Читать книгу «Непойманный дождь» онлайн полностью📖 — Николая Зорина — MyBook.
image

Надежда Зорина, Николай Зорин
Непойманный дождь
Роман

Пролог

Телефон я отключил. Но они придумали новую штуку – звонить в дверь. Позвонят, позвонят и уйдут. Я понимаю, что уйдут, но от работы страшно отвлекает.

А впрочем, как знать? Может, однажды и не уйдут – с каждым днем они становятся все настойчивее.

Душно. Совершенно нечем дышать, но окно я держу закрытым. Мне все кажется, что кто-нибудь из особенно настойчивых визитеров спустится по веревке с крыши прямо ко мне в квартиру. Компьютер тяжело дышит, как больной в лихорадке. Я тоже дышу тяжело. Все время хочется пить. Разгоряченным лбом прислоняюсь к его холодному гладкому лбу, пытаюсь вобрать его мысли, впустить их в себя. Не получается. Мне не решить этой задачи! Да еще звонки… И страх, что они все же однажды ворвутся. И тот, другой страх.

Снова звонки. Ну что им неймется? Мне нужно успеть завершить… Ведь это просто моя работа: успеть найти решение – довершить.

Ушли, замолчали – ночь наступила. Ночью они оставляют меня в покое. Ночью приходит другой. Как только стемнеет, как только я включу свет – он появляется в моем незанавешенном окне. Заросший, небритый, с дикими глазами – он сумасшедший. Поначалу я боялся его, ведь не знаешь, что придет сумасшедшему в голову. Да… боялся. Но потом ничего, привык. Он тоже решает и не может найти решения, голова его подергивается в такт клавишам… Время от времени отрывается от своей многосложной работы, чтобы посмотреть, как продвигаются дела у меня. Он уверен, что первым найдет решение. Может, и найдет. Ведь его не отвлекают звонки, ему не нужно есть, пить… Есть мне тоже уже не нужно, но жажда мучает страшно. Меня все время мучает жажда! А вода… А до воды… Вода в холодильнике. А холодильник на кухне. А кухня… Нужно пройти через прихожую, чтобы попасть на кухню. Ну да, это мой главный страх и есть. Потому что в прихожей… Там, в прихожей… Он живет в зеркале! Злобная тварь! Красноглазый, свирепый, лохматый. Он никогда не спит. Он хочет, чтобы я умер от жажды. Иногда мне кажется, что в нем-то все дело, это из-за него моя задача не обретает решения.

Впрочем, дело не в нем. У этой задачи просто нет решения – я загнал себя в ловушку, невозможно постичь непостижимое, вывести закономерность из отсутствия всякой закономерности.

Возможно. Нужно начать все сначала. Принести с кухни как можно больше воды и начать все сначала. Проскользнуть мимо… И начать все сначала.

Мой компьютер взорвется. И голова моя взорвется. Нет решения у этой задачи. Призрак в окне, небритый и дикий, жадно поглощает воду из бутылки. Оказывается, и он мучается жаждой. Мы с ним пьем в унисон, работаем в унисон, стучим по клавишам в унисон. Кто из нас первым найдет решение? Он, безусловно, он. Жадно закуривает. Разве он забыл, что нельзя курить в комнате, где компьютер, тем более при закрытом наглухо окне? В моей руке тоже сигарета… Значит, и я забыл?

Нужно спешить – скоро настанет утро, и опять начнутся звонки. Нужно спешить – однажды они ворвутся. У соперника моего в окне такой человеческий взгляд, пусть сумасшедший…

Человеческий взгляд… Вот и решение! Вот он, правильный путь, который я так долго безуспешно искал! Сухие расчеты – конечно, ошибка, у этой программы должна быть душа. Человеческая душа. Душа мудрого сумасшедшего. Формула времени, формула жизни без человеческой личности – просто бессмысленные абстракции. Как математика без философии. Нужно начать все сначала.

Найдено! Есть! Решение выглядит как чистое безумие. Но, кажется, есть! Осталось проверить…

Снова звонки. Позвонят и уйдут. Призрак тает в окне, кончается ночь. Как же они мешают! Не сходится! Снова ошибка! Мне не решить, никогда не решить… Не уходят, звонят. Нужно пойти новым путем, принципиально новым.

Я знаю, я близок, бледнеющий брат мой тоже, кажется, нашел решение. Но не уходят, звонят. Пусть перестанут звонить! Они не имеют права – еще не наступило полноценное утро. Ночью они никогда…

Дверь выбивают. Теперь не успеть. А впрочем, выломать дверь, не так-то и просто. Прочность дерева прямо пропорциональна времени выбивания. Время прямо пропорционально жизни решения…

Выбили. Ворвались. Шаги и голоса загрохотали в комнате. Монитор погас. Времени не хватило, совсем чуть-чуть не хватило. Бессмысленно просить, бессмысленно кричать, рваться бессмысленно – не сбежать, держат крепко. Мой поблекший собрат не успел скрыться в утро, его тоже схватили – и, значит, задача решена не будет.

Глава 1
От темноты к свету
(Ефим Долинин)

Темнота, боль и ужас. Вот что было вначале. И голос, спокойный и добрый, который обещал, что вот-вот все закончится, казался мне лживым. Я не верил ему. Я его ненавидел, так ненавидел, что темнело в глазах, а боль превращалась в боль абсолютную. Мне снились ужасные сны.

Я не знаю, когда вдруг все изменилось. Помню только, что голос не оставлял меня ни на минуту, звучал и звучал. Но с какого-то момента я стал ему верить. Тьма, боль и ужас постепенно рассеялись.

А когда рассеялись окончательно, я вернулся домой. Заново рожденным. Чудом спасенным. Обретшим новую жизнь. С накрепко вбитыми – нет, принятыми добровольно – истинами. Компьютер – самое большое для человеческой психики зло, программирование – худшая из профессий. Я в это верю, свято верю, и никто никогда не заставит меня изменить свое мнение. Я помню – был болен: темнота, боль и ужас. Я знаю, твердо знаю: чтобы опять не потерять себя, нужно жить простой здоровой жизнью: побольше бывать на свежем воздухе, общаться с людьми, заботиться о своих близких, влюбляться в девушек и ни о чем не думать. Да, главное – голова должна быть совершенно свободна. Мозг дан человеку для того, чтобы видеть, слышать, дышать, двигаться, но ни в коем случае не думать. Думать – огромное зло, почти такое же, как привязанность к компьютеру.

Я научился не думать. Поначалу это было очень трудно, но потом ничего, научился. Мои близкие, о которых я должен заботиться, позаботились обо мне – нашли мне подходящую работу: курьером в почтовой службе. Разношу курьерскую почту – пакеты, большие и маленькие, совершаю свой простой путь. Побольше двигаться на свежем воздухе, побольше двигаться. Я двигаюсь. И общаюсь с людьми: здравствуйте, вам заказное письмо, распишитесь, пожалуйста, до свидания. Нельзя закрываться в себе, открытые пространства жизни – истинное благо, данное человеку. Наши предки не закрывались в своих квартирах наедине с компьютерами и оттого были здоровы и счастливы. А как известно, каждый человек должен – нет, просто обязан! – стремиться к своему счастью. Я и стремлюсь. Хожу по адресам, разношу пакеты – и обретаю счастье.

От прошлой, нездоровой, противоестественной жизни у меня ничего не осталось. Если не считать раздраженной сетчатки глаз и, как следствие, непереносимости яркого света. Но с этим легко справиться – я просто постоянно ношу солнцезащитные очки. Приглушенные тона жизни – полутона, вернее, недотона – еще одна суть моего нового бытия. Все правильно: мир не должен быть слишком ярким, как цвета на экране, это приводит… Лучше не думать, к чему это приводит, не вспоминать. Разносить пакеты, побольше двигаться на свежем воздухе и не вспоминать. Все неизрасходованные силы своей души положить на заботу о близких – мать, сестра, им действительно нужна моя забота – мама так устает, а сестренка очень больна. Хорошо бы еще влюбиться в какую-нибудь девушку, но чего нет, того нет. Пока нет, может, когда-нибудь обрету и это – смогу обрести.

Но главное – ходить и дышать. И не возвращаться в прошлое. Прошлое – ужас и кошмар, туда вход закрыт. Ходить, и дышать, и общаться: здравствуйте, получите письмо, распишитесь. Дружелюбная улыбка, открытый взгляд… Открытый взгляд не совсем получается, мой взгляд закрывают очки. Но это ничего, улыбка искупит. Какая прекрасная работа – разносить почту!

Недавно у нас было собрание – обсуждалась какая-то простая проблема. Мы говорили, мы выступали, всем коллективом решали эту простую задачу – и разрешили, все вместе. Собрание проходило в кабинете заведующей, прекрасный, уютный кабинет, все было так здорово, но тут… Я его обнаружил не сразу, не сразу взглядом натолкнулся. Странно, почему не сразу? Но когда натолкнулся, все было испорчено. Я не смог сделать вид, что этот монстр из прошлого не имеет ко мне никакого отношения – никогда не имел, раз прошлое забыто. Я не смог абстрагироваться, струсил, сбежал! Пришлось потом объяснить, что пошла носом кровь, что от духоты со мной такое бывает. У меня никогда не шла носом кровь!

На следующий день мне дали пакеты, как будто ничего не произошло. Как я был им благодарен!

А впрочем, нужно привыкнуть и к этому. Они, эти монстры, повсюду. Даже на нашей почте их тьма. Иногда мне хочется заразить… нет, разбить все компьютеры мира, молотком сокрушить. Я боюсь их. Ну, не их, а того, что однажды не преодолею искушения – вернусь в прошлое. Не всегда ведь мне нравится работа курьера.

Не вернусь! Там темнота, боль и ужас. Я сделаю вид, что родился курьером, что не имею к этим монстрам никакого отношения, да и пользоваться не умею, как не умею управлять самолетом. Я просто работник курьерской почты, в черных очках, в униформе, с беджиком на груди: «Ефим Долинин. Почта России». Я…

Был и еще один страшный момент, но тогда все обошлось. Из клиники меня забрала мама и привезла в мою квартиру. Мы ехали в такси, я не смотрел на нее, сидел, уставившись в окно, и думал, что везет она меня к себе, что жить мы теперь будем втроем и что возникнет много сложностей, но это ничего, как-нибудь друг к другу притремся, все будет так, как два года назад: я стану гулять с Тоней, заваривать чай к приходу мамы… Но она привезла меня домой. Вот тут-то и наступил тот страшный момент.

Небо в тот день было серое, накрапывал дождь. Мы вышли из машины. Долго и тяжело поднимались по лестнице на мой пятый этаж. На двери белела заплата из нового дерева, замок щелкнул незнакомо – тот, старый, всегда немного заедал… Но все обошлось, все обошлось. Я захотел умереть, но, к счастью, все обошлось. В моей квартире ничто не напоминало… В прихожей не висело больше зеркало, а в комнате… Его унесли, убрали. Стол остался, а его унесли – стол превратился в простой письменный.

И еще на окнах появились шторы. А через неделю я стал курьером.

* * *

Моя новая жизнь абсолютно лишена свободного времени, все рассчитано по минутам, и каждая несет в себе лечебную полезность. Словно бывшего наркомана, меня ведут по четко выстроенному распорядку дня, лишь бы не возникло пустоты, незаполненного пространства, во время которого я мог бы сорваться – задуматься. Все участвуют в насыщении графика моего дня: мама, мой друг Алекс и даже младшая сестренка Тоня. Утро начинается со звонка мамы: «Фима, вставай, не забудь позавтракать, не опоздай на работу». И я встаю, послушно завтракаю, отправляюсь разносить заказные письма. В пять работа заканчивается, я еду гулять с Тоней, потому что вчера она взяла с меня твердое обещание, почти клятву – и это тоже своеобразная тактика с ее стороны. Она понимает, что теперь, когда я здесь, внутри жизни, когда вижу ее страдания, ее беспомощность, отказать не смогу. И чуть-чуть на этом спекулирует. Ради меня спекулирует. Ради моего психического здоровья своим физическим нездоровьем. И притворяется наивной и маленькой, младше своих вполне зрелых двенадцати, нарочито восторгаясь обезьянкам в зоопарке, капризничая у клетки с пантерой: «Еще немного постоим, я не хочу уходить, еще немного»; шумно радуясь сахарной вате на палочке. Шесть последних лет она провела в инвалидной коляске – она не может, по определению не может быть такой маленькой дурочкой. Тоня прекрасно понимает, что я это понимаю, но делаю вид, что верю, а она в свою очередь продолжает, притворяясь, восторгаться.

Вечером снова мамина очередь – наступает время трудотерапии. Чуть ли не на следующий день по выходе из клиники она мне сделала очень «полезный» подарок – набор инструментов в ярко-синем блестящем чемоданчике, мечту начинающего сантехника.

– Фим, что-то опять кран в ванной протекает, ты бы не мог посмотреть?

Я не отказываюсь, я смотрю, меняю абсолютно целую прокладку на такую же целую. Я соглашаюсь, что у меня золотые руки, и хочу, в самом деле хочу получать от процесса работы и ее результата удовольствие: кран не течет – как здорово!

– Фимочка, вода в раковине на кухне что-то плохо уходит, ты бы не мог посмотреть?

Вооружаюсь вантузом и смотрю. Вода уходит прекрасно, но я озабоченно прищелкиваю языком, качаю головой, со знанием дела отвинчиваю «колено»… Мышцы мои наливаются силой – вот она, радость труда! Я не отказываюсь принимать участие в лечебных трудопроцедурах.

– Фима, карниз в большой комнате вроде покосился, боюсь, как бы не упал однажды, когда будем задергивать шторы, посмотри, пожалуйста.

Я смотрю, вытаскиваю из кладовки стремянку, достаю из своего чудо-чемоданчика молоток… С карнизом тоже все в порядке, но разве я могу отказать маме, разве я могу отказаться от того, что мне так полезно, разве я враг себе и своим близким? Я не отказываюсь, обозреваю результаты труда и пытаюсь, изо всех сил пытаюсь радоваться жизни, простой правильной жизни.

Переделав все возможные хозяйственные дела, я наконец отправляюсь домой. Но и поздний вечер мой заполнен полезными мероприятиями. Сначала я готовлю себе ужин: в моей новой жизни нет больше места перекусам. Потом ем, а не просто питаюсь, не просто поддерживаю свои жизненные силы, а стараюсь получить наслаждение. После ужина выкуриваю сигарету, хорошую, дорогую, почти безвредную, но очень вкусную. Не спеша, гурманствуя выкуриваю. Мою посуду, прибираю на кухне, принимаю душ, ложусь в постель – на столике у кровати меня дожидается книга – полезная, нужная книга. «Война и мир». В моей прошлой неправильной жизни ей не нашлось места. В школе я тоже не смог ее одолеть, тогда она меня просто взбесила. А теперь вот читаю и радуюсь, дошел уже до сорок пятой страницы третьего тома. Под Толстого я засыпаю, чтобы проснуться утром под мамин звонок.

Так проходит рабочая неделя, а в выходные заступает на свой пост Алекс, проявляя лучшие качества верного друга. Он тоже озабочен моей реабилитацией, не меньше других озабочен. Мне кажется, Алекс в сговоре с мамой, мне кажется, они все в сговоре. Для начала он тащит меня в какой-нибудь экзотический ресторан, пробуя зародить во мне здоровое человеческое обжорство. Я не отказываюсь, я и сам хочу его в себе зародить, но пока не получается: пища, даже самая изысканная, остается для меня просто пищей: вкусно, но вот я и сыт, спасибо, больше не хочется; а ресторан, даже самый крутой, продолжает оставаться просто местом, где эту пищу принимают. Алекса такая постановка вопроса не устраивает, он продолжает бороться за мою душу. Он отыскивает в меню новые невероятные блюда. Он взывает к моим гормонам – за нашим столиком вдруг появляются девушки. Каждый раз я не успеваю заметить, в какой момент они там появляются. Где он их берет, черт его знает. Но гормоны молчат: секс как спортивное мероприятие меня не вдохновляет, а влюбленности пока не наступает. В результате Алекс со своей красоткой удаляется, не забыв подмигнуть мне напоследок: не теряйся, брат, действуй, а я… В общем, я теряюсь, не действую, вечер мой не переходит в продолжение. Я провожаю ее домой и возвращаюсь к себе. Наслаждаться Львом Николаевичем, проникаться великостью классика. Я ведь не против спасаться. Да, я хочу спастись, окончательно выздороветь.

Недавно я узнал, что мой компьютер перекочевал к Алексу. И не только мой, но и Тонин. Мама жутко испугалась, что зараза перейдет и на сестру, что и с ней однажды может произойти то же. Испугалась и приняла срочные меры – очистила от скверны дома своих детей, пресекла все пути к отступлению. Все правильно, так и надо было. Я и сам теперь ярый враг этого дьявольского изобретения. Я боюсь, я… ей так благодарен. Только иногда становится тошно.

Стандарт

4.75 
(4 оценки)

Непойманный дождь

Установите приложение, чтобы читать эту книгу

На этой странице вы можете прочитать онлайн книгу «Непойманный дождь», автора Николая Зорина. Данная книга относится к жанру «Современные детективы».. Книга «Непойманный дождь» была написана в 2009 и издана в 2009 году. Приятного чтения!