Люблю автобусы. Даже когда стоишь в пробке, в пекло, железо распалено и вокруг лишь стоны сварившихся в котле душ. Всё равно люблю. Рядом люди, приятно. Трущаяся о тебя сырая толпа, дышит жарко, хвастаясь благоуханьем ртов. И ты стоишь, как очередная вымасленная сельдь в протухшей бочке… Шучу. На подобное даже моего человеколюбия не хватает. Люблю полупустые – весной или летом. Окна распахнуты, ветер, прекрасно. Томные люди расслабленны, утонувшие в суете мирских дел. Лица молодых – в хорошую погоду в их глазах часто мелькает нотка мечтательности. Я часто забавляюсь: разглядывая какого-нибудь человека, я представляю, как впиваюсь пастью между его плечом и шеей, хрущу ключицей, рву артерию и брызжет кровь, я упираюсь лапой в грудь, продавливая хрупкие рёбра, тяну на себя, и голова с изумлённо распахнутыми глазами отрывается, лишь лоскут кожи всё тянется, обнажая красную плоть …

Нет, конечно, я не глуп и я знаю, что человек не хрупок, как китайский фарфор, обёрнутый мясом, а у меня уж тем более нет столько сил, чтобы вытворить такое. Я знаю, что прежде человека надо давить всем весом, да и вгрызться в шею… Всё не так красиво, как в моих мечтаниях, ты не можешь прокусить её насквозь, лишь вгрызаешься в верхние ткани и сдавливаешь, душишь, терпя тычки и удары