Пролог

07.12.2023 – четверг около 14 часов дня. Куин-сити.

– Папочка! Я люблю тебя.

Джек замер. Он повернулся к Чарли. Посмотрел на него. Такое чудо – 8 лет, милый, совсем маленький мальчишка.

– Я тоже люблю тебя. Я быстро, сынок.

Джек приоткрыл водительскую дверь, чтобы выйти. Но его вновь позвал Чарли:

– Пап. А когда человек умирает, все заканчивается?

Джек застыл. Он снова повернулся к сыну. Еще раз пристально посмотрел на него. Глянул в детские, совсем наивные и светлые глаза, оценил, как голова крепится на этой худенькой шейке к еще совсем узким плечикам. Откуда такие мысли?

– Почему ты спрашиваешь?

– Просто. Пап. Мы всегда будем вместе?

Джек немного растерялся.

– Я хочу, чтобы мы всегда любили друг друга, и нам никто не мешал, – сказал Чарли.

– Конечно, сынок. Мы всегда будем вместе. Нам никто не мешает. Я тебя очень люблю, малыш.

Джек обнял сына. Прижал его к себе. Немного погладил спинку, ощущая хрупкие косточки под тонкой осенней курткой.

– Я быстро, – сказал он. Открыл дверь и вышел из своего старенького шевроле.

– Все умрут, пап. Кроме нас. Никто нам не помешает, – сказал Чарли. Но его уже не было слышно. Джек вошел в аптеку. Саманта простыла. Он обещал купить лекарства.

08 декабря 2023 пятница. Около 13 часов дня.

– Урок закончен, – сказал Джек перед строем учеников.

– До свидания! – хором ответили дети и рассыпались по спортивному залу в сторону раздевалок.

Джек направился к своему кабинету. Сегодня был 7 класс. 13 летние мальчики и девочки. Он любил тренировать их физически. Но еще больше он любил, когда после урока у него остается время на хобби.

Джек поспешил в учительский кабинет. Закрыл дверь. Запер ее изнутри, оставив ключ в замке, чтобы никто не побеспокоил его. В кабинете было немного спортивного оборудования, оно стояло слева от входа. А справа были стол и громоздкий коричневый шкаф. У дальней стены в углу напротив входа, чуть правее, стояла парта. Джек залез на парту. Приподнялся на носки – все было чисто. В вентиляционную решетку он видел женскую раздевалку. В свое время, когда он стал учителем физкультуры, он специально согласовал с директором замену местами мужской и женской раздевалок. Чтобы от девочек его отделяла лишь тонка стенка. Он спустился. Взял стул. Поставил его на парту. Снова залез, теперь уже на стул. Так было немного выше, чем надо, но зато он точно мог видеть все, слегка присев.

Джек расстегнул брюки. Спустил штаны и погладил свой прибор. Он наблюдал, как девочки полуголые в трусиках и без лифчиков болтают друг с другом, натягивая кофточки. Они не спешат, это последний урок. Кто-то обернулся в его сторону, и Джек разглядел сисечки – юные, но уже упругие и налитые, как дыньки. Он никогда не касался учеников. Никогда не причинял им неудобств, лишь подсматривал. Мирно подергивая свой член. Когда член вставал, Джек одевал презерватив из тончайшего латекса. Он смотрел, дергал член и фантазировал, но никогда никому не вредил этим. Об этом хобби никто даже не знал. И никогда не узнает. Оно совсем безобидное. Но очень ему помогает. Саманте уже не нужен такой частый секс, как десять лет назад. А Джек ее любит. Не хочет принуждать к чему-то или изменять. Порно перестало радовать, да и разочарований от него больше, чем удовольствия, когда по два-три часа приходится надрачивать, а кончить не удается, все болит – тело, член, кожа на члене. Поэтому такое решение назрело само собой. Он случайно увидел, как девочки переодевались еще в старой раздевалке, он проходил мимо и заглянул в щелку в двери. Он посмотрел совсем не долго, но возбуждение потом было очень сильным. Тогда он в первый раз заперся в кабинете и подрочил, ему стало так легко, когда он кончил на какую-то бумагу с печатями. После он попробовал повторить, снова возбудился, от одного вида этих юных созданий, ему опять было хорошо, он быстро и много кончил. И все в его жизни, казалось, начало налаживаться. Отношения в семье. Настроение и общение с коллегами. Он перестал быть агрессивным. И пить он стал меньше, когда все получалось.

В этот раз тоже все получилось. Он слез. Стянул презерватив. Вытерся влажными салфетками. Обернул все в пакетик и сложил в сумку, чтобы не выкидывать в школе, он всегда вывозил это на помойку в городе.

Джек был доволен. Но впереди его ждала неделя без хобби. И это пугало. Так долго он не хотел воздерживаться. А чуть позже намечаются еще и каникулы, там тоже придется лишать себя удовольствия.

Интересно, как Саманата решает эту проблему? Наверное, никак, у нее такой проблемы нет. Ей всего хватает – раз в пару недель для нее нормально.

Но Джека это не сильно парило. Главное, он решал свою часть проблемы, иногда спал с женой, когда она хотела, и не изменял ей. А вреда от его хобби никому не было.

08 декабря 2023 пятница. Около 15 часов дня.

Отдел полиции в Куин-сити был совсем небольшим двухэтажным зданием с подвалом в южной части города. Джек редко заезжал к брату на работу. Но периодически они виделись и в участке.

– Как дела, Джек? Слышал, Саманта заболела? – спросил Стэнли. Он уже нес два кофе – себе и брату. Он знал, что любит Джек. Черный крепкий американо с сахаром.

– Да. Простыла. Я вчера купил лекарства. Сегодня она дома с мальчиками. У Чарли сопли. У Николаса кашель. В общем, все мы сляжем на недельку. У тебя хорошая агентура, раз ты все знаешь, – Джек улыбнулся.

– Мистер Андерсон в аптеке рассказал. Но ты-то пока в порядке? Работал сегодня? – Стэн поставил кофе на стол. Сам присел в кресло перед компьютером.

– Да. Отработал до обеда. Наверное, со следующей недели в школе введут карантин. Морозы обещают до тридцати.

– Нам сообщили. Метели и мороз. В городе мало кто будет работать неделю или больше. Без твоей физкультуры школьники обрастут жиром.

Джек отпил кофе. Его моментально взбодрило. Только брат умел сделать так как надо. Даже Саманта не заваривала настолько идеально, как он любил. Повисла небольшая пауза. Затем Джек спросил:

– Ты хотел о чем-то поговорить?

– Да, – Стэнли выдохнул. Отхлебнул еще немного латте. Потер свой гладкий подбородок, погладил усы. Он думал, с чего начать.

Джек чувствовал неловкость момента. Дал брату время собраться с мыслями. Его немного настораживала эта ситуация. Что там накопал на него родной братец и о чем так усердно пытается ему намекнуть? Джек знал, что это не может касаться его. Если только брат узнал про его хобби…

– Джек, как мальчики? Они ладят? – вопрос вернул его в реальность.

– Да. Ты же бываешь у нас дома. Оба всегда ждут тебя. И сам видишь, что у нас все хорошо. Что случилось, Стэн?

– Нет, Джек ничего не случилось. Я просто кое-что расскажу тебе. Но ничего страшного. Ты не волнуйся.

– Стэн, ты меня пугаешь! Пугаешь еще больше, тем что успокаиваешь. Говори уже.

– Чарли уже полтора года живет у вас. Он стал вам как родной?

– Я не понимаю. Что ты хочешь услышать?

– Расскажи мне как он себя ведет? По отношению к брату? К вам, когда нет посторонних? Как Саманта себя с ним чувствует?

– У нас все хорошо. И мы стараемся забыть тот факт, что Чарли приемный.

– А он, не вспоминает своих родителей?

– Нет. Стэн. Ты скажешь мне, что случилось?

Стэнли сделал еще один глубокий вдох. Снова повисла пауза. Затем он собрался с мыслями и начал:

– Недавно в Карстон-бэй произошла серия убийств.

– Да. Я слышал. Все слышали – Хирург…

– Да. Полгода прошло. Но он тут не при чем. Мы брали анализы ДНК у потенциальных подозреваемых. Тогда всем подразделениям дали указания на розыск возможных преступников.

Стэнли отпил кофе. Немного помолчал.

– И один из освободившихся недавно заключенных по тесту ДНК оказался отцом Чарли.

– Это невозможно! – Джек замотал головой. Он встал со стула, потер лоб. Прошелся немного по кабинету и сел назад, – В личном деле указана только мать, отец записан как погибший. Матери тоже нет в живых. После той аварии.

– Джек. Результаты анализов совпадают на 95%. Базу не присылали несколько месяцев. Сейчас дело в суде и всем отделам разослали ответы на их запросы. В нашем списке было одно совпадение. И это совпадение Сивера О`Конели. Это отец Чарли Хантера.

Стэн протянул бумагу. Джек глянул на листок. Там было фото преступника. Обычный мужчина лет 30. Лысый с табличкой в руках. Очки придавали ему вид интеллигента. Щеки впалые, худой. Ростом 1,8 м.

– За что он сидел?

– Наркотики. Он освободился на прошлой неделе. Отбыл 9 лет. Вряд ли он исправится. Вряд ли будет искать Чарли. Он даже не знает, где его сын, и что с ним. Но ты должен знать это.

Джек молча кивал. Он все еще всматривался в фотографию и подпись на листке. Затем он вернул фото брату.

– Джек. Здесь самое главное, понять, что генетика у мальчишки так себе – и наследственность в чем-то да проявится, как бы ты ни воспитывал его.

– Стэн, когда мы брали его в детском доме, мы прекрасно понимали, что там дети не лучших родителей.

– Да. Но ты знаешь кое-что о его матери. Знаешь, что-то о его отце. Теперь тебе легче оградить мальчика от дурной тяги, которая может возникнуть в будущем.

– Да в Куин-сити и наркоты-то нет. Тут же все друг о друге всё знают.

– Да. Но он может уехать учиться. В тот же Лестер-поинт или в Карстон-бэй. А там люди Скорпиона и никто не может выгнать их с улицы. Просто тебе надо взять это на заметку.

– Где живет это Сивер?

– Сейчас в Карстон-бэй. За пять сотен километров от вас. Он там и жил. В Ист-Холле. В ближайшее время его будут проверять и часто навещать сотрудники. Если он хоть раз оступится, его тут же «закроют». Так что он вам точно не может угрожать.

– Хорошо, Стэн. Я пойду. Саманта, наверное, заждалась.

– Передавай им привет от дядюшки. Скажи, что я на выходных обязательно заеду.

Джек направился к выходу. Поправил пиджак, взял куртку с вешалки около двери.

– Если хочешь на больничный, то мы тебе всегда рады, – сказал Джек.

– Ты просидел тут полчаса, уж если и мог заразить, то сделал это. Так что привезу пацанам по машинке.

– В субботу – завтра в четыре. Заезжай на ужин.

– Ок. И не забудь, про перемёты на той неделе. Закупись всем необходимым, неделю, посидите дома всей семьей, – напомнил Стэн.

Джек захлопнул дверь и вышел из участка.

Николас и Чарли играли в железную дорогу. На поезд нападали бандиты. А защищал его ковбой Кэдди. Джеку полегчало, когда он увидел в гостиной двоих своих сыновей. Он как мог, старался не разделять их на своего и чужого. Первым к нему подбежал Чарли. Он всегда старался обогнать брата, когда отец возвращался.

– Папа, – он развел объятия и прильнул к Джеку.

– Папа, – следом подбежал Николас, – ты купил что-то к чаю?

– Да, – Джек обнял сыновей, отставив пакет с тортом, – Мы будем пить чай. А завтра к нам в гости придет дядя Стэнли.

– Ура!

– Ура!

К нему подошла Саманта – бледная, худая, немного ниже Джека ростом, казалось она весит не больше пятидесяти кило. Под глазами мешки. Она очень плохо спала. Жар дал о себе знать. Джек обнял ее. Несмотря ни на что, он любил свою жену.

– Не самое лучшее время звать в гости брата, – сказала она.

– Я тоже ему так сказал. Но он ответил, что если уж и заразится, то лучше от нас, чем от преступников, которых ловит.

– А он кого-то ловит? – она ухмыльнулась, – в Куин-сити еще есть преступность?

Джек разулся и взял торт. Они пошли на кухню. Большой круглый стол вмещал до шести человек. Но сейчас их всего четверо. Да и редко, когда бывает больше. Дети сели друг напротив друга. Так Джек приучил их, чтобы не баловались. Саманта уже наливала чай. А он порезал торт приготовленными приборами.

– На следующей неделе будет сильная метель. И морозы. Школа не будет работать, – сказал Джек.

– Ты будешь дома, пап? – спросил Чарли.

– Да. Сынок, мы все будем дома. Целыми днями будем играть в игры.

– Надо закупиться, – предложила Саманта.

– У нас немного денег, но нам хватит. Завтра я съезжу в супермаркет. Прикуплю все необходимое. Надо подумать и сделать список.

– Я напишу тебе, что нужно, – сказала Саманта.

Джек встал и отошел к холодильнику. Проверил – в дверке стояла его вторая слабость. Первой все же он признавал свое безобидное хобби, о котором никто не должен знать. Он быстро налил себе стопку скотча. Выпил там же залпом. И налил еще одну. С ней он сел на свое место. Ему немного полегчало. Тепло от скотча пробежало по всему телу и стало спокойнее, проще.

Они рядом. Никто нам не помешает. Но надо бы позаботиться, чтобы все было хорошо.

– Замерз? – спросила Саманта, намекая на выпитое.

– Да. Минус двадцать. Непривычно…

Джек отпил еще немного. Поел тортик и приступил к чаю. Его тревожило, все же тревожило то, что ему сказал брат. Но он не мог ничего поделать с этим. Или мог? Мог не беспокоиться и продолжить жить как раньше своей жизнью: любить детей, супругу, работать в школе. Но не беспокоиться не получалось. Он допил остаток скотча в стопке. Дети пошли играть. Саманта легла в своей спальной наверху, а Джек помыл посуду и сел в гостиной перед телевизором.