь не шуметь, но получалось плохо.

Вдруг справа раздался шелест. Я остановилась и подняла пистолет.

Шорох все нарастал. Похоже, с той стороны что-то двигалось прямо на меня.

Дерьмо.

Я присела, наводя пистолет в сторону звуков.

Ближайшие стебли резко зашевелились, и из-за них вылетел какой-то грызун. Прямо на меня. Слава богу, я не успела нажать на спусковой крючок и создать еще больше грохота.

Плюхнувшись на задницу, я успела заметить, как зверек проскочил мимо и унесся дальше, так же шелестя кукурузой.

Я встала, шепотом высказала грызуну все ругательства, которые знала, и пошла дальше.

И сразу остановилась.

Зверек больше не шуршал впереди. Его кто-то поймал… и ел.

Это было так хорошо слышно, что не оставалось сомнений: грызуна схватили в лучшем случае в десяти метрах от меня. В худшем – в пяти.

Чавкающие, рвущие плоть звуки оглушали меня, как молот. Кровь застыла в жилах. В такой обстановке я вообще не боец. Примерно как грызун, только побольше.

Если я останусь неподвижной, мутант уйдет? Навряд ли. А если пойду дальше? Он догонит меня за секунду. Маловероятно, что он наестся маленьким грызуном.

Оставался только один вариант.

Я выстрелила в сторону чавканья и побежала в противоположную, надеясь, что не потеряла прежнего направления.

За мной гнались. Я это слышала.

А потом звуков прибавилось. Теперь за мной гнались как минимум с трех сторон.

Это конец.

Стебли хлестали по лицу, рассекали руки, ведь я пыталась расчищать себе путь с бешеной скоростью. Ужас сковывал меня, несмотря на то что я сопротивлялась ему.

Даже на парковке в «Харперсе» мне не было так страшно. Жуткие звуки настигающего меня преследования отдавались в ушах вместе с гулкими ударами сердца.

И когда уже всерьез задумалась о том, что лучше остановиться и застрелиться, я вылетела из кукурузы на опушку леса. Упала, прокатилась кубарем и, резко развернувшись на спину, выстрелила в тварь, которая неслась на меня, словно летучая мышь, растопырив когтистые лапы.

Один.

Второй вылетел следом и тоже получил пулю в голову, обрызгав меня кровью.

Два.

Дальше все замерло, но в кукурузе точно был еще один. Просто он наверняка понял, что произошло с его сородичами, и остановился.

Эти твари умные. Умнее большинства людей.

Я судорожно водила стволом пистолета в разные стороны, а ногами отталкивалась от земли, уползая подальше от края кукурузного поля. Но в то же время пыталась успокоиться и замедлить сердечный ритм, который буквально долбил мне в уши.

Однако беда не приходит одна, так ведь?

Вдали послышались голоса. Они кричали: «Там, в той стороне стреляли!» И следом раздался лай собак и топот множества ног.

Черт! Черт! Черт!

Вскочив на ноги, я помчалась через лес, пытаясь на ходу зарядить полную обойму.

Охотники приближались со всех сторон. Собаки лаяли громче.

Голоса теперь кричали: «Это она! Ловите ее!» Значит, они были так близко, что видели меня.

Я боялась обернуться и посмотреть, сколько их, чтобы не споткнуться. Просто неслась вперед, стараясь затеряться среди деревьев.

Я так разогналась, что еле успела остановиться, когда лес внезапно кончился и впереди показался огромный каменный обрыв. Справа текла бурная река, которая дымящимся водопадом устремлялась вниз метров на двести.

Я чуть не слетела с обрыва, но вовремя затормозила и упала. Подползла к самому краю обрыва. Внизу ничего не было видно: пена и брызги закрывали весь обзор. Я даже не понимала, камни там или глубокая вода.

Прыгать не вариант. Нужно бежать дальше.

Но когда я двинулась обратно к лесу, из него показались люди. И не просто люди… Я их всех уже знала.

Первым я увидела Троя. Следом за ним стояли ЕГО головорезы с винтовками, автоматами, собаками и победными улыбками.

Меня поймали.

Я нацелила пистолет на Троя. Раз уж все равно уже мертва, почему бы не умереть красиво?

Но он не сделал того, что я ожидала. Трой вдруг аккуратно направил пистолет дулом вверх, показывая, что не собирается стрелять в меня.

– Привет, киса, – сказал он без тени усмешки.

– Привет, Трой.

– Давай без глупостей. Нас тут больше сорока человек, ты не сможешь убить всех.

– Попробую, – ответила я, сжав крепче рукоять.

– Лекса, не дури. Ты просто поедешь с нами.

– В ЕГО гребаный стеклянный небоскреб? – заорала я. – Ты что, думаешь, я поеду туда по своей воле?!

– У тебя нет выбора, – сказал он… мягко.

Такого Троя я ни разу не видела. Он не смотрел на меня с похотью, злостью или с насмешкой. Если бы не знала его и всей ситуации, то подумала бы, что он за меня беспокоится. Но это невозможно.

– Что ОН собирается делать со мной? Мучить? Держать на привязи? Убить? Если убить, то давай покончим с этим здесь и сейчас! – Я опустила пистолет дулом в землю. – Отдай приказ!

Я ожидала, что сейчас все охотники поднимут оружие и расстреляют меня. Я упаду с утеса прямо в пену, а водопад раздробит то, что от меня останется.

Но никто не шелохнулся. И Трой ничего не сказал.

– Чего ты ждешь? Или без ЕГО приказа и убить меня не можешь?

– Лекса…

– Я сказала – не поеду! Если это все, то скатертью дорога.

– А я сказал, у тебя нет выбора! – Похоже, Трой начинал злиться.

Я посмотрела в его небесно-голубые глаза и ухмыльнулась, вспомнив один из наших разговоров с НИМ.

– Выбор есть всегда. Так ОН говорил, – сквозь зубы процедила я, уже зная, что буду делать.

– Детка, послушай…

Но я уже не слушала… Потому что бежала к краю обрыва.

– Лекса, не вздумай! – послышалось мне вслед.

Я ожидала, что пули вонзятся мне в спину, но я слышала только крики и шаги. Кажется, кто-то бежал за мной.