Введение. Другая сторона стекла

Есть момент, который никто из нас не помнит – но который изменил всё.

Вам несколько часов от роду. Мир вокруг – это хаос световых пятен, давлений, температур и звуков, у которых ещё нет имён. И вдруг над вами склоняется лицо. Оно движется, оно тёплое, оно издаёт звуки особой тональности. И что-то внутри вас – что-то древнее, встроенное за миллионы лет раньше, чем появился язык – начинает это лицо копировать.

Вы ещё не знаете, что у вас есть лицо. Но ваши губы уже повторяют движение чужих губ.

В этот момент рождается не только ребёнок. Рождается Зазеркалье.

Внутренний мир образов – не метафора и не поэтический образ. Это нейробиологическая реальность, психологическая структура и социальный феномен одновременно. Каждый из нас носит внутри себя целую вселенную отражений: людей, которых мы знали и которых никогда не видели, правил, которые нам передали и которые мы придумали сами, страхов, желаний, запретов и разрешений – всего того, что сформировало нас задолго до того, как мы начали себя осознавать.

Эта книга – путешествие туда.

Мы начнём с нейрона. Одного маленького нейрона, который вспыхивает одинаково – и когда вы делаете что-то сами, и когда видите, как это делает другой человек. Именно с него начинается история о том, как внешний мир становится внутренним, как чужое лицо становится частью вашего "я", как общество поселяется внутри каждого из нас – не снаружи, а в самой архитектуре нашего восприятия.

Мы воспользуемся картами трёх разных исследователей. Джакомо Риццолатти покажет нам, как мозг устроен для резонанса с другим человеком. Дональд Винникотт и Мелани Кляйн проведут нас через лабиринт ранних объектных отношений – туда, где формируются первые образы людей, живущих внутри нас. А идея референтных групп объяснит, как сугубо личное внутреннее пространство оказывается населено персонажами, которых нам никто не предлагал выбирать.

Но прежде всего – это книга о том, что происходит, когда образы начинают жить своей жизнью. Потому что они живут. У них есть логика выживания, конкуренция за внимание, альянсы и конфликты. Образ строгого отца внутри сорокалетнего мужчины может оказаться сильнее его собственного голоса. Образ идеального тела, имплантированный журналом в пятнадцать лет, способен управлять пищевым поведением в сорок пять.

Наш внутренний мир – это не тихий музей воспоминаний. Это живая система.

И понять её устройство – значит впервые по-настоящему взглянуть на то, кем мы являемся.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Как строится внутренний мир

Глава первая. Нейрон, который умеет сочувствовать

Сцена

Марина сидит в кресле напротив своей трёхлетней дочери и ест воображаемый суп. Она набирает его воображаемой ложкой, дует, морщится от горячего, облизывает губы. Дочь смотрит на неё с абсолютной серьёзностью – а потом делает то же самое. Ложка, дуновение, гримаса, облизывание.

Обе смеются.

Марина думает, что играет с ребёнком. На самом деле она демонстрирует нам одно из самых фундаментальных свойств человеческого мозга – свойство, которое было открыто совершенно случайно, в итальянской лаборатории, благодаря мороженому.

Случайное открытие

Парма, начало 1990-х годов. Лаборатория нейрофизиолога Джакомо Риццолатти изучает двигательную кору макак-резусов. Каждый нейрон подопытной обезьяны подключён к тончайшим электродам, которые фиксируют его активность. Задача скучная и кропотливая: понять, какие нейроны отвечают за какие движения руки.

В один из дней лаборант вернулся с обеда, держа в руке рожок с мороженым. Обезьяна наблюдала за ним. И в этот момент электроды зафиксировали активность – в тех самых нейронах, которые должны были молчать. Тех, что отвечали за движение руки ко рту.

Обезьяна не двигалась. Она только смотрела. Но её нейроны вели себя так, словно она сама тянулась к мороженому.

Риццолатти поначалу решил, что произошла ошибка. Но ошибка повторялась снова и снова, воспроизводилась в строгих экспериментальных условиях, и в 1992 году команда опубликовала результаты, перевернувшие представления о природе социального познания. Нейроны, которые они описали, получили название зеркальных – и это оказалось одним из самых точных названий в истории нейронауки.

Что такое зеркальный нейрон

Зеркальный нейрон – это клетка, которая активируется в двух совершенно разных ситуациях: когда животное или человек выполняет действие и когда оно наблюдает за тем, как то же действие выполняет кто-то другой. Иными словами, с точки зрения этих нейронов, делать и видеть, как делают – это в каком-то смысле одно и то же.

Важно сразу оговориться: прямые аналоги нейронов Риццолатти у людей найти технически сложнее – нельзя вживлять электроды в кору живого человека ради эксперимента. Однако данные нейровизуализации убедительно показывают: у людей существуют системы с функционально аналогичными свойствами. Прежде всего это зоны премоторной коры и нижней теменной дольки – области, которые активируются при наблюдении за целенаправленными действиями других людей.

Но зеркальная система у людей пошла значительно дальше, чем у обезьян. Она распространилась на эмоции.

В 2003 году Бруно Висмара и его коллеги показали: когда человек наблюдает, как другому причиняют боль, активируются те же зоны, что и при собственной боли – в частности, передняя поясная кора и островковая доля. Когда мы видим чужое отвращение, наша инсула – центр собственного отвращения – вспыхивает в ответ. Когда наблюдаем чужой страх, наша миндалина реагирует.

Нейробиолог Витторио Галлезе назвал это явление "общим пространством действий": между двумя людьми существует нейронный мост, по которому в обе стороны течёт не информация о другом человеке, а буквально – симуляция его опыта внутри нашего мозга.

Мы не понимаем других людей. Мы их воспроизводим.