«Нулевой архетип» - роман Ольги Куран, повествующий о путешествии мастрессы Анны Кейн и капитана Алана Атреса в заброшенные города постапокалиптической Земли.
После Первой катастрофы мир изменился - поверхность Земли стала непригодной для жизни и люди ушли в горные города и на небесные платформы. То, что осталось внизу, скрыто от них за пеленой Сонма и охраняется фантомами. Мало кто отваживается спускаться туда. Но, чтобы спасти своего близкого человека, магичке Анне Кейн придется рискнуть и отправиться в заброшенные города Старой Земли вместе с небесным капитаном Аланом Атресом.
Туда, где спят скелеты дирижаблей и старых зданий.
Туда, где ждут загадки прошлого и чудовища, которые их охраняют.
Туда, где течет непостижимый и таинственный Нулевой архетип.
Стиль текста.
В целом стиль вполне приятный, но не без изъяна, что, конечно, вкусовщина. Так что единственное, на что укажу конкретно: ни раз и ни два я спотыкалась о диалоги - многие из них написаны не лучшим образом.
Отдельно хотелось бы выделить пикировки героев. Они ужасные. Это банальное хамство. Другого слова для описания такого рода общения даже подобрать нельзя.
- Джеймс, я действительно давно не была в свете. Я настолько потеряла сноровку, что могу даже прямо в лицо назвать мудака мудаком. Представляете?
Это уже было на грани с грубостью, но ей хотелось увидеть его реакцию.
- Вы невысокого обо мне мнения, - сухо заметил он.
К сожалению, наша главная героиня Анна изначально показала себя хабалкой-нетакусиком, что знатно подпортило мне первое впечатление. Можно сказать, что у неё есть причины для такого поведения - это действительно так, но завоевать мою симпатию сей факт не помог. Вместо находчивой неглупой героини, которую, вероятно, хотела прописать автор, на первых же страницах я увидела хамку с лёгким намёком на социфобию.
Флирт (а был ли это флирт?) на таком фоне смотрится плохо. Сразу после процитованного выше наезда Анны на Джеймса между ними происходит следующий разговор:
Она легко могла бы с этим поспорить, но предпочла ответить ему в тон:
- Возможно, вы правы, и я совершенно напрасно на вас накинулась. Впрочем, у меня ведь есть и другая причина вас ненавидеть.
- Заинтригован. И какая же?
- Мы разговариваем уже несколько минут, а вы все еще не пригласили меня на вальс.
По-моему, это просто классика флирта из старых романов. Из разряда тех сцен, в которых героиня говорит возлюбленному, что возненавидит его, если он не пригласит её на танец/забудет её, а пылкий юный любовник в состоянии лёгкой истерики восклицает, что никогда, никогда он её не забудет - и если она в свою очередь разлюбит его, то он погиб.
Всякие кокетливые переглядывания, лёгкие пожатия руки, когда никто не видит, тайные записки с «я ваш, а вы моя» - всё это того же поля ягоды, и это работает, когда герои влюблены, но не могут показывать свои чувства в обществе. Но Анна и Джеймс вполне искренне недолюбливают друг друга, и это сломало мне ассоциации. Зачем Анна приглашает на танец человека, с которым предпочла бы не контактировать? Потому что это именно оно - приглашение. Ладно бы Джеймс утянул Анну в танец, чтобы поговорить, но Анна? Я её просто не понимаю.
Ещё немного «пикировок»:
- Я не боюсь вас, Анна, - спокойно ответил он, перестав на мгновенье играть в улыбчивого кавалера. - Я только не вижу причин с вами враждовать. (…)
Это её почти позабавило: в конце концов, именно этого Кейн ожидала от Стерлинга с самого начала - попытки убедить её, что он уже победил.
- Вы пытаетесь скормить это дерьмо любому, кто ставит под угрозу ваши интересы? - музыка смолкла, и в наступившей тишине, Кейн сделала шаг назад. Стерлинг отпустил ее с вежливым поклоном:
- Вы думаете, я запугиваю вас?
Или вот ещё:
- Кто станет меня обвинять? - он перехватил ее ладонь, поднес к губам. - У вас удивительно красивые пальцы, любой мужчина пожелал бы сейчас быть на моем месте.
- Не делайте так, у меня слабый желудок.
Атрес все еще оставался у выхода на площадку, рядом с механическими птицами. Он о чем-то говорил с Ричардом. С такого расстояния фраз было не разобрать, и Кейн жалела, что не могла читать по губам. Почему-то ей казалось, что речь шла о чем-то важном.
- Анна, вы намекаете, что вас тошнит от меня? - Стерлинг отпустил ее руку и сделал шаг назад. Впрочем, он стоял достаточно близко, чтобы перехватить Кейн снова.
- Мне говорили, что намеки у меня отлично получаются, - ответила она.
Бессовестно врали, скажу я вам. Намёки кошмарные в своей прямоте и грубости.
Мир книги и атмосфера.
Не сказала бы, что мир очень уж хорошо проработан, но он интересный.
К сожалению, отрицательное впечатление всё же оказалось сильнее: по итогу я просто не понимаю, как этот мир работает. Выйди за пределы сцены, описывающей какую-то деталь мироустройства - и просто не сможешь рассказать, как разные фрагменты согласуются друг с другом. Что это за схемы и архетипы, как они работают, как используются, как вообще появились - вопросов без ответа уйма.
Непосредственно описания работы архетипов эффектные и пафосные, но очень обтекаемые. Они не дают чёткого представления что это такое:
На втором уровне, на изнанке Миража, если погрузиться в спирит целиком, глубже и глубже, не вниз, но внутрь, как бездна под волнами океана, лежал Нулевой Архетип - изначальный спирит, каким он был до того, как разделился на разные начала. Просто спирит - энергия, душа, извечная песня и все то неназываемое, для чего у человечества не было слов.
Вытащить его наружу, сквозь толщу Мираж, было трудно, тяжело и одновременно с тем давало ни с чем несравнимое ощущение... завершенности. Словно что-то в мире со щелчком становилось на место.
Указания на непознаваемость спирита проскакивают в тексте неоднократно, что на меня производит впечатление чего-то, что автор не хотела продумывать:
- Спирит - это архетип, который проявляется в нашем мире, Дамин. Отражение огромной, за пределами человеческого понимания силы. Мастресса или медиатор не владеют им - просто служат для него дверью и направляют его своей волей в рисунок схемы. Используют природу спирита, а не пытаются ее изменить.
Какие-то пояснения лора всё-таки есть, но их недостаточно для целостной картины. Имеем следующее: мы знаем что люди живут на воздушных платформах. Знаем, что Анна - преподаватель в Академии, она учит управляться с архетипами. Знаем, что местных полицейских называют жандармами. Иииииии… это всё. Часть мира, в которой живут люди, ни о чём - куда красочнее прописано то, как выглядит поверхность Земли после произошедшей годы назад катастрофы (гнетущая атмосфера и всевозможные аномалии по типу «Пикника на обочине» братьев Стругацких прилагаются), но даже здесь много слепых пятен.
Персонажи.
Анна Кейн. Главная героиня. Мадам с очень вариативным характером. Сложить все части пазла и понять, что к чему не так-то просто, потому что мнение персонажей о ней не сходится с тем, что видит читатель в тексте - но об этом позже.
Алан Атрес. Первое и главное: очень раздражает его рожа кирпичом. Это не сдержанный персонаж, а напрочь безэмоциональный. Хотя с эмоциональностью в романе вообще проблемы: и у самих персонажей какой-то чувственный дефицит, и сцены почти никогда не ориентированы на глубокие впечатления.
Ассоциация, которая у меня неожиданно возникла в отношение Алана - Макс из старого мультфильма «Кошки не танцуют». Это такой герой с абсолютным нулём эмоций. Просто чистейшее идеальное Zéro. И Макс, кончено, классный - мне в детстве очень нравился, но давайте не забывать, что он персонаж детского мультика, имеющий намеренно гипертрофированные и оттого комичный черты. Что-то мне подсказывает, что не такого эффекта восприятия Алана автор добивалась.
За всю книгу нашлось всего две сцены, в которых Алан показался мне живым человеком, а не предметом мебели. И от этого стало как-то грустно: автор как будто умеет прописывать персонажей, придавать им объём и делать интересными, но почему-то постоянно спускает это дело на тормозах. Просто бросает читателю, как кость собаке, пару занимательных деталей из жизни своих героев, но не формирует целостный облик персонажей.
Джеймс Стерлинг. К сожалению, злодейский злодей. У меня были на него надежды как на адекватного антагониста, но время шло, листались страницы, а всё, что я узнавала о Джеймсе по-прежнему укладывалось в одно предложение: он хочет купить воздушную платформу, которая из-за воспоминаний дорога Анне, и готов пойти ради этого на убийство. На кой ему сдалась эта платформа - надейся и верь, читатель, что когда-нибудь это расскажут (спойлер: не расскажут).
В какой-то момент я осознала, что состоятельный и влиятельный Джеймс все тёмные дела делает своими руками: самостоятельно мотается в трущобы, чтобы нанять там убийцу, лично везёт убийцу к нужной локации. И это как-то малость… нелепо? Нежели нет никого, кому можно это поручить? Хотя бы второе. Так-то по справедливости наёмник должен бы сам со своими передвижениями в пространстве разбираться, без участия работодателя, но имеем, что имеем.
Вообще мне очень не хватило информации о том, кто Джеймс вообще такой. Вполне может статься, что я преувеличила значимость и влиятельность этого героя, ведь о нём ничего не известно.
Погоня Джеймса за героями чем-то напомнила мне, как Доктор Эггман гонялся за Соником и всякие злодейские команды вроде Команды R из «Покемонов» или Трикс из «Винкс». Как говорится, same energy. Из-за этого мне не удавалось воспринимать этого героя серьёзно.
Эрика Хаузер. Вся личность Эрики строится вокруг ненависти к Анне, и это раздражает похлеще каменомордого Алана. Эрика буквально не способна появиться в кадре без предъявления своего списка претензий к Анне.
- Прекрасно сказано, мастресса Анна, в духе вашего обычного многозначительного дерьма. Я и сама - живая иллюстрация ваших слов. Я чередую вдохи с выдохами, без цели и оправданий, и живу.
Она просто достала. Серьёзно. В первой жизненной трагедии Эрики никто не был виноват, и обвинять Анну, что та из кожи вон не лезла, чтобы ей, абсолютно чужой для Анны девушке, помочь (с риском для собственной и чужих жизней) - то ещё дно. Я уж не говорю про то, что Анна её даже прикрыла: местные законы предписывали обратиться к властям, но она этого не сделала. Во второй личной трагедии Эрика виновата сама. Но всю книгу она будет возбухать со своим «ох, Анна, вы так виноваты передо мной». И да, ненависть может быть нерациональной и несправедливой, но можно хотя бы не пихать её в лицо читателю при каждом появлении Эрики?
Впрочем, достаточно очевидно, что автор придерживается отличного от моего мнения относительно виновности Анны:
Эрика могла сколько угодно злиться, имела на это право. И Кейн действительно во многом была перед ней виновата (…).
Не опять, а снова: я не согласна. Она не виновата перед Эрикой и ничего ей не должна. Самообвинения Анны - это проявление какого-то до крайности нездорового альтруизма.
Дейн Атрес. Про него даже сказать нечего, он просто есть.
Джек Лангер. Описательность Джека недалеко ушла от Дейна, так что ограничусь тем, что Джек есть и его в тексте больше, чем всё того же Дейна.
Реннар. Шаблонный персонаж, который, по идее, должен быть неоднозначным.
Характеристики, которые одни персонажи получали от других, порой вводили меня в ступор. Особенно, это характерно для сцен, в которых речь шла о главной героине: я далеко не всегда понимала, на основании чего герои наделяют Анну той или иной чертой.
Вот, например, персонаж называет Анну вертихвосткой. И, простите, с какой стати? Читателю показали серьёзную, способную быть резкой и грубой, не склонную к кокетству женщину. В ней нет ничего от вертихвостки - так всё-таки называют легкомысленных дам.
Или сцена, в которой сама Анна спрашивает «Вы думаете, я лицемерка?». Во-первых, в образовательных целях даю определение «лицемерия»:
Лицемерие - моральное качество, состоящее в том, что заведомо неправильных поступкам (совершённым ради эгоистических интересов, по низменным мотивам и во имя антигуманных целей) приписывается псевдоморальный смысл, возвышенные мотивы и человеколюбивые цели.
Во-вторых, всё мимо. Ни о морали речи не шло, ни о прикрытии каких-то «заведомо неправильных поступков» высшей целью. Даже непосредственно неправильных с моральной точки зрения поступков не было. Анна в вышеупомянутой сцене рассказала историю из своей жизни, не давая ей никаких оценок и не распространяясь о причинах принятых решений и своих чувствах. Просто сухие факты. На самом деле, сцена легко загоняется в нужные автору рамки «лицемерия», если прописать истинные и ложные мотивы, которыми Анна руководствовалась. Но - всегда есть это «но» - повторюсь, автор этого не делает. Поэтому я и осталось в недоумении, о каком лицемерии идёт речь. Его там попросту нет.
Позже Анна всё-таки расскажет о причинах своего поступка (только о настоящих причинах, ложных не существует), но до этого момента нужно ещё дочитать - он не так уж и близок. Есть какое-то ощущение запаздывания «обоснуя».
Далее по тексту Анна получит новую характеристику - её назовут идеалисткой. И снова один в один та же проблема: идеализм Анны ни в чём не проявляется. И даже более того, основываясь на финале главы, предшествующей «приобретению» Анной этой черты характера, я бы назвала героиню скорее циничной или, как минимум, практичной. Нет в ней идеализма, однозначно нет.
В общем, то ли автор не смогла прописать Анну такой, какой хотела её видеть, из-за чего описания, полученные героиней от других персонажей, не всегда совпадают с тем, что реально есть в тексте, то ли не особо разобралась, что, собственно, означают такие слова, как «вертихвостка», «лицемерие» и прочие (но во второе я не особо верю).
В аналогичном недоумении меня порой оставляли подводки к той или иной информации/цели. Всё та же сцена: Анна рассказывает историю из своей жизни. Начинается она так:
- Тогда это бессмысленно вдвойне. Вы не виноваты в том, что произошло со мной.
Его голос, взвешенный, спокойный немного напоминал Кейн голос судьи.
- С вами - нет, - согласилась она и только тогда посмотрела Атресу в глаза. Действительно, как два дула. - Хотите, я исповедаюсь вам, Алан?
- Нет.
- Можете считать меня взбалмошной, но я все равно это сделаю.
Далее идёт та самая история, в которой нет никакой вины Анны, и которая в конце оказывается не исповедью, а длинной подводкой к тому, как они могут быстро получить то, что им нужно. В рассказе главной героини нет чувств с её стороны, отчего «исповедь» по факту не состоялось - это очень безэмоциональный рассказ, призванный дать героям то, что им нужно и не более того. Анна не раскрывается через этот эпизод, хотя могла бы. Скорее всего, из-за этого я и словила своего рода диссонанс: я ждала некого откровения, переживаний главной героини - а получила «нужно сделать действие А, чтобы получить результат Б».
Впрочем, и здесь есть «запаздывание обоснуя» (а точнее запаздывание реакции на события): то, что сначала преподносится читателю как не трогающие героиню факты, позже оказывается для неё болезненным воспоминанием, сопровождаемом сожалениями.
Мотивация персонажей. Я не могу сказать, что мотивации нет совсем, но она поверхностная. Причины поступков обозначены схематично, без погружения - они проходят по касательной к основной истории, из-за чего побуждения к действию всех и каждого персонажей рано или поздно начинают размываться, и в них просто перестаёшь верить.
События книги сложно назвать масштабными, но ставки действительно очень высоки - в такой ситуации не будешь рисковать просто потому что можешь. На этом фоне мотивация наших героев оказывается жутко слабой, она выглядит как отмашка, чтобы читатели не бузили, что «герои картонные, у них нет мотивации», а уже упомянутая ранее нехватка эмоциональности персонажей, как оказалось, очень лихо убивает даже имеющиеся мотивы на корню - сложно почувствовать ценность чего бы то ни было для героя, когда он ко всему столь равнодушен.
Любовная линия ожидаемо, взялась с потолка, ведь персонажи не прописаны.
Сюжет развивается, однозначно не стоит на месте, у него даже есть некая внутренняя логика - но герои при этом совершенно не рефлексируют и слишком равнодушно воспринимают происходящее (да-да, не опять, а снова я тыкаю в безэмоциональность героев), из-за чего возникает ощущение какой-то постановочности. События ради событий, как будто не до конца мотивированные и не слишком-то нужные. Нет погружения в мир, нет развития персонажей, зато есть сцены с эффектными пиф-паф и взрывами.
Ну что можно сказать непосредственно о сюжете? В двух словах: из-за произошедшей в прошлом катастрофы люди живут на воздушных платформах. Алан нанимает Анну, вместе им предстоит спуститься на поверхность Земли. С собой они берут Дейна (как члена экипажа) и якобы сумасшедшую Эрику, потому что так надо (не спойлерим). Стерлинг почему-то очень хочет заполучить воздушную платформу, которую Анна не хочет ему отдавать, и решает убить Анну и Ко. Для этого он связывается с мародёрами, а у тех откуда-то берутся свои пафосные и не имеющие отношения к деньгам мотивы.
Всё описанное выше мы проскакиваем по верхам. Относительно объёма книги места сие занимает немало, но даже моменты из самого начала истории не получают своего развития - одно событие сменяется другим и не более того. Примерно к середине романа сюжет превращается в не особо вкусную кашу. В происходящем не путаешься, но история неконтролируемо обрастает картонными декорациями, промокашечными героями, искусственными мотивами и чувствами, выраженными парой слов. Происходящее то и дело сопровождается уже упомянутыми взрывами и пиф-пафами, в которых читателю показывают работу архетипов, словно больше ни для чего они не годятся. И вот серьёзно: что такое архетипы? Для чего они существуют? Как работают? Я не понимаю этого даже после полного прочтения романа. Создаётся впечатление, что архетипы и схемы были придуманы автором строго для событий книги и не могут существовать вне этого сюжета.
На малом отрезке текста всё это смотрится даже довольно неплохо, но при имеющемся объёме романа оставляет постоянное ощущение непроработанности сцен и персонажей. Порой я всё-таки уходила в отрицание и пыталась доказать себе, что герои хоть как-то развиваются и наращивают характер и мотивацию, вырастающие из их прошлого - но вскоре с сожалением понимала, что это слишком искусственно, постановочно. Словно автор сначала придумывала повороты сюжета, и только потом нечто, что их оправдает. В общем, действия героев не являются следствием их характеров - именно действия здесь первостепенны, с них всё начинается. Особенно это бросается в глаза на сценах с Анной. Наша главная героиня - размытое пятно. У неё нет характера. Она действует исходя из того, что она главная героиня. Ей по статусу положено совершать именно такие поступки, а не другие.
Прошлое всех и каждого героев в лучшем случае выглядит как обрубок. В худшем - его нет вообще. С прошлым мира аналогичная проблема: четыре поколения назад случилась Первая Катастрофа, из-за которой людям пришлось переселиться на воздушные платформы. Это важнейшее событие, на нём завязана вся история, герои о нём знают и помнят, с его последствиями им предстоит разбираться. Но что такое эта «Первая Катастрофа»? Помимо того, что она произошла из-за архетипов неизвестно ни-че-го.
Возможно, кто-то отметил противоречие в этой рецензии: ранее я писала, что наземный город прописан красочно, а чуть выше - что декорации картонные. Объясняется это просто: по ходу повествования я очень часто забывала, что герои в городе - настоящем городе с дорогами, зданиями и тому подобным. В моём воображении они то и дело начинали перемещаться по какой-то заброшенной пустоши. Атмосфера этих перемещений гнетущая и какая-то безнадёжная, она легко затягивает, но, когда ты читаешь, что герои оказались у здания суда и одёргиваешь себя, что представляешь обстановку неправильно, это наводит на мысль, что мир, может, и атмосферный, но так ли хорошо и объёмно он прописан?
Под самый конец романа я зачем-то полезла на сайт Читай-города, посмотреть, что там о книге пишут, и благодаря «3 причинам купить эту книгу» вдруг поняла, что мир завязан не на технологиях, а на магии… Может, сейчас читатели рецензии придут к выводу, что я просто ужасно невнимательно читала, раз не заметила слона в комнате, но я и это тоже списываю на авторскую недоработку. Архетипы, схемы, спирит-двигатели, Академия, в которую может поступить любой желающий, а не исключительно одарённые магией, воздушные платформы, поддерживаемые двигателями, а не силой мысли, так называемая «точка смещения», персонаж с прозвищем Механик, проектирующий схемы - от мира веет научностью.
Так-то в аннотации написано, что Анна - магичка, что как бы намекает, но я читала аннотацию достаточно давно, чтобы об этом забыть (ознакомилась с ней заново после прочтения романа). В тексте же героиню ни разу так не называют.
В общем, при всех этих обтекаемых описаниях работы архетипов я упорно видела продвинутые технологии, а не магию.
- (…) Пятнадцать лет назад под Грандвейв затонула исследовательская платформа «Белая Мария».
Кейн помедлила, но все же взяла протянутые бумаги. Их было совсем немного, всего несколько листов: записка, чертеж спирит-схемы и строительный план каких-то помещений, предположительно на «Марии».
Кейн слышала о той аварии - во время обучения в Университете ее приводили в пример внезапной нестабильности спирита при резонансе с малоизученными схемами.
Второй интересный факт, вычитанный на сайте Читай-города заключается в том, что Ольга Куран, автор романа, является также сценаристом комикса «Серая гончая» от Bubble Comics. И это многое объяснило: мне и раньше казалось, что в книге сделана ставка на визуал. Будь это фильм, он был бы очень зрелищным. В виде комикса происходящее тоже легко представляется. Но «Нулевой архетип» - это роман, и для романа здесь в куда большей степени не хватает принципов работы мира, чем его внешнего вида, и глубины персонажей. У сценаристов и художников своя специфика работы, свои средства выразительности - они отличаются от методов, которые используют писатели.
Завершает книгу своего рода глава-спецвыпуск или повесть с теми же героями длительностью примерно в две обычные главы. Поначалу она показалась мне попросту лишней, но, по крайней мере, я могла надеяться, что через эту главу автор приоткроет завесу жизни верхнего города. Однако верхний город очень быстро закончился, не приобретя ничего нового (разве что парочку маленьких «гаек»), и читателю вновь предложили наблюдать за поверхностью погибшей планеты.
Итог. «Нулевой архетип» - очень поверхностное произведение. Временами даже увлекательное, с интересными набросками мира, по большей части стилистически неплохо написанное, хотя многие диалоги сильно такое себе. И в то же время увлекательность зачастую держится на вызываемых архетипами спецэффектах, бессмысленных и беспощадных, не имеющих толкового объяснения принципа работы. Мир существует только в моменте: его детали разрозненные и не всегда согласованные. Герои функциональные и неживые. Выкинь их за пределы исполняемой роли - и от них ничего не останется, как и от мира при выходе за пределы описываемой сцены.
У книги был отличный потенциал, но он потонул в неполноценном мире и пустых персонажах. По итогу ощущения как от фанфика или мерча по известной франшизе. На последней главе на меня снизошло сравнение романа с форматом спин-оффов (что, в общем-то, не очень далеко от фанфиков и мерча). Вся эта книга как будто не является основной историей. Основная где-там, за кадром происходящего в «Нулевом архетипе» - а это просто дополнение, оно в лучшем случае расширяет мир, но не формирует его. В общем, приключение в книге есть, а лора и развития характеров нет, словно предполагается, что читатель уже знает и мир, и героев.