В приёмной увидел сидевшего за столиком молодого человека, совершенно не похожего на советского служащего. На фоне потёртых френчей и галифе он выделялся своим видом и казался заблудившимся и попавшим в издательство ВЦИК петербургским лицеистом или гвардейским офицером. Чёрные лакированные ботинки, розовый лак на отточенных ухоженных ногтях, пробор - тоже гвардейский, и улыбка светского молодого человека.
Вот каким был он в лучшие свои годы - первый денди Страны Советов.
К сожалению, таких подробностей дендизма в книге было не настолько много, как ожидаешь от названия. И первые впечатления от книги были сомнительны. Складывалось впечатление, что автор использует имя Мариенгофа как повод рассказать о событиях начала 20 века. Активный литератор и тусовщик тех лет, Анатоль во многих из них принимал участие. Насколько активное - другой вопрос. Порой казалось, что Мариенгоф шёл мимо клуба, в котором проходило такое-то творческое или не очень мероприятие, и начинается рассказ Демидова об этом мероприятии на несколько страниц текста с подробным описанием его участников, их званий, регалий и творческого пути. А где же Мариенгоф? А он прошёл мимо, упоминается лишь в скользь. Выглядело спекуляцией на имени.
Не то чтоб это совсем плохо. Если читателю интересно, чем жила творческая молодёжь тех лет - он получит удовольствие от такого охвата событий и личностей, узнает много новых имён, разберётся в многообразии литературных течений, стилей и образов. Огромное количество поэтических направлений, обществ, кружков... Голова крУгом. А главное - как современному человеку разобраться в этом? Автор помогает выделить особенности стихосложения в имажинизме. Хоть чуть проясняется картина, и это - несомненный плюс. Но тогда давайте и название книге дадим иное. Типа: "Мариенгоф. Портрет на фоне времени", как Анатолий Макаров - Александр Вертинский. Портрет на фоне времени , чтобы ожидания соответствовали содержанию. Потому что про денди здесь вообще говорится вскользь. Цитата выше - чуть ли не единственное его описание в таком ключе. Так я рассуждала всю первую половину этой большой книги.
Конечно, рассказать о Мариенгофе, не упоминая Есенина - это было бы просто невозможно. И я готовилась к тому, что Есенина будет в ней много. Тоже своего рода спекуляция на имени, чтобы на самом деле автору иметь возможность высказаться относительно обстоятельств жизни и смерти известного поэта. Очень многие творческие личности в его окружении воспринимаются людьми второго ряда, которые грелись в лучах славы Есенина. Мне искренне жаль, когда так отзываются и о Мариенгофе. Его творческая личность, поверьте, только этой дружбой не исчерпывается. Он совершенно точно заслуживает отдельной оценки, как писатель, поэт и драматург, имеющий собственный стиль и взгляд. К счастью, в этом смысле в книге обошлось без излишеств. Но к двум основным версиям смерти Есенина Олег Демидов добавляет третью: неудачный розыгрыш. Я так поняла, что ему эта версия кажется наиболее правдоподобной. Ведь имажинисты славились скандальными и эпатажными выходками. И если смотреть с этой точки зрения, то вроде бы тоже логично и возможно выглядит его вариант развития событий. Но к тому моменту друзья уже были не так близки, как раньше. По-настоящему они попрощались за три года до этого... Вот какие строки посвятил дорогому другу Мариенгоф (первоначальный вариант этого стихотворения):
спойлер
***
Какая тяжесть в черепе!
Олово и медь
Разлука наливала в головы
Тебе и мне.
О, эти головы!
О, чёрная и золотая!
В тот вечер
Ветреное небо
И надо мной и над тобой
Подобно ворону летало.
Надолго ли?
О, нет!
По мостовым
Как жёлтые степные кони
Дымясь холодной мыльной гривой
Проскачет полая вода.
Ещё быстрей и легкокрылей
Бегут по кручам дни.
Лишь самый лучший всадник
Ни разу не ослабит повода.
Но всё же страшно - всякое бывает!
Меняют друга на подругу
Случалось, что поэт
Из громкой стихотворной славы
Любимой женщине
Шил бальный туалет.
А вдруг по возвращеньи
Под низкой крышею ресниц
Не вспыхнут -
Пламенно не возгорят
Два голубые газовые фонаря.
О, эти головы! о, черная и золотая!
И в первую минуту
Лишь ты войдешь в наш дом
В руке рука захолодает
И оборвётся встречный поцелуй.
Так обрывает на гитаре
Хмельной цыган струну.
Здесь всё неведомо:
Такой уже народ,
Такая сторона.
свернуть
А вот вторая половина книги - она действительно посвящена Мариенгофу и его творчеству. И так заманчиво автор рассказывает о самых значительных его произведениях, об их сюжете и стиле, об их пути к читателям и зрителям, что мне нестерпимо хотелось сразу начать читать в параллель и эти пьесы, и эти небольшие романы. Одну пьесу я так и прочитала (благо, объем не большой) - "Вавилонский адвокат". И хотя это не мой любимый жанр, но прочитала с удовольствием. Ирония очень приятная в ней. Я уже читала его самые известные книги и собственно поэтому заинтересовалась автором настолько, чтобы читать о нём самом. Наметила для себя ещё "Заговор дураков", "Бритый человек", "Записки сорокалетнего мужчины". Начала мониторить библиотеки и маркетплейсы. Вы видели цену на собрание сочинений?! И это даже не прижизненное издание столетней давности! Но уж большущий сборник я потяну. Не смогла себе отказать, жду доставку. С удовольствием предвкушаю )
Анатолий Мариенгоф - Циники. Роман без вранья (сборник)
Удивительно, что любимый мною Гайто Газданов с осуждением относился к творчеству Мариенгофа и очень много нелицеприятных слов высказал в адрес поэта. Конечно, не он единственный критиковал, но мне в этом случае особенно обидно. Чувствую себя предательницей (кого из них?). Ведь мне оба нравятся и по-разному. Безусловно, они очень непохожи своим стилем и вообще атмосферой. А творческая жизнь Анатолия Борисовича не складывалась гладко. Остается удивляться, как ему хватало энтузиазма продолжать создавать свои пьесы и произведения, продолжать прилагать усилия, чтобы их довести до сцены и печати. Несмотря на все многочисленные запреты. Он не был настоящим красным писателем того времени. Но пытался соответствовать веяниям времени, в которое жил. Пытался дополнять интересные ему самому сюжет социалистическими ценностями. Срабатывало это далеко не всегда. Его проза глубока, а нужны поверхностные и легко считываемые образы, которые будут понятны усреднённому и не слишком интеллектуальному социалистическому большинству. Он писал на исторические сюжеты. Писал и о ВОВ, о её героях. Но критики и руководство всё время подозревало скрытый подтекст его поэм и пьес, а это проще запретить, чем вникать.
спойлер
Отрывок из поэмы "Земляк"
...Что жизнь?
Ах, это много, очень много!
Пусть не всегда
В цветах дорога,
Пусть не особенно длинна,
Но ведь она у нас одна,
Другую не дали на выбор.
Как хорошо, что я не рыба,
Не мышь, не мошка, не индюк,
Что у меня есть верный друг,
И мать, мерцающая взглядом,
И нежная пожруга рядом,
Сегодня - счастье,
Завтра - грусть,
Мечты,
Без завершенья пусть!
Пусть не сбываются надежды,
Пусть завтра я не тот, что прежде,
Пусть увяданье у окна,
Морщинки,
Лысинки - луна,
Пусть:
Всё!
И это "всё" зовётся - жизнь.
И эта жизнь у нас одна.
И ту единственную - положить!..
свернуть
На закате жизни поэт иронизировал про "памятник нерукотворный". Вот уж огромные крылья у этой строки Пушкина выросли. Своим памятником Мариенгоф считал Анатолий Мариенгоф - Мой век, моя молодость, мои друзья и подруги . Уже в преклонном возрасте он нашёл свои ранние сборники стихов, которые публиковались в период активного имажинизма и переделывал юношеские стихи на новый лад, выделяя в них пару самых ярких и удачных строк или выражений. Совсем как мы когда-то делали в Поэтической гостиной в игре "Запала в душу мне одна строка..." Надо же!
А вот чего мне не хватило в этой книге, так это самого Мариенгофа, как человека. Да, основные моменты биографии рассказаны. Для человека, который мало знал о его жизни, это уже что-то. Но у меня не сложилось цельного образа, законченного и понятного. Будто мне только приоткрыли дверь и дали немного понаблюдать в щёлку. О нём хорошо отзывались многие современники, близко его знавшие и дружившие с семьёй. Говорили, что он был очень доброжелателен и деликатен, всегда безупречен внешне. Но я так же сделала вывод из цитат его писем, стихов, что он мог быть в то же время довольно резок в высказываниях. Грубиян и матерщинник. Меня от этого коробит. Не люблю. Стал таким лишь после трагической смерти сына? Не думаю. Он был ревнив по отношению к горячо любимой им всю жизнь жене Анне Никритиной, но многие сцены их ссор автор вежливо оставил за кадром, лишь слегка намекнув на них. Они вели богемную жизнь с бесчисленными застольями в обществе друзей - водка, разговоры, скабрезные анекдоты... Даже в военные годы в эвакуации. Пусть не с тем размахом, но всё же. Демидов вообще очень аккуратен и дипломатичен в раскрытии образа поэта. Старался не подать в невыгодном свете своего героя. Респект за это отдельный, потому что современные авторы любят выставлять на свет божий всё грязное бельё и трясти им, приобретая себе сомнительную популярность.
Даже в советское время Мариенгоф много путешествовал по стране. Но заслуга в этом скорее жены, потому что она работала многие годы в БДТ и гастролировала с театром. Никритина +1 - так их заселяли на период гастролей. Да и в других отношениях финансовую стабильность обеспечивает скорее она. А драматург, которого чаще запрещали, чем ставили на сценах страны, не унывал. И писал, писал новые пьесы... Вот это значит быть писателем: когда НЕ писать просто не можешь. С надеждой на признание потомков и свой след в литературе.
***
В пути. Ещё в пути. Опять в пути.
Идти, идти, идти.
Что значит жить?
Быть может, это значит пережить?
И пережить уметь!
Найти и потерять. И потерять уметь.
С улыбкой о беде рассказывать,
Так величавей делаются вязы,
Когда сентябрь их одевает в медь.
Отдельно хочу сказать, что сама компоновка книги меня очень порадовала. Это исключительно удачно придумано - вставки после каждой главы: "Слухи, факты... " - очень в духе "Циников" (если вы читали - поймёте о чём я). И, конечно, фотографии. Я часто к ним обращалась и много раз пересматривала. И стихи - не только Мариенгофа, но и многих других авторов - для него и о нём. Хорошая книга.
