Она сделала драматическую паузу и взглянула на Пушка.
– Да, Пушок, именно так! За последнюю неделю нас лечили все, кто только мог! И знаешь, что самое смешное? Каждый считал своим долгом принести фрукты. Апельсины, если быть точным. У нас дома сейчас столько апельсинов, что я всерьез опасаюсь превратиться в Чебурашку!
Кира показала камере несколько апельсинов, лежавших на прикроватной тумбочке.
– Но обо всем по порядку. Как вы помните, на прошлой неделе я слегла с простудой. Ничего серьезного – просто ангина, кашель и температура тридцать семь и три. Но вы бы видели, в какую панику впал Горе! Он носился вокруг меня, как курица без головы, каждые полчаса измерял температуру и звонил в поликлинику с криками: «Моя дочь умирает! Что делать?!»
Пушок перестал есть морковку и внимательно посмотрел на Киру.
– Я серьезно, Пушок! Он даже купил три разных термометра, потому что не доверял показаниям первого. Оказалось, что быть родителем больного ребенка для Горя страшнее, чем писать сценарий в сжатые сроки.
Кира откинулась на подушки, устраиваясь поудобнее.
– И тут началось! В понедельник приехала Ванесса и привезла своего доктора, я с ней уже встречалась, старая знакомая бабули, которая работает врачом, Варвара Дмитриевна. Это именно та самая женщина, которая может одним взглядом поставить диагноз и заставить выпить микстуру даже самого упрямого пациента.