© Павел Незнамов, 2025

ISBN 978-5-0055-0339-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Друзья постоянно спрашивали, почему Collector (коллектор). Что книжка про то, как банда коллекторов средства выбивать из должников? Нет!

Collector [kə’lektə] – собиратель (коллекционер). Другими словами, Коллекционер духов.

Глава 1

Я смотрела в его голубые глаза. Они казались бесконечными, как небо в летний день. Его губы шевелились, произнося слова, которые я не успевала понять. Закончив говорить, он просто улыбнулся, будто знал что-то, чего не знала я. Его руки крепко сжали мои, тёплые и уверенные. Андрей приблизился, чтобы поцеловать меня, но внезапно яркая вспышка окутала всё вокруг. Белый свет поглотил его фигуру, оставив лишь пустоту.

– Нет! – закричала я, падая на колени. – Вернись…

Я резко открыла глаза. Сердце колотилось, будто пыталось вырваться из груди. За окном царила тьма, тонкий свет фонаря с улицы лишь едва пробивался через шторы. Слёзы сами собой покатились по щекам, горячие, обжигающие. Я смахнула их краем одеяла и повернулась к окну.

– Как мне тебя не хватает, – прошептала я в пустоту.

Так заканчивалась каждая ночь. Один и тот же сон, снова и снова. Это как зацикленный фильм, от которого невозможно отвести взгляд, даже если он рвёт твоё сердце на куски.

После исчезновения Андрея прошло уже больше месяца. С тех пор жизнь превратилась в бесконечный хаос. Я больше не знала, где искать ответы. Всё началось в тот злополучный день, когда возник конфликт с коллекторами. А затем, словно в насмешку, исчез и Кирилл.

Его будто растворили. Пропал из больницы, не оставив следа. За этот месяц я обошла весь город, буквально прочёсывая улицы, дома, заброшенные здания. Искала до отчаяния, до боли в ногах и разрыва в сердце. Но всё оказалось напрасным.

Я убеждена: это собиратели душ. Они отомстили мне, забрав его. Но самих коллекторов не было видно, как будь то прятались от меня.

Мой дом сгорел. От него остались лишь обугленные стены и куча пепла. Всё, что раньше было моим убежищем, местом, где я чувствовала себя в безопасности, теперь превратилось в груду развалин. У меня не осталось ни крыши над головой, ни плана, что делать дальше. В отчаянии мне пришлось поселиться в доме Кирилла.

Кирилл исчез уже месяц назад, но я почему-то уверена, что он бы не был против. Это ведь временно. Да и куда мне было идти?

Тётя всё ещё находилась в больнице. После двух операций, слава богу, её состояние стало стабильным. Но помочь мне она пока не могла.

Я обустроилась в одной из комнат Кирилла. Скорее всего, это была гостевая – маленькая, почти пустая. Здесь стояла только кровать и старый шкаф, а у окна находился подоконник, широкий, как небольшая скамья. Это окно выходило прямо на мой сгоревший дом. Я почти не отрывалась от этого вида, просиживая на подоконнике часами, будто надеялась, что, если смотреть достаточно долго, из пепла снова вырастет жизнь.

Каждое утро я видела обугленные стены, стоящие, как призраки прошлого.

Самое странное, что за этот месяц я не чувствовала ломки. Меня больше не терзала жажда энергии. Раньше это чувство доводило до бешенства, заставляло делать вещи, которые я теперь стараюсь забыть. Но теперь… всё по-другому.

Ломки осущают коллекторы которые не собирают души для энергии жизни. После того как стала коллектором в охоте мне помогал Кирилл, он собирал души и отдавал их мне. Но после его пропажи я больше не испытывала потребность к этому.

Я посмотрела на свою правую ладонь. Метка коллектора, в виде буквы «К» в круге, которая всегда горела алым цветом, теперь побледнела, став почти незаметной. Её розоватый след был словно напоминанием о прошлом.

– Может, я больше не коллектор? – прошептала я самой себе. – Может после того конфликта реши меня изгнать из из клана. Ну, и хорошо!

Но всё это слишком странно.

Мои мысли неожиданно перескочили к школе. Я не была там уже полгода. После того как мы с Андреем пустились в бега, возвращаться туда просто не было смысла. Да и вряд ли меня ждут. Наверняка меня уже отчислили, но меня это почему-то совсем не волновало. Мне никогда не нравилась эта школа, с её мрачными коридорами и равнодушными учителями.

Сейчас у меня были более важные задачи. Например, найти моего родного брата.

Я понятия не имела, где он может быть. Даже не знала, как он выглядит. До этого я думала что Кирилл мой брат, но после того как тетя отвергла мое подозрения, я поняла теперь моя задача найти узнать кто он и найти его. Я найду его. Любой ценой.

Вдруг зазвонил телефон. Звук разорвал тишину комнаты, заставив меня вздрогнуть. Я быстро спрыгнула с подоконника и подбежала к кровати, где на подушке лежал телефон. Сердце забилось быстрее: а вдруг это Андрей? Или Кирилл? Но тут же поймала себя на мысли: Андрей ведь… дух. Вряд ли он сможет позвонить. Он бы появился тут.

На экране высветилось имя: Карина.

Я вздохнула с облегчением и невольно улыбнулась. Карину я не видела уже несколько месяцев, и её звонок был неожиданным, но приятным.

– Привет! – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал радостно.

– Эшли! Наконец-то я до тебя дозвонилась! – в её голосе звучало искреннее волнение, а этот знакомый писклявый тон вызвал тёплые воспоминания. – Ты куда пропала? В школе все волнуются!

Я замялась. Придумывать оправдания на ходу всегда было не лучшим моим навыком.

– Да я… уезжала к бабуле, – выдавила я наконец, решив, что лишние подробности Карине знать не стоит. Чем меньше она знает, тем безопаснее для неё.

– Какой ещё бабуле? У тебя же её нет, – она хмыкнула, но тут же сменила тему. – Да неважно! Слушай, ты собираешься вернуться в школу?

– Есть такие мысли… – пробормотала я, медля с ответом. – Но разве меня ещё не отчислили?

– Нет, конечно! Все спрашивают о тебе. Ну что, на следующей неделе пойдёшь?

Я замерла, прикидывая, что ответить. Возвращаться в школу так быстро мне совсем не хотелось. Завтра уже понедельник, а я ещё не готова к встречам, вопросам и чужим любопытным взглядам. Но… может, это то, что мне нужно? Развеяться, отвлечься от мыслей об Андрее и Кирилле.

– Ну… – начала я, но Карина меня перебила:

– Отлично! Тогда я зайду за тобой утром в понедельник. Пока!

– Пока, – только и успела ответить, прежде чем она отключилась.

Я усмехнулась, глядя на экран. Вот уж Карина, как всегда – энергичная и настойчивая. Она могла быть странной, но лучшей подруги у меня всё равно не было. Её звонок неожиданно согрел меня изнутри.

Взгляд скользнул к часам, и я вспомнила: обещала навестить тётю в больнице.

Быстро переодевшись, я выбежала на улицу. Солнце уже поднималось высоко, заливая всё вокруг тёплым светом. Воздух был свежим, а на улицах звучал детский смех – дети радовались тёплому дню, играли, беззаботно смеясь.

Я вдруг заметила, что больше не ощущаю связи с погодой. Раньше она всегда отражала моё настроение, но теперь, похоже, этот дар исчез. Или… моё настроение просто перестало меняться. Странное чувство: с одной стороны, обидно терять такую способность. Но с другой – я начинаю чувствовать себя человеком. Обычным, нормальным человеком.

И, может, это хорошо.

Мне нужно было купить что-то для тёти. Пока я шла по улице, меня не покидало странное ощущение – будто за мной кто-то наблюдает.

Я замедлила шаг, а затем обернулась. Вокруг всё было тихо и обыденно, но около моего сгоревшего дома стояла фигура в чёрном. Этот человек выглядел необычно: его одежда словно поглощала свет, а стоял он неподвижно, пристально глядя на меня.

Я долго разглядывала его, пытаясь понять, кто это. Коллектор? Нет, на них он совсем не похож. Вдруг мимо меня пронёсся автобус, заглушив шум улицы и отвлекая внимание. Когда он проехал, фигуры уже не было.

Кто это мог быть?

Стараясь не поддаваться тревоге, я продолжила путь к магазину, который находился всего в нескольких домах отсюда.

Что взять для тёти?

Я прошла через несколько отделов, раздумывая, чем её порадовать. Когда оказалась у фруктового отдела, мой взгляд случайно упал на соседний, молочный. Там, среди людей, я увидела Андрея.

Он стоял неподвижно, смотрел прямо на меня и улыбался – мягко, тепло, будто ничего не произошло.

Я замерла. Это была иллюзия? Или… правда?

Не думая, я быстро двинулась в его сторону, но вдруг кто-то грубо задел меня плечом, чуть не сбив с ног. Это был высокий мужчина, который даже не извинился. Я метнулась дальше, но когда снова посмотрела в сторону, где стоял Андрей, его уже там не было.

В голове крутилась одна мысль: Что это было? Глюк? Или он действительно был здесь?

Но чем дольше я размышляла, тем яснее становилось: мой разум, похоже, начал играть со мной.

Стараясь выкинуть эту картину из головы, я собрала немного фруктов и взяла банку сока с мякотью. Подойдя к кассе, стала ждать своей очереди.

– Эшли! Привет, – раздался ехидный голос кассирши.

Я внутренне поморщилась. Это была соседка тёти, женщина, известная своей любовью к сплетням.

– Здравствуйте, – сухо ответила я, выкладывая сок и фрукты на ленту.

– Как тётя? – спросила она, не теряя энтузиазма, и начала пробивать покупки.

– Поправляется. Сейчас пойду к ней в больницу, – коротко ответила я, стараясь держаться вежливо.

– Ой, как хорошо, что ты здесь! Я ей подарок приготовила, хотела вечером зайти, но никак не получается – ревизоры приехали. Ты могла бы передать? – не дожидаясь ответа, она достала из-под кассы свёрток из коричневой бумаги и сунула мне в руки.

– Конечно, передам, – сдержанно ответила я, забирая пакеты и этот свёрток.

– Передай ей большой «привет»! – крикнула она мне вслед, пока я выходила из магазина.

Большой «привет»…

Тётя никогда не любила эту женщину, и я её тоже не переносила. Она была первой сплетницей в нашем районе, и это звание носила с гордостью.

Сжав под мышкой свёрток, я поспешила к больнице.

Я дошла до больницы и снова почувствовала на себе чей-то взгляд. Это ощущение, странное и навязчивое, будто кто-то невидимый следит за каждым моим шагом.

Я оглянулась. Никого. Только пустая улица, ветер, шуршащий листвой, и тишина.

Почему у меня это чувство? Неужели я схожу с ума?

Или, что ещё хуже, за мной действительно следят? После того как я уничтожила одного из нас, теперь, наверное, все коллекторы мечтают мне отомстить.

От этих мыслей стало холодно, но я встряхнула головой и ускорила шаг. Вскоре передо мной возникла больница. Я постаралась отбросить тревогу и сосредоточиться на встрече с тётей.

– Привет, тётя! – сказала я, заходя в палату.

Она лежала на кровати, глядя в окно, но, услышав мой голос, повернулась и улыбнулась.

– О, детка, привет, – ответила она тепло.

Я подошла ближе, обняла её и поцеловала в щёку.

– Ну, как ты здесь? – спросила я, усаживаясь на стул рядом с её кроватью.

– Да нормально, – сказала она с натянутой улыбкой. – Врачи говорят, что скоро выпишут. Я так хочу вернуться домой. Соскучилась по своей кухне, по привычной жизни.

– Ты же помнишь, что нашего дома больше нет, – напомнила я, стараясь говорить спокойно. – Пока я живу у Кирилла.

Её взгляд потух, в глазах мелькнула грусть.

– Ах да… – тётя чуть не расплакалась. – Я забыла. Наш дом сгорел. А куда мы пойдём, когда меня выпишут?

– Пока остаёмся у Кирилла. Думаю, он не будет против. А там посмотрим. Может, получится отстроить наш дом.

Я улыбнулась, пытаясь сменить настроение.

– Да и по твоей стряпне я ужасно соскучилась.

Тётя тоже улыбнулась, и мы обе засмеялись, хотя в её смехе звучала горечь.

– Врачи сказали, что меня выпишут в субботу, – произнесла она, внимательно смотря на меня. В её взгляде было что-то странное, будто она знала нечто, о чём не говорила.

– Почему ты так на меня смотришь? – спросила я, чувствуя, как внутри нарастает беспокойство.

– Он не вернулся? – тихо спросила она, опустив глаза.

– Нет, – мой голос дрогнул, а слёзы сами покатились по щекам.

– Детка… – тётя вздохнула глубоко и тяжело. – Не живи прошлым. Надо жить дальше.

Я попыталась успокоиться, но тут же вспомнила сегодняшнюю встречу в магазине.

– Мне кажется, я видела его… Андрея. В магазине. Но, наверное, это просто… просто глюк.

Тётя посмотрела на меня с грустной улыбкой и сказала:

– Когда человек умирает, а его душа остаётся на земле, это значит, что у него здесь осталось незавершённое дело. Он не сможет уйти, пока не завершит его.

Я внимательно посмотрела на неё.

– Ты к чему это ведёшь?

– Андрей – дух, детка. Его уничтожила наша прабабка, но он не мог уйти, потому что ему нужно было, чтобы кто-то из нашей семьи пожертвовал собой ради него. Ты это сделала.

Я побледнела.

– Та белая вспышка… это был коридор в рай? – прошептала я.