Серия «Одобрено рунетом»

© PogosYun, текст, 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Часть I
Первый год

Глава I
Поиск работы

– Мы вам обязательно перезвоним! – Я услышал эту фразу из уст очередного HR-специалиста.

– Я вас понял, – вздохнул я. – До свидания…

Я вышел из кабинета рекламной конторы, где в который раз пытался устроиться на работу после окончания университета в Петербурге. Дверь за спиной хлопнула – коротко, резко, – будто подчеркивая финал очередной попытки. И вот, после того как меня вежливо, официально и абсолютно безапелляционно отправили туда же, где я бывал уже десятки раз, я просто стоял в коридоре и не знал, что делать дальше.

Работа мне была нужна – кровь из носу.

Не хотелось сидеть на шее у родителей – им сейчас было нелегко. Пусть я и родился с серебряной ложкой во рту. Ложка, правда, давно потускнела, а ощущение «особенности» испарилось сразу после выпуска из вуза.

Отчаяние накрыло так внезапно, будто кто-то вылил ведро холодной воды мне на голову.

Звонок от мамы.

– Привет, сынок! – сказала она.

– Привет…

– Ну что? Как собеседование?

– Очередное: «Мы вам обязательно перезвоним!», – вздохнул я.

– Оу… мне так жаль, сынок.

– Мне тоже! Похоже, по специальности сейчас невозможно найти хоть что-то, раз у нас тут кризис… – Я потер глаза. – То я «слишком без опыта», а им требуется опытный спец, то… – Я не смог договорить. – Может, мне стоит пока поискать что-нибудь попроще, чтобы потом найти приличную работу?

– Деньги тебе тоже нужны! Мы с папой держим за тебя кулачки.

– Спасибо, мам…

Я повесил трубку и пошел домой. Почему я надеялся на эту контору? Их офис ближе к дому, так что идти было всего несколько минут.

У нашей семьи есть две квартиры, доставшиеся от деда. Родители жили в Выборге, а я отдельно – на северо-западе Питера, пытаясь наладить свою жизнь с минимальным вмешательством моей семьи. Я вернулся в квартиру, где чувствовал себя одиноко. Достал из сумки энергетик, сделал пару глотков, лег на кровать и стал смотреть в потолок.

Надо было решать, что делать. Четыре года обучения в бакалавриате просто выброшены в мусор.

«Почему мне так не везет?» – размышлял я.

Я лежал на спине и смотрел в потолок целый час, практически не двигаясь. Я думал, куда устроиться… хотя бы на время…

Идти на заправку? Можно подхватить какие-то легочные болезни. Всякие сетевые фастфудные заведения тоже были не вариант. Неблагодарная работа: торопливо готовить какой-нибудь тройной бургер с чесночно-кетчупным соусом вперемешку с перцем халапеньо.

Я решил поискать на сайте что-нибудь поближе к дому. И тут вспомнил про известный интернет-магазин, куда сам иногда захаживал за разными заказами.

Может, это оно?

Я посмотрел название вакансии: «Менеджер пункта выдачи».

Описание: «Наш интернет-магазин – крупнейший маркетплейс на территории России и стран СНГ. Наши клиенты делают больше 143 млн заказов ежедневно, 4 из 10 заказов доставляем на следующий день».

Звучало обнадеживающе.

«Обязанности:

• Прием и распределение товара на пункте выдачи заказов.

• Выдача товаров клиентам.

• Ведение базы во внутренней системе.

• Консультирование клиентов по работе Компании».

Я подумал, что, вроде как, ничего сложного в этом нет. По зарплате обещали на тот момент пятьдесят тысяч в месяц. Неплохие деньги для того времени. И вот я решил все разведать и заодно забрать из пункта выдачи заказанный финский словарь.

Я надел куртку и вышел на улицу. Погода, как назло, решила изобразить классическое питерское настроение: мелкий дождь, серое небо, ветер, который, будто специально, дул именно за воротник.

Нужный мне пункт выдачи находился сравнительно недалеко – пара остановок на автобусе. Помню, как я забегал туда за своими заказами, но никогда особо не думал, какая там внутренняя кухня. Просто маленькое помещение, пара стеллажей, стойка, за которой сидел уставший человек, и толпа людей, которые почему-то всегда недовольны. Только и всего.

Когда я подошел, дверь была приоткрыта, а изнутри слышалось оживленное шипение. Похоже, кто-то опять ругался.

«Чудесное место для начала новой жизни… или хотя бы временного этапа», – подумал я, тяжело вздохнув.

Я вошел.

За белой стойкой стояла девушка гламурной наружности лет, наверное, двадцати пяти, то есть примерно моя ровесница. Кажется, ее звали Кира. По другую сторону стойки (или ресепшена) стоял мужчина, который спорил с ней, видимо, из-за заказа.

– У меня написано, что куртка синяя, а вы мне доставили красную! – возмущался он.

– Вы же забрали красную куртку, не посмотрев. И не сдали… – ответила менеджер пункта.

– Да жена моя, дурында, заказала!

– Оформляйте через возврат! – строго сказала Кира.

– Извините, я бы хотел забрать заказ, – вмешался я.

– Я тут пока свои вопросы решаю, жди! – Клиент огрызался уже на меня.

– А если не могу ждать, то что? – спросил я, улыбнувшись.

– Ничего… подождешь!

– Подожду, но только если будет больше народу, то объектом ненависти станете вы, а не эта прекрасная дама.

– Да это татуированная скинхедка какая-то!

– Что-то не вижу ничего в ней такого… провокационного, – продолжал улыбаться я. – Идите и разбирайтесь со своим заказом дома!

– Ну погодите у меня!

Мужик ушел. Кира мне сказала:

– Ох, спасибо, молодой человек. Задрал совсем. Вот жду, когда мой начальник наконец найдет мне сменщика, а то устала работать каждый день.

– Каждый день? – удивился я.

– Да, мой напарник ушел на пенсию, вот вакансию открыли.

– Такое совпадение, я ищу работу как раз.

– Это замечательно! Но вы видели, как у нас тут всё…

– Ну… одно могу сказать, скучно на работе точно не будет, – с иронией заметил я. – Но раз нужна работа, буду терпеть некоторые… стрессовые ситуации.

Кира тяжело выдохнула и откинула со лба выбившуюся прядь темных волос.

– Вы бы знали, молодой человек, сколько таких, как он, приходит каждый день… – сказала она. – Люди думают, что мы тут – часть какого-то вселенского зла. Что мы специально им не выдаем их заказы, вскрываем их, жжем, ржем и срем на складах, я не знаю… Про склад этот… сортировочный центр под Питером я вообще молчу. Мы его между собой называем Адским складом.

– Ну, судя по его реакции, тот мужчина так и думал, – отметил я.

– Он каждый месяц приходит вместо своей жены. Все время что-то не то. То цвет не тот, то коробка помята, то жена не то заказала… Короче, семейная трагедия мирового масштаба, – махнула она рукой.

Я улыбнулся.

– А ваш начальник где?

– У нас пункты выдачи объединены в филиалы, и вот конкретно наш руководитель филиала, Геннадий Денисович, следит за нами с компа из своего дома. Иногда приезжает лично проверять. Мужик, конечно, строгий, местами вредный, но справедливый. Слегка, конечно, со своими тараканами. Он вечно у нас занят, когда задаем какие-то вопросы, но, если слышит словосочетание «кандидат на вакансию», появляется мгновенно, как кот за кормом.

Кира посмотрела на меня внимательнее и прищурилась:

– Вы правда хотите здесь работать?

– Лучше какая-то работа, чем никакой, знаете ли…

– Прекрасная мотивация, – сказала она, криво улыбнулась и набрала нужный номер. – Геннадий Денисович, добрый день! У нас есть кандидат на моего сменщика… Да, приезжайте. – Потом она обратилась ко мне: – Он сейчас будет.

– Можно я заберу заказ, пока жду?

Прошло минут двадцать. Пока я сидел на скамейке и читал свой полученный финский словарь, Кира собирала отказные товары обратно в картонную коробку – они еле помещались.

– Сразу скажу, у нас таких отказов до фига и больше. Помни про обувь и куртки – клиенты заказывают десятки вариантов, а берут один. Всегда удивлялась: откуда у них деньги на такие большие предзаказы!

– А постоплата или чего-то подобное? – удивился я.

– Ты шутишь, парень? Если такое введут – апокалипсис пункту!

Тут дверь распахнулась так резко, будто ее пнули снаружи.

Внутрь шагнул бородатый, высокий, под два метра, мужчина лет сорока пяти – пятидесяти, этакий стереотип из лихих девяностых, в кожаной куртке, которая видела больше сезонов дождей, чем среднестатистический петербуржец. Куртка была расстегнута, в руках – пластиковый стаканчик с кофе, а под мышкой – папка, набитая распечатками.

– Так! – громко произнес он, окидывая взглядом помещение. – Где наш герой?

Кира тут же выпрямилась, будто перед ней появился командир военной части.

– Вот он, – кивнула она на меня. – Кандидат.

Начальник прищурился, глядя на меня так, словно оценивал не человека, а странный товар, который мог либо подойти, либо оказаться с браком.

– Так… молодой человек… – начал он, подходя ближе. – К нам на работу хочешь?

Его приближение было таким угрожающим, казалось, еще чуть-чуть, и он пырнет ножом.

– Д… да, – ответил я, собираясь взять себя в руки. – Рассматриваю такую возможность.

– Возможность, говоришь… – протянул Геннадий Денисович, отпивая глоток своего кофе. – Возможность тут одна – работать. Иногда даже выходить раньше, чем надо, особенно когда праздники. А иногда уходить позже, чем позволено. Как относишься к этому?

– Нормально, – сказал я, хотя сам не был уверен.

– Стопроцентной должна быть уверенность! Людей со слабым стержнем мы не держим, те быстро добровольно бегут, если не справляются. Мы берем тех, кто достаточно осознает, куда устроился и чего ожидать от начальства, от клиентов и от распоряжений из Москвы, которые не всегда адекватны… м-да… – Руководитель филиала прокашлялся и продолжил: – Скажу без купюр. У нас целевая аудитория – сборище разных настроений, и некоторые более отбитые, которые видят в тебе больше обслугу и ведут себя так, будто купили не чехол для телефона, а килограммовый золотой слиток. Но в любой штатной и нештатной ситуации – должна быть немедленная реакция: заказ пришел – выдавай, не пришел – объясняй как угодно. Сканер завис – перезапускай, система легла – молись, кому ты там молишься. Клиенты ругаются – улыбайся. Ясно?

– Думаю, да.

Геннадий Денисович хмыкнул и повернулся к подчиненной:

– Он чего, Кир, стесняется? Или это у него первый этап – «я растерян, но держусь»?

– Первое, – спокойно сказала она. – Но он достаточно вменяемый. Клиента вон успокоил.

– О! – оживился Геннадий Денисович. – Это уже показатель. Стрессоустойчивость – наше все. А то тут такие приходят… – Он махнул рукой. – Ладно. Пойдем, доброволец, посмотрим, что ты из себя представляешь. Кира, стойку не бросай.

Я кивнул, и мы пошли к двери, ведущей на склад. Тот встретил нас запахом мокрого картона, пластика и какой-то тягучей пыли. Слабоосвещенное ртутной лампой помещение было явно меньше, чем требовалось для объемов заказов. Часть из них лежала на стеллажах под номерами, часть находилась на полу в фирменных полиэтиленовых пакетах с бирками и именами клиентов.

Геннадий Денисович развел руками.

– Первое, что делает менеджер пункта выдачи, – это принимает приходные коробки с товарами, до десяти часов утра. То есть к моменту открытия пункта выдачи все должно быть принято, иначе депремирование. Поэтому надо раньше приехать и рассчитать время. Каждый номер, каждая бирка – это ID клиента, который заказал сюда товар. Иногда тут бывают настоящие «Зона 51» или Бермудский треугольник, потому что случается, что исчезают посылки, которых никогда не было, и появляются те, которые никто не заказывал. Да, Кира? – крикнул он в приоткрытую дверь.

– Это шутка такая? – осторожно спросил я.

– Нет, – серьезно ответил он. – Наш Адский склад, главный сортировочный центр в Питере, кидает все подряд, а мы потом ищем концы. Иногда удается. Иногда нет. Главное – делать вид, что мы контролируем ситуацию. – Геннадий Денисович приказал мне: – Подними коробку.

Я поднял.

– Еще раз.

Я поднял снова.

– Нормально, – сказал он, будто оценивал лошадь перед покупкой. – Спину не сломаешь, еще один плюс.

Затем взял пакет и тряхнул им:

– А вот такие – самые опасные. Написано два килограмма, а внутри может быть что угодно: от набора кастрюль до кирпича и наковальни. Тут как в лотерее, фиг знает, что клиент закажет.

Я невольно улыбнулся.

– С чувством юмора у вас тут… всё в порядке.

– Иначе мы бы уже сдохли на такой неблагодарной работе, – фыркнул Геннадий Денисович. – Ладно. Быстро пройдусь по основам.

Он показал: где принимают поступления в клиентской зоне; где лежат возвраты; где коробки, которые «никто не заберет, но выбросить нельзя»; и где тот самый угол, в котором, по словам Киры, когда-то сидел ее напарник, прежде чем уйти на пенсию.

– Понятно? – спросил он, глядя на меня.

– В целом да. Выглядит… немного хаотично.

– Хаотично – это когда коробки валяются не по углам, а где попало. А тут – порядок. Тут система. Просто она… своя, но привыкнуть можно.

Геннадий Денисович снова отпил глоток своего кофе – уже остывшего, судя по его сморщенному лицу.

– Ну что, боец, справишься?

– Думаю, да, – пожал плечами я.

– Ладно, проверим тебя. Поработаешь с Кирой завтра. Быть в восемь утра, не опаздывать. Форма – любая, только без рваных джинсов и надписей «я ненавижу людей». Хотя… это даже было бы честно, – усмехнулся он. – Хорошо. Кира оформит. Добро пожаловать в наш маленький ад.

Геннадий Денисович пожал мне руку, чуть ее не сломав, и развернулся к выходу.

Как только мой будущий (наверное) начальник ушел, Кира сказала:

– Считай, ты принят. Завтра поработаешь со мной, а там решишь окончательно, пойдешь к нам или нет. Но, в любом случае, добро пожаловать, напарник, – улыбнулась она.