© Зимина О. И., 2025

© «Центрполиграф», 2025

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2025

* * *

Глава 1

Жаркая погода летом создает ощущение тепла и комфорта, особенно когда солнечные лучи согревают землю после прохладного утра. Но к середине дня воздух становится душным и влажным, а асфальт плавится под ногами. Хочется спрятаться в тени деревьев и наслаждаться прохладой.

Две женщины лет сорока пяти – пятидесяти, полная и худая, стояли у подъезда своего дома. Обе были одеты в легкую летнюю одежду: одна – в длинное платье, другая – в сарафан. На лицах играл здоровый румянец, а волосы слегка растрепались от теплого ветра. Они обсуждали последние новости и делились планами на ближайшее будущее. Главной же темой их разговора был предстоящий визит к Лиде и поездка на дачу, где им предстояло высадить множество растений.

– Ты уверена, что мы успеем все сделать до вечера? – спросила полная женщина.

– Конечно, – ответила худая. – Мы ведь уже все продумали и решили, что и в каком порядке будем делать.

– Хорошо, – кивнула полная. – Тогда давай скорее пойдем к Лиде, чтобы не опоздать.

Они подошли к двери подъезда и остановились. Полная женщина вдруг предложила:

– Викуся, может быть, мне остаться здесь и подождать тебя с пакетами? А ты пока сходишь к Лиде одна?

Худая женщина улыбнулась и возразила:

– Ленка, не волнуйся, мы справимся. Пойдем вместе. К тому же ты давно не видела Лидусю. Как же так, ты общаешься с племянницей только по телефону? Она будет тебе рада.

Они вошли в подъезд и стали подниматься по лестнице. Виктория достала из сумки ключ и с трудом отперла дверь, – мешал тяжелый пакет с рассадой. Она пробурчала что-то себе под нос и вошла в квартиру.

Елена улыбнулась и сказала:

– Ну вот, теперь мы точно успеем все сделать до вечера.

Войдя в квартиру, они продолжали обсуждать план работы в огороде на даче. Однако дальше коридора пройти не смогли. Обе женщины замерли, не в силах произнести ни слова. Виктория, внезапно побледнев, упала в обморок. Пакет с рассадой, который она держала в руках, тоже упал на пол. Свежие ростки помидоров, перцев и баклажанов вывалились на ламинат. Земля высыпалась из пакетов и разлетелась по коридору.

Елена стояла как вкопанная, ей стало трудно дышать. Она не могла поверить своим глазам. Ее племянница Лида Ручкина лежала на полу квартиры, где жила вместе с матерью, в неестественной позе с раскинутыми в стороны руками и ногами. На ее шее отчетливо виднелась характерная багровая полоса. Было ясно, что ее душили – на шее была намотана длинная ручка от сумки. Но больше всего тетку поразило не то, что у племянницы были огромные фиолетово-желтые синяки и кровоподтеки вокруг глаз, а каблук от женской туфли-шпильки, который торчал в районе правой глазницы.

Елена закричала: «А-а-а-а!», схватилась за голову и громко зарыдала. Она пятилась назад к выходу, крича изо всех сил. На лестничной площадке женщина прислонилась к стене и продолжала кричать, раскачиваясь из стороны в сторону.

Через полчаса в квартире Ручкиных работала следственная группа. Прибывший врач констатировал смерть Виктории и ее дочери Лидии до вызова скорой помощи.

Елену проводили в микроавтобус следственного комитета. После оказания ей медицинской помощи женщина смогла давать показания следователю.

– Здравствуйте. Меня зовут Иван Иванович Линь, я назначен расследовать происшествие, которому вы были непосредственной свидетельницей. Можете рассказать мне о случившемся?

– Здравствуйте, я Елена, – тихо промолвила женщина. – Елена Дмитриевна Ручкина.

– Так…

Елена закивала и приготовилась отвечать на все его вопросы.

Молодой следователь выглядел довольно неприметно: среднего роста, худощавый, с невыразительным лицом и короткими темными волосами. Он казался медлительным и нерасторопным, но был умен и отличался вниманием к мелочам.

– Елена Дмитриевна, вы уверены, что ваша сестра открыла дверь квартиры ключом?

Елена кивнула.

– Лидия жила вместе со своей матерью в этой квартире?

Елена снова кивнула.

– А где отец Лидии?

– Я не знаю, он ушел от Вики, когда узнал о ее беременности. Мы с сестрой воспитывали Лиду вдвоем. Она была хорошей и доброй девушкой. Умница, училась в институте. Я пригласила сестру пожить у меня.

– Зачем? У нее были конфликтные отношения с дочерью? – спросил следователь.

– Нет, конечно, – ответила Елена, – просто я живу на даче. Мой дом находится в садовом товариществе за городом. Летом там красиво, рядом речка. Лида ела витамины: фрукты и овощи с грядки. Мы делали закрутки. Осенью она с мамой возвращалась в город, так как в сентябре у нее начинался учебный год.

– Хорошо, а как вы думаете, кто мог напасть на вашу племянницу?

– Я не знаю. Это мог быть кто угодно, случайный человек или знакомый Лиды…

Следователь приподнял бровь, но вслух произнес:

– Хорошо, Елена. Спасибо за ваши показания. Если у вас есть какие-либо вопросы или замечания, пожалуйста, сообщите мне.

– У меня нет вопросов. Хотя, Иван Иванович, когда я смогу их похоронить? – спросила Елена, глядя в окно микроавтобуса на то, как из подъезда выносят черные непрозрачные пакеты.

Следователь заверил ее, что свяжется с ней в ближайшее время.

Глава 2

Елена устало шла к остановке. Она надеялась успеть на последний автобус, который ехал до ее дачи в садовом товариществе. Однако после всех событий и разговора со следователем Елена потеряла счет времени и не сразу поняла, что автобус уже ушел. Следующий рейс будет только утром. Темнело, и возвращаться в квартиру сестры, где нашли племянницу и умерла сестра, Елене не хотелось. К тому же следователь не оставил ей ключи.

Размышляя об этом, Елена присела на скамейку на остановке и горько заплакала. В этот момент мимо проезжала черная «Волга». За рулем сидел сосед по дачному участку.

Он остановился, опустил стекло и спросил:

– Лена, это вы? Почему плачете? Автобус уже ушел? Садитесь, я вас подброшу, нам ведь по пути.

– Иосиф Афанасьевич? – удивленно посмотрела на него женщина. – Как вы здесь оказались?

– Ездил в город за рассадой, да припозднился. Дела были.

– Я тоже за рассадой ездила, – всхлипнула Ручкина и потрясла пакетом в руке. – Но теперь не знаю, что делать. У меня беда, горе.

Елена вытерла слезы и села в машину.

По пути она рассказала соседу о том, что случилось. Всхлипывая и вытирая лицо платком, Ручкина подробно описала события этого дня. Видимо, успокоительное, которое ей вколол врач, перестало действовать, и она снова разразилась слезами. Иосифу Афанасьевичу пришлось остановиться у обочины. Он достал из багажника бутылку воды и дал Ручкиной умыться. В конце концов она немного успокоилась и вскоре уснула крепким сном.

Дорога из города до садового товарищества занимала около двадцати минут. Ровный и гладкий асфальт постепенно сменялся гравийным покрытием. Вскоре после этого на дороге стали появляться большие ямы, и после дождя проезд становился практически невозможным. Дачники постоянно собирали деньги для ремонта дороги, но не все могли себе это позволить, а некоторые просто жадничали, поэтому грейдирование дороги производилось только время от времени.

Черная «Волга» свернула на щебенку, и ее скорость снизилась. По обеим сторонам дороги раскинулись поля с зерновыми культурами и соей. В свете фар были хорошо видны все выбоины. На небольшом пригорке между городом и дачным товариществом слева от дороги располагалось кладбище, которое освещала только что взошедшая луна. Ее свет в это время суток придавал тихому и спокойному месту мрачный вид. Иосиф Афанасьевич Кудря сосредоточился на дороге, следуя привычному маршруту.

Опытный водитель, он ловко крутил руль, объезжая в темноте дорожные неровности, как внезапно его взгляд привлек неяркий свет по левую сторону от автомобиля. Иосиф Афанасьевич невольно повернул голову и притормозил.

– Лена, посмотри, ты видишь? – удивленно сказал Кудря и потер подбородок.

Свечение исходило со стороны кладбища, и он невольно засмотрелся на него. Небольшие светло-зеленые облачка быстро передвигались почти по самой земле, маневрируя между кустами и деревьями, рассаженными возле могил.

– Как думаете, что это? – Иосиф Афанасьевич не отрывал взгляда от происходящего и одновременно потряс пассажирку за плечо. – Вы видели когда-нибудь такое?

Увлекшись, Кудря не заметил, что Ручкина уснула. От неожиданного потряхивания за плечо ее сонное состояние начало рассеиваться.

– А? Что? – встрепенулась женщина. – Что? Где мы? Что случилось?

– Вон там, вы видели? – Кудря указал рукой в сторону кладбища. – Что-то светилось.

– Где? – испуганно спросила сонная Елена.

– На кладбище. – Иосиф Афанасьевич перевел взгляд в сторону погоста и разочарованно протянул: – Там было…

– Какое свечение? Вы о чем?

– Да ладно, – махнул рукой водитель и повернул ключ в замке зажигания. – Все уже, не светится. Поехали по домам.

Иосиф Афанасьевич подъехал к дому Ручкиной и остановился у ворот. Елена вышла из машины и поблагодарила его за поездку. Она направилась к своему дому, а Иосиф Афанасьевич проехал чуть дальше к своему дачному участку.

Он заехал в гараж, вышел из машины и увидел свою внучку, которая выбежала ему навстречу. Внучка обняла дедушку, и они вместе пошли в дом.

– Дедушка, почему ты так долго отсутствовал? Почему приехал поздно и не отвечал на звонки?

Иосиф Афанасьевич достал из кармана рубашки телефон и посмотрел на него.

– Разрядился, – ответил он.

– Ты поужинаешь?

– Да.

Войдя в дом, дедушка первым делом рассказал внучке о том, что узнал от соседки. Софа слушала, схватившись за голову. Она знала Лиду очень давно. Они вместе учились в одном институте, но на разных факультетах.

– Это ужасно, – сказала девушка. – Кто мог это сделать?! Лида была нормальной девчонкой… ни с кем не ссорилась, хотя подруг у нее особо не было, я и Катя. Ой, Кате нужно рассказать.

Софа бросилась к телефону и только сейчас посмотрела на часы.

– Катя, наверное, уже давно спит, расскажу ей утром.

Всю ночь Софа ворочалась в постели, пытаясь уснуть. У нее никак не выходило из головы то, что рассказал дедушка. Только под утро, когда в постель к Софе запрыгнула Пулька, французская бульдожка, и своим толстым тельцем устроилась в ногах девушки, сон пришел мгновенно.