Глава

В две тысячи пятом я купил календарик с яркой птицей, чтобы зачеркивать числа до летних каникул и попросил маму тоже вести учёт оставшихся дней. Ещё в мае я бережно уложил в старый чемодан пару шлёпок, полотенце с узорами и ягодные карамельки. В конце лета мы собирались к папе на Чёрное море.

В день отъезда сонно моросил дождь – небо словно выплакивало остатки лета. Асфальт сначала покрылся темными точками, а затем потемнел полностью. У нас в Краевске вовсю ощущалось приближение осени. Мама ворчала, что пришлось брать с собой зонт, но ругалась она как-то по-доброму, почти с улыбкой. Непогода стала для нас приключением, а не помехой. Дождь заметно усилился, смешался с ветром, перешёл в густой ливень. Мы шли до железнодорожного вокзала пешком, ноги в сандалях смешно хлюпали по свежим августовским лужам, через тридцать минут наш поезд отправлялся на юг, к папе. Мама несла чемодан и пакет с едой, на её плече болталась пестрая тряпичная сумка. Я держал большой черный зонт, высоко вытянув руку, мне было десять, но я уже доставал маме до подбородка.

На платформе столпились люди, дети с визгом носились по мокрому перрону, как стайка встревоженных воробьев. Родители прикрикивали на них, прятались под целофановыми целлофановыми пакетами и капюшонами, громко разговаривали. Я продолжал удерживать над мамой зонт, хотя теперь её руки освободились. Я всегда старался помогать, взять на себя часть забот, приносить пользу - хоть немного заменить папу, который не жил с нами много лет. Бегал в магазин с длинным списком, выносил мусор, ждал за дверью, пока мама плакала под одеялом в спальне. Когда мама входила на кухню после работы, я радостно встречал ее с теплым душистым чаем. Без сахара, но с конфетами. Вопросов не задавал, просто молчал рядом. Я и так знал все ответы. Иногда нам даже не требовались слова, чтобы понять друг друга.

Папа навсегда остался на юге, в небольшом посёлке с зелёными аллеями и цветами. Даже не верилось, что через полчаса поезд повезет нас к нему сквозь тысячи километров. Меня переполняли страх и любопытство, я ни разу не путешествовал так далеко. Только на утренней электричке купаться на озеро, и к бабушке в пригородном душном автобусе номер двадцать семь.

Мама часто рассказывала про Чёрное море, как оно живёт своей жизнью, как даже в безветренную погоду накатывает солёная волна, шумит, разбивается пеной, уходит, чтобы сразу же вернуться с новой силой. В последний месяц лета фруктовые деревья осыпаны плодами, а закаты особенно волшебные. Я слушал и фантазировал как увижу морскую силу в действии. Задеру повыше штаны, забегу, не раздеваясь, по колено в море, почувствую, как оно хочет сбить с ног, но устою. Устою, даже если будет шторм.

Конец ознакомительного фрагмента.