Отзывы на книги автора «Патрик О`Брайан»

Классика жанра! Один из лучших романов про "морские приключения" и "про путешествия", на мой субъективный взгляд. И один из самых любимых. Как и остальные книги цикла.
Прочел впервые очень давно, еще до выхода фильма. И когда увидел в роли Обри Рассела Кроу, как то напрягся. В голове у меня был совершенно другой образ. Да так и остался, я его по другому представляю. А вот Мэтьюрин получился весьма, как мне кажется.
Ну да это вкусовщина. А так - прекрасное чтение. Отлично выписанные герои, шикарно построенная сюжетная линия. Автор прекрасно знает историю, мне много пришлось перелопатить потом литературы на тему истории Наполеоновских войн и Англии на этом фоне, в книге ляпов я не нашел. Хотя настоящий специалист может и нарыл бы, но я не специалист, поэтому просто наслаждался книгой, приключениями героев и фоном, на котором приключения происходили. Жалею только о том, что произведение мне не попалось лет в 15-16, тогда бы это был совсем экстаз.

Возможно, времена, когда я зачитывалась "Детьми капитана Гранта" И "Морским волчонком" остались слишком далеко, или красавец Рассел Кроу в моём воображении плохо соответствовал книжному, довольно неприятному, образу капитана Джека Обри, но книга не произвела ожидаемого впечатления. Фильм 2003-его года был хорош, но скорее - красивыми съёмками, чем сюжетом. Фабула книги тоже незначительная - в целом один, растянутый во времени, эпизод из жизни корабля "Сюрприз", посланного Адмиралтейством охранять британских китобоев в южных морях. Читай - грабить грабителей, в чьей роли выступает американский бриг "Норфолк", обижающий мирных китобоев, ну или ещё кого-нибудь, если получится. Словом, эдакие каперы под покровительством короны.

— Думаю, нам удалось бы уйти, — отозвался лейтенант, — не потеряй мы столько парусов южнее мыса Горн и будь у нас более решительная и надежная команда. Но, во всяком случае, для нас нет бесчестья в том, что нас захватил столь прославленный ходок.

Прославленный ходок, захвативший американский корабль "Даная", что вовсе не было ему приказано, - это Джек Обри, уже немолодой капитан, побывавший и в плену у американцев, и в сражениях, и поднаторевший в интригах среди высокопоставленных чинов Адмиралтейства. К слову, к американцам отношение в книге этакое снисходительно-презрительное, как к их флоту и его способам морских промыслов, так и к языку:

— Только играть я буду неважно, ибо утомлен до изнеможения, как говорит наш американский пленник.
— Но послушайте, Стивен, мы тоже говорим: утомлен до изнеможения.
— Да неужто? А я и не знал. Во всяком случае, мы не произносим этих слов с гнусавым колониальным акцентом, напоминающим звук извозчичьего рожка на дублинской набережной.

Тот самый корабельный врач Стиен Мэтьюрин, который не любит американского произношения, - пожалуй, единственный в книге по-настоящему яркий персонаж.

Проплавав много лет, доктор Мэтьюрин так и остался сухопутной шляпой. Не раз он умудрялся попасть из шлюпки не на трап, а в воду. Доктор поднимал тучи брызг у бортов кораблей флота Его Величества почти всех видов и классов.

Близко к нему ещё корабельный капеллан Мартин, довольно плохо исполняющий свои обязанности, но зато столь же увлечённый натуралист, как и доктор. Капитан вечно портит им удовольствие и не разрешает высаживаться на сушу для изучения местной флоры и фауны:

Послушайте, Стивен, на меня работают прилив, течение и ветер. Мой противник имеет выигрыш во времени, так что нельзя терять ни секунды. Ловить букашек и вялить ящериц — дело интересное, но имеет ли оно отношение к поставленной перед нами задаче?

Для капитана существует только одна цель - догнать "Норфолк" и научить его уму-разуму. При этом, как почти во всех английских морских книгах, сто раз упоминается, что он - капитан нестандартный, у него не процветают телесные наказания и плохое отношение офицеров к нижним чинам. Прямо интересно делается, что ж ни один из "стандартных" капитанов, у кого матросов запарывали насмерть, так и не стал персонажем приключенческого романа, коли это была стандартная практика? Но вернёмся к Обри:

Джек не принадлежал к тем ретивым служакам, которые считали, что образцовое судно — это то, на котором стеньги заменяют на пять секунд быстрее, чем на остальных кораблях, стоящих в гавани, где медь изделий сияет ярче солнца в любое время и в любую погоду.

Команда его уважает, слегка побаивается, но при случае готовы умереть, лишь бы спасти капитана. И такие возможности им предоставляются чуть ли не постоянно: то он попадёт в плен к амазонкам Океании, то окажется на берегу с многочисленной командой потерпевшего крушение "Норфолка". В тексте полной горстью: бим-бом-брамсели, подробности ловли китов, шторма, матросские песни и другая морская романтика. Вот только до начала приключений - столько говорильни и рассуждений о крутизне и недостатках британского флота, что... Мне кажется, что фильм, который точно не экранизация, а "по мотивам", предпочтительнее. Во всяком случае, меньше времени отнимет))).

Романтика морских сражений.
Красота!
Какое же сложное и умное сооружение - парусник, особенно большой парусник в эпоху их расцвета, и перед приходом века пара. Дерево, пенька, металл, холст создают конструкцию, которую можно легко подогнать под любой вид ветра и управлять огромной машиной с сотней механизмов. Будто перед пультом с тысячей кнопок, как сейчас в каком-нибудь центре управления полетами, стоит капитан на мостике, но вместо кнопок - обученные матросы. Рассчитывать скорость, направление ветра, солнце, волны и под них тонко настраивать своего друга. И у каждого мельчайшего элемента есть своё название, для того чтобы всё объяснить. (И они ещё ходят в тёплом Средиземном море, а как представишь наши холодные северные моря, аж жутко становится и страшно за матросов.)
И О’Брайн прекрасно описывает именно корабль, начиная с забавного эпизода, где читателю вместе с доктором мичман показывает корабль, с объяснениями, которые ничего не объясняют.
В романе нет ярко выраженного сюжета, но есть волны напряженных и спокойных эпизодов, первые - о море и сражениях, вторые - о суше и разговорах о море и сражениях. И эта смена динамики весьма импонирует мне. Добавляют контраста описание подробностей о происходящем на берегу и в море: о том, что на берегу кратко и будто мимоходом, как не стоящее внимания. На море - всё подробно и серьезно красиво.
Немного вначале я запуталась с именами и типами судов, потому что судно, но которое назначают главного героя капитаном, называют то шлюп, то бриг. Потом оказалось что он одновременно и то, и другое. К тому же главного героя называют то Джоном, то Джеком.
Главный герой очень симпатичный, и когда он получает наконец долгожданное назначение капитаном, прям болеешь за него, чтоб у него получилось наладить отношения в команде, чтоб его уважали. Но несмотря на его привлекательность, у него есть и отрицательные черты, он не отличается острым умом, и часто говорит глупости и нелепости, которые вредят ему, может зря обидеть людей, которые не могут ему ответить, хотя порой и жалеет о сказанном. В противовес ему странный и чудаковатый доктор, который гораздо прозорливее, но ничего не смыслит в морском деле, отчего читателю порой легко себя с ним ассоциировать.
К моему небольшому сожалению автор гораздо лучше разбирается в морском деле, чем в медицине, поэтому последнюю не описывает, только общие слова.
Повествование не лишено юмора, по-матроски порой грубоватого и жёсткого, особенно в отношении женщин. Но зато смешно. И книгу это не портит.
Эпоха и нравы тоже нашли отражение в романе, особенно противостояние ирландцев англичанам, но всё это кажется таким неважным, в грохоте и дыму морских сражений. И пусть они не в Карибском море, а в Средиземном, это всё также пустое. Главное есть море, ветер, судно и глупый купец, который станет призом.
Мне было приятно читать про капитана.
И очень жаль лейтенанта Диллона.

Начало книги - ну чисто Джейн Остин для мальчиков, эдакое Нортенгерское аббатство с мужской точки зрения. Как и первую книгу, эту также можно назвать энциклопедией быта, но если Master and commander подробно описывал жизнь английского моряка времен наполеоновских войн на борту, то Post-captain во многом демонстрирует жизнь на суше - детали быта английского провинциального и мелкопоместного дворянства, столичные салоны и систему патронажа, бюрократические интриги.

Стоит отметить, что события развиваются очень неочевидно, что большой шаг вперед по сравнению с первой книгой, и гораздо разнообразней, и неожиданных моментов даже больше, чем надо - Патрик О'Брайен как-то очень уж разбрасывается эпизодами, вокруг которых можно было б много чего построить. Я полагаю, это можно связать с тем, что значительная часть романа происходит на суше, где возможностей для маневра больше, чем в море. Но вообще единого сюжета в книге нет, и непонятно - то ли автор в принципе не способен на такое, то ли намеренно избегает его, просто имитируя жизнь, где сюжета нет также, а просто наличествует набор эпизодов, иногда связанных друг с другом, а иногда, что характерно, нет. Три линии - любовная (то ли треугольник, то ли квадрат), военная и шпионская тесно переплетаются, разбавляясь беготней капитана королевского флота от кредиторов в абсолютно идиотическом беннихилловском духе.

О'Брайен активно и со знанием дела использует разговорный английский начала XIX века с постоянно пропадающими глаголами, множеством речевых оборотов и восклицаний с неясным смыслом и устаревшим значением слов, из-за чего мне не всегда было понятно, о чем идет речь конкретно в этом абзаце. Меня по-настоящему торкает этот старый джентльменский английский, где все - даже матросы - ровно на балу и даже на пике эмоции используют сложно составные фразы, призванные оскорбить даже не конкретными словами, а извращенным синтаксисом. Плотность этого языка неимоверно высока, его можно пощупать и увидеть, мелко нарезать и набить им трубку.

В неприятном смысле поразила трансформация спутника главного героя - доброго доктора. Очень странно, что у него оказалось столько скрытых и ранее неведомых достоинств - и рубиться-то он на шпагах, и стреляет без промаха, играет в карты как Фандорин, да и замок в испанской Каталонии также имеется. К тому ж уровень эксцентричности, в первой книге вполне умеренный, здесь просто зашкаливает - О'Брайен заставляет доктора ходить в совершенно неприличных костюмах и разводить пчел на корабле. Единственное, что скрашивало недоумение от таких авторских фортелей - иногда у автора прорывается из-под спуда обычно скрытое чувство юмора и диву даешься тонким английским шуткам, как будто вышедшим из-под пера той же Остин.

Мнится мне, книга на самом деле представляет собой энциклопедию моряцкой жизни времен Наполеона, Трафальгара и Нельсона - в первую очередь английской, конечно, хотя и другие флоты того времени изрядно и многообразно англичан копировали. Если кто-то думает, что это приключенческий роман про морские бои, каперов и всякую там романтику волн, прекратите так думать и даже не кивайте в сторону фильма Питера Уира (отличный фильм, кстати) - он вообще не о том. Основная тема книги - это что такое корабль, как он устроен, как на нем умещается такая прорва народу и какой тросик каким парусом управляет. Самый показательный момент - когда один из мичманов рассказывает новому хирургу, какая мачта как называется и каковы габариты различных частей шлюпа; ориентируетесь именно на эту сцену и не прогадаете.

Даже описания морских боев выходят у Патрика О'Брайана более сухими и энциклопедичными, нежели того хотелось бы мне как неподготовленному читателю - в конце концов у Штильмарка и Сабатини ведь как-то получалось? Книга по сути является хорошим фоном для какого-нибудь другой книги, с сюжетом: задник прорисован изумительно, с полутонами, отлично выписаны персонажи и взаимоотношения между ними, а вот с действием напряг. Все, что делают герои - это по сути пиратство. Если Джека Златовласку Обри заменить на скажем, Уильяма Черную Бороду Тича ничего не изменится - шлюп Софи будет все также шарится по морям и грабить прохожих проплывающие мимо корабли.

Также сильно сбивает с толку странная манера автора прерывать действие на самом интересном месте: вот вроде начинается экшен, сейчас-сейчас прольется чья-то кровь, и вдруг - бац! и мы переносимся через несколько часов, а то и дней и все, что остается на руках - это сухой подытог. Прыжки по времени вообще являются визитной карточкой книги - автор использует этот прием кстати и некстати, безжалостно выкидывая из повествования не столь уж и маловажные эпизоды. Особенно обидно под самый конец, когда вроде сошлись две могучие эскадры, а потом нам показывают два взрыва где-то в туманной дали и - "давайте выпьем за победу".

О'Брайен немало времени и внимания уделяет быту на корабле, взаимоотношениям между офицерами и матросами (больше концентрируясь, конечно, на старших по званию), сложностям и странностям морского быта. Но главное - маскирует он все это довольно убого, встроить технические детали и характеристики внутрь куцего сюжета автору не удается. Я люблю производственные романы и мне понравились все эти сиюминутные ситуации, которые О'Брайен описывает во множестве и из которых жизнь на корабле и состоит, но хотелось бы и историю какую-нибудь, а ее нет. Так что назвать книгу увлекательной сложно, но вот с исторической точки зрения она весьма познавательная и показывает королевский флот весьма нелицеприятно - со всеми его достоинствами, но также и с пороками.

В целом книга похожа на подборку эпизодов из жизни одного капитана одного шлюпа. Если воспринимать книгу как отельный роман, это конечно провал, но если смотреть как на некое знакомство, введение в цикл - наверное, с пивом ромом покатит. И хоть "художественная" сторона романа мне не зашла, "техническая" заинтересовала в достаточной мере, чтобы в будущем продолжить чтение цикла.

Кажется, что судьба Обри в десятом томе — постоянно оказываться за бортом (буквально или фигурально) своего собственного корабля. Он вынужден довольствоваться то туземным катамараном, на котором он играет роль отнюдь не капитана, то удлинённым баркасом, а то и вовсе плескаться в море, держа Стивена на своём горбу, или куковать на необитаемом острове с враждебно настроенными американцами по ту сторону ручья.

Стивен, кстати, отличается от стереотипного литературного образа лекаря-чудотворца, способного вылечить любую хворь. При всех его умениях, снискавших ему заслуженное уважение его соплавателей (он запросто может провести трепанацию черепа, заклепав получившуюся дырку трёхшиллинговой монетой), у него плохо получается вырывать зубы, не говоря уже о том, чтобы лечить их. Любопытно, что то, что является тяжкой неудачей, пусть и временной, для экипажа корабля и его капитана, для Стивена оказывается источником тихого, но явного счастья. Я говорю о тех эпизодах, когда корабль садится на мель, как здесь, или получает повреждения по другим причинам (как в «Острове Отчаяния»), и команда вынуждена заниматься ремонтом, как всегда, спешным. А доктор Мэтьюрин в это время, не подгоняемый ненавистным ему флотским воплем «Нельзя терять ни минуты!», в своё удовольствие проводит наблюдения, описывает птиц и составляет коллекции, по итогам которых потом сделает очередной невнятный доклад, встреченный аплодисментами, в Париже или Лондоне.

Забавным получился адмирал Айвз. Этот старый вояка и служака против присутствия женщин на кораблях своей эскадры не из-за того, что это угрожает беспорядками, венерическими болезнями или будет попросту отвлекать моряков от их прямых обязанностей, а потому, что эти изнеженные существа осмеливаются использовать драгоценную пресную воду для стирки своих никчемных панталон! Позабавило и стремление Айвза выставить фактическое бегство Обри из Маскары как начальный этап блестящей победы королевского флота — правильно, рапортовать в Адмиралтейство о победах-то надо, а то ведь титул пэра можно и не получить.

Вообще, в романе довольно много юморных моментов. Особенно запомнились сцены, связанные с книгой Колнета и первый совместный обед на борту «Сюрприза» в начале плавания.

Довольно впечатляющей получилась история мистера и миссис Хорнер, мичмана Холлома и затесавшегося в эту сюжетную линию лекаря Хиггинса. Выбор миссис Хорнер меня здорово удивил. Понятно, что при таких отношениях с мужем появления любовника вполне можно ожидать, но… Холлом? Он же воплощение всего того, что женщина не хочет видеть в мужчине. Жуткая развязка этой истории (не сам финал, а именно развитие ближе к финалу), не говоря уже о подавленном настроении на борту, — это лишнее объяснение того, почему капитаны в дальних плаваниях так жёстко и непреклонно поддерживали мир и согласие между своими подчинёнными.

В «На краю земли» вновь появляется Говард, офицер морской пехоты, который вроде как погиб в «Острове Отчаяния». И это не его однофамилец — это тот же самый персонаж (и в «Острове», и в «На краю земли» Говард играет на флейте). Что ж, простим О’Брайану эту оплошность.

Американские матросы в романе получились похожими одновременно на шайку необузданных кровожадных дикарей и гопоту с городских окраин. Это, конечно, не значит, что О’Брайан сознательно стремился изобразить их такими — вспомним, какое благожелательное изображение американских моряков он дал в «Военной фортуне». Такое их поведение объясняется несколькими причинами — это и в принципе более слабая, чем у англичан, дисциплина, и отсутствие большей части офицеров, слабость больного капитана и, конечно, экстремальные условия существования, которые быстро сводят на нет принятые в человеческом обществе условности.

История о плавании героев на туземном катамаране вообще в принципе понравилась, а вот сделанный в ней акцент на агрессивном феминизме — нет. Это скорее похоже на отрывок из какого-то низкокачественного фэнтези, к которому О’Брайан отнюдь не относится.

Официальный перевод десятого тома, как ни странно, показался чуть хуже, чем любительский — всех остальных. Мичман Блэйкни по воле переводчика превращается то в Блакнея, то в Блекни. А неразбериха с терминами «судно» и «корабль» сразу обращает на себя внимание человека, сколько-нибудь разбирающегося в теме мореходства и парусного флота. По контексту ясно, что имелся в виду именно «корабль» в узком смысле слова, то есть трёхмачтовое судно с прямым парусным вооружением, но переводчик почему-то предпочёл использовать более общий термин.

Не могу не сравнить книгу с фильмом. Некоторые вещи в фильме здорово углубили — например, историю матроса Уорли, упавшего в море во время шторма: в книге этот случай описывается одним абзацем, в то время как в фильме Уорли превратился в полноценного персонажа. То же можно сказать и про мичмана Блэйкни. Для других персонажей и событий, наоборот, больше понравилась их книжная интерпретация — это история мичмана Холлома, к примеру.

Десятая книга из двадцати написанных Патриком О’Брайаном о капитане Джеке Обри, судовом враче Стивене Матьюрине и английском королевском флоте начала XIX века, время последнего расцвета парусного флота. И королевский военно-морской флот, пожалуй является главным действующим лицом книги, автор тщательно подходит к фактической стороне дела и описывает эпоху и корабли со всеми возможными подробностями и знанием дела. Порой создаётся впечатление, что капитаны, штурманы, боцманы служат не на корабле, а кораблю.
Какое же сложное и умное сооружение - парусник: дерево, пенька, металл, холст создают конструкцию, которую можно настроить под любой вид ветра, управлять огромной машиной с сотней механизмов. Будто перед пультом с тысячей кнопок, как сейчас в каком-нибудь центре управления полетами, стоит капитан на мостике, но вместо кнопок - обученные матросы.
Для своих историй автор использует реальные морские сражения и приключения, пусть и перерабатывает их для художественного текста, делает их случившимися с его главным героем. И эта историчность является и достоинством книги и ее недостатком, потому что из-за описаний корабельных будней порой провисает сюжет. Это было и в первой книге серии, что я читала, и здесь.
Но с другой стороны текст повествования становится похож на морские волны, которые то накатывают, создают динамику и накал, то отходят, оставляя место для "скучных" будней. Настоящие приключения и вовсе начинаются лишь во второй половине книги, когда герои то и дело оказываются за бортом в прямом смысле.
Капитан Джек Обри получает задание преследовать и разбить (пойти в охоту на) американский фрегат, который в свою очередь охотится на английские китобойные суда в Тихом океане. И фрегат Обри «Сюрприз» огибает мыс Горн и идёт к Галапагосским, Маркизским и Сандвичевым островам.
Подробное описание китобойного промысла, наводит на мысль о том, что даже такие огромные животные, как киты, избравшие путь увеличения размеров, для защиты от хищников, стали самыми большими, уплыли в далекие моря, и всё равно главный хищник планеты до них добрался. И после таких историй китобои не вызывают симпатии, хотя их промысел и опасен.
Особую изюминку этой части историй о "Хозяине морей" придает очень смешная встреча главных героев с плотом туземок - "феминисток", или "амазонок", которые скитаются между островами микронезии своим маленьким женским плавучим островом. Зоной свободной от мужчин, и готовые эту свободу защищать до конца.
В книге много юмора, иногда он грубоват, но это же морские приключения прошлой эпохи, и юмор вполне в духе того времени. Зато в этой части меньше политики и международной обстановки, чем в частях, где Стивен выполняет всякие шпионские миссии, к которым было много отсылок в начале.
Концовка книги получилась искрометной и эффектной, даже будто бы обрывочной. После затяжного начала и неспешного развития, может показаться, что книга и вовсе не закончена, но зато на подъеме и с задором.

Лет 10 назад, а может быть даже и 5 я бы ввязалась в авантюру и попыталась осилить все 20 томов приключений капитана Джека Обри. Приключения я люблю, исторические романы тоже, первый блин том часто выходит комом, так что надо дать автору второй шанс.... Нам предстоит знакомство с молодым капитаном, которые получает свой первый шлюп "Софи" и отправляется бороздить Средиземное море и охотиться на каперов. Задел довольно интересный - Д.О. не чужды романтические утехи, он обладатель взрывного характера и недюжинной смекалки, у него колоритный друг-ирландец Стивен Мэтьюрин - бортовой врач, с которым они музицируют по вечерам в кают-компании - короче, серия намечается с одной стороны вроде как и занятная. Но каким-то чудом в приключенческом романе мне... не хватило экшена!

О диво-дивное, но действительно - там, где любой уважающий себя автор старается заставить читателя затаив дыхание судорожно переворачивать страницу за страницей, Питер О'Брайан медленно и неторопливо расписывает, какой парус за каким поднимали моряки, чтобы повернуть. Одним словом, вместо лаконичного "корабль развернулся влево" нас ждет до зубного скрежета подробная инструкция, как он это сделал. Я начинала путаться уже на третьей стеньге в абзаце и пролистывала их без лишних угрызений совести - в конце концов, на энциклопедию британского кораблестроения я не подписывалась. Даже морские сражения, и те, черт побери, занимали не одну и не две страницы из-за таких не в меру подробных описаний. Отдаю автору должное, за большую подготовительную работу, но я определенно не его ЦА. Представив себе еще 20 томов сплошных грот-бом-брам-реев, крюйс-брам-стеньг, фор, фоков, бизаней и прочих запчастей рагноута, лишь изредка перемежаемых живыми людьми, я спасовала. Компенсирую себе дезертирство экранизацией с Расселом Кроу и на этом знакомство с Джеком Обри будем считать завершенным.

286/300

В начале чтения было полное ощущение, что я пропустила пару книг про Джека Обри, так там все начинается стремительно. Итак, наш Джек скучает на берегу без корабля, а пока крутит романы и ходит на музыкальные концерты, услаждая свой слух. Внезапно ему жалуют корабль джае и с командой, нужно только подготовиться и ждать приказов.
Первую треть талмуда Джек рьяно приступает к подготовке, где надо, упрашивая, а где и подмазывая, что-то выходит удачнее, что-то нет. Но в общем этов се-таки в целом бытовушка с морским уклоном. Совершенно случайно он сталкивается с гражданским врачом Стивеном Мэтьюрином, который, как я понимаю, впоследствии станет его лучшим другом, предлагает ему место судового врача. Хорошо, что потом начинает что-то происходить.
Как-то не особенно меня увлекало поначалу повествование, да и к героям какое-то равнодушие было. Джек Обри вроде молод, но видимо влияние кинообложка постоянно заставляла думать, что ему под сорок. К тому же, он не дурак выпить, любит скабрезные шутки не блещет умом. Тут поневоле проникаешься симпатией к Хорнблауэру.

Мэтьюрин не мальчик, но здесь его описание тоже оставляет лучшего: невысокий, тщедушный, в седом паричке. Любитель птичек и бабочек, и всяких небычных животных. Паганель да и только. Хотя как врач свое дело знает. Ну, блин, не на кого девушке глаз положить.
Все-таки, я довольно привередлива к жанру историко-приключенческой литературы. Проще говоря, не любитель. Поэтому пока на суше – это серия о Ричарде Шарпе, а на море – о Хорнблауэре. Ну я не расстраиваюсь, в конце концов существующие переводы книг про Джека Обри, мягко говоря, не радуют.

Несмотря на морское название, морских боёв во втором томе меньше, чем в первом. Впрочем, по напряжённости они ничуть не уступают тем, о которых мы читали в «Командире и штурмане». Динамизм и наполненность романа событиями так же высоки, как и в первом томе, однако здесь О’Брайан сосредоточился на том, чтобы полнее раскрыть характеры своих героев, показать их переживания (в первую очередь это относится к Стивену; Джеку переживания сами по себе не особо свойственны — он для этого слишком жизнерадостен). В рецензии на первый том я говорил, что в нём нет любовной линии. Здесь их две, и они довольно тесно переплетены друг с другом.

Вообще, цикл о Джеке Обри и Стивене Мэтьюрине начинает нравиться мне всё больше и больше. Это именно тот случай, когда современная (ну, относительно) литература не только не уступает классике морских приключений, но и превосходит её по всем параметрам. Обычно, когда я пишу отзывы на приключенческие романы, я говорю себе: «Это всё-таки развлекательное чтение, а не серьёзное высокое искусство; не нужно требовать от него слишком многого». Цикл О’Брайана — это именно тот случай, когда эта оговорка оказывается лишней. К нему можно применять высокие требования, и он им соответствует.

Джек Обри не слишком изменился: он всё так же стремится сделать карьеру и разбогатеть, всё так же вынужден выполнять распоряжения начальства, которое он ненавидит, и всё так же иногда страдает от безработицы и безденежья. Впрочем, он несколько повзрослел, уже успел сделать себе имя во флоте и теперь способен топить корабли противника, не думая о призовых деньгах в первую очередь. В психологическом отношении он всё тот же жизнерадостный здоровяк, который просто не способен долго печалиться. Понимая, что сейчас, преследуемый кредиторами и хватающийся за любую службу, он не имеет шансов на успех, если сделает предложение Софи, он практически забывает о ней, хотя и сохранив её образ в глубине души. Именно поэтому (и из-за Дианы, конечно) он довольно долго не может толком разобраться в своих чувствах. Кстати, развязка его отношений с Дианой здорово напомнила обстоятельства разрыва с Молли Харт в первой книге.

А вот Стивену Мэтьюрину во второй книге уделено намного больше внимания, чем в первой. Доктор, который о своей внешности и степени своей привлекательности для женщин настолько низкого мнения, что даже не переживает по этому поводу, этот зацикленный на исследовании окружающего мира учёный муж, оказывается хладнокровным добровольным разведчиком и к тому же — превосходным фехтовальщиком и стрелком. Влюблённый Стивен пессимистичен и не уверен в себе (даже не так — уверен в собственной ненужности) до крайности. Диана его откровенно френдзонит и использует. До какой степени унижения она его довела — он сознательно готов стать для неё «запасным аэродромом», или, как он сам это называет, pis aller!

…если, по её словам, её лицо — это её богатство, то она больше не Крез: богатство уменьшается, по её представлениям оно будет уменьшаться всё стремительнее, и даже раньше рокового тридцатилетия оно может упасть до уровня, при котором я перестану быть объектом презрения. Это моя единственная надежда, а надеяться я должен.

— …я согласен на то, чтобы стать pis aller. Кроме того, я умею ждать. Я не хочу рисковать и получить от ворот поворот, да еще и презрительный.
— А что такое pis aller?
— То, что берут за неимением лучшего. Вот моя единственная надежда.

Диана отвратительна. Да, она красива, весьма неглупа и привлекательна благодаря сочетанию этих качеств. Однако — она использует мужчин самым низменным образом. Удивило то, как быстро она перешла на «ты» со Стивеном. Что это — свидетельство её раскованности или проблемы перевода английского «you»?
Вообще, отношения Дианы с Джеком и Стивеном — это хороший пример того, как каверзная зловредная женщина может поколебать даже самую преданную мужскую дружбу, проверенную многими испытаниями. Я не хочу здесь раскрывать детали сюжета, но замечу, что ссора Джека и Стивена из-за Дианы зашла очень далеко.

А вот Софи получилась у О’Брайана какой-то чересчур положительной. Она ждёт своего любимого прямо как Кончита — Резанова, переживает, чтобы он не утонул и хорошо питался (мне крайне сложно представить себе Джека Обри, который бы плохо питался. Если он не ранен, конечно же, и если у него над душой не стоит Киллик с приготовленной Мэтьюрином микстурой). И всё это притом, что ничего определённого Обри ей не обещал. И да, на мой взгляд, для девушки почти тридцати лет такое поведение несколько странно; его можно объяснить разве что ну очень целомудренным христианским воспитанием и психологической зависимостью от матери. Возможно, это объясняется и тем, что Софи довольно долго, по меркам того времени, не выходила замуж — соответственно, её девичьи романтические представления о любви и верности за это время могли усилиться и сконцентрироваться. Впрочем, она не так уж проста — она вполне может слегка манипулировать Мэтьюрином, убеждая того сделать официальное предложение Диане, что одновременно убрало бы соперницу с её собственной дороги.

Миссис Уильямс со своими «аккуратнее задёргивай шторы, они от этого протираются» и «перелей остатки портвейна, который не допили джентльмены, в склянку» слегка напомнила гоголевских Плюшкина и Коробочку.

Странно, что после отплытия «Поликреста» со страниц романа пропал Скрайвен. Казалось, что этот персонаж ещё получит своё развитие, но этого не произошло. Возникает ощущение, что О’Брайан просто забыл про него.

Довольно большое впечатление произвела картина тотальной безработицы среди морских офицеров в мирное время. Становится ясно, насколько сильно карьера и общественное признание для английского джентльмена этого времени были связаны со службой во флоте.

Между прочим, устами лейтенанта Макдональда писатель высказал очень смелое мнение о Нельсоне:

Возможно, для очень многих было бы лучше, если бы в детстве этого будущего адмирала надолго засунули головой в ведро с водой. Если то, что проделывает какой-то вымышленный персонаж в рассказе или спектакле, будет достаточным оправданием подлеца, представьте себе, что может сделать живой герой! Нельсон распутничает, подолгу торчит в порту, вешает офицеров, отпущенных противником на свободу при условии, что они не будут впредь воевать против французов. Хорош герой!

Казалось бы, для многих англичан (и уж совершенно точно — для капитана Обри) Нельсон — это легендарный герой, которому прощаются все недостатки.

Очень понравилась сюжетная линия, связанная с судебными исполнителями — Джек очень забавно от них скрывался. А сцена драки приставов с матросами «Поликреста» поистине очаровательна. Я хохотал чуть ли не на весь вагон. Похожая реакция у меня была и на написанное Скрайвеном объявление о наборе матросов на «Поликрест».

Финал романа мне показался несколько скомканным. Фактически, автор ставит точку сразу после довольно лаконичной кульминации, то есть сражения с испанской эскадрой.

В связи с этим стоит сказать о единственном, пожалуй, недостатке книг о капитане Обри, если не считать зачастую грубоватого юмора. Это слабовыраженность сюжета — по сути, цельной завершённой истории у автора нет, есть только набор отдельных, хотя и связанных между собой, эпизодов из жизни героев. Наверное, это объясняется всё-таки тем, что цикл с самого начала задумывался как литературный сериал, который будет продолжаться и продолжаться.