Глава 1

Дядя Лёша открыл дверь кабинета и впустил меня. Вид одновременно виноватый, но в то же время, будто он смирился с тем, что собирается сделать.

Наверняка думает, что иначе нельзя, ну и прочую муть. И всё же решился, предатель.

Он захватил чайник и пошёл, не забыв закрыть меня в кабинете, как в прошлый раз. Я тут же подскочил к двери, чтобы послушать, кому он звонит.

— Здорово, — услышал я его голос. — Вчера обсуждали с тобой. Да. Куда приехать? Добро…

На этом стало тише, что говорили дальше, я не слышал. Но я и так всё понял. И это давало сил действовать. Если не делать ничего, они меня задавят.

Вот я и делал. Подошёл к столу дяди Лёши, на ходу вытаскивая из рюкзака журнал бухгалтера, и вложил между делами, поглубже, чтобы он не заметил, но так, чтобы эту вещь нашли сразу, если её будут искать. А её будут искать. Я сфотографировал все страницы, да и запомнил, что нужно. Пусть теперь лежит здесь.

Но одну страницу я вырвал, написал на ней адрес того склада, и номер той «Газели», ведь он был в моей памяти. Заодно госномер тачки Слона. Лист я смял и убрал в карман.

После вернулся к двери. Замок дешманский, я достал из рюкзака две заколки для волос, и он поддался секунд за двадцать. Теперь пора валить в другой кабинет.

Дядя Лёша был в туалете, где наливал воду в чайник из раковины. Я прошёл мимо так, чтобы он меня не слышал, и двинул дальше, глядя на таблички на дверях. Но примерно понимал, куда идти.

Навстречу вышла незнакомая женщина в сером свитере.

— А где Рогачёв сидит, не подскажете? — тихо спросил я.

Она молча указала вперёд, по коридору, где дверь была приоткрыта. Я зашёл туда.

Капитан Рогачёв зевал за столом, держась за голову обеими руками. С похмелья. На нём были джинсы, серая рубашка с мятым воротником и наплечная кобура, из которой выглядывала рукоятка ПМ.

При виде меня опер удивился.

— Здорово, Вадя. А чё случилось?

— Да я поговорить с вами хотел, Пётр Андреич, по поводу проблемок всех этих.

— Да ты не ссы, — подбодрил меня он. — Я вчера одного козла прессанул с этим перстнем, сегодня его расколю. Всё нормуль будет! — Рогачёв показал большой палец.

— Да я по другой причине, — я повернулся к двери, будто чего-то опасался.

Главное, чтобы все улики нашёл он сам, просто по моей наводке.

— Меня дядя Лёша вызвал, — сказал я, садясь перед ним. — По этой теме всё интересовался. Что на обыске было, где мы перстень нашли. Всё хотел выдавить из меня, будто он у вас был.

— Да? — он недоверчиво покосился на меня. — Давай к нему зайдём.

Не поверил. Ну ещё бы, незнакомый парень или человек, с кем он работает много лет. Но это ничего, сейчас пойдём с козырей.

— Просто я вчера этого человека увидел, на «Камри», Рината. Вот и думаю, что связано. В городе он ездил.

— И чё ты сделал? — он наклонился ко мне.

— А я за ним вчера проследил, — тоном заговорщика сказал я.

— Не понял, — опер придвинулся ещё ближе.

— Увидел его в городе, решил посмотреть, куда он приедет. И приехал он на какой-то склад на Генеральской…

— Зря ты так сделал, Вадя, — он кивнул. — Надо было мне позвонить. Это люди опасные. Не делай так никогда… как ты сказал? — Рогачёв вдруг напрягся. — На Генеральской?

Именно туда вызывали экипаж, и он мог об этом слышать.

— Да-да, там. Там ещё приехал один дядька на синем джипе.

— На китайском? — тут же спросил Рогачёв.

— Ага.

Уже понял, кого я имею в виду. Но я переходил к козырям.

— Снимки начал делать, — продолжал я, доставая телефон. — Камера тупила, почти всё удалилось. Но этот остался… из-за этого дядя Лёша меня и дёргал. Говорит, чтобы я у него сидел, а он меня потом на дачу увезёт.

— Не понял, кто говорит? — опер потряс головой.

— Дядя Лёша! Про какие-то вещи отцовские вспомнил, на дачу предлагает ехать. Хорошо, он дверь в кабинет не запер, я и ушёл. А я так думаю, что он меня увидел, что я снимаю. Вот и хочет поговорить…

— В смысле? Как он увидел? Он там был? Или…

Рогачёв замолчал, ведь я показал экран телефона и тот самый снимок, как дядя Лёша ручкается со Слоном. Опер шумно выдохнул через нос. Вот теперь он поверил.

— Вадя, это очень опасные люди, — Рогачёв поднялся и выглянул в коридор. — Но ты пока снимок не удаляй, а мне перешли. Я разберусь. А что это за склад был? Что там было?

Он вернулся за стол и полез в свои записи. Но он наверняка думал о складе, на котором экипаж ППС ничего там не нашёл. И теперь у него было подтверждение, почему так случилось.

— Ща, у меня тут записано было, — отозвался я. — И номера машин черканул. Вот, записал, чтобы не забыть. Ой, не то. Вот он. Пока в кабинете сидел, вспомнил, записал.

Я достал из кармана свёрнутый лист, вырванный из журнала с бухгалтерией.

Рогачёв переписал номер себе, но потом до него начало доходить, что ещё там записано. Я так и знал, что матёрый мент не оставит этого просто так.

Он медленно развернул бумажку и вчитался в записи, в фамилии и в товар, который был там. Опер сразу понял, что это такое.

— Вадик, — очень уж заботливым тоном произнёс Рогачёв. — А ты где это взял?

— А там дядя Лёша какой-то журнал рвёт. Бумажка лежала под столом, я подобрал.

— Какой-то журнал, значит, рвёт, — он медленно поднялся. — Ты пока посиди здесь, — опер поправил наплечную кобуру. — А я сбегаю в одно место…

Пошёл проверять, прекрасно понимая, что это за журнал и чей он. В коридоре он кого-то встретил и велел идти следом. Да, без моих показаний и службы собственной безопасности засадить засранца не выйдет, но когда найдут журнал у него на столе, дяде Лёше станет не до меня.

Думаю, Рогачёв сделает всё, как надо, чтобы связать продажного засранца с этой уликой. Но с ним мы не закончили, я просто отвлёк его, а займусь им потом.

А сейчас пора заняться другим.

* * *

Пока в кабинете дяди Лёши шла ругань и разговор на повышенных тонах, я прошёл мимо.

— А это чё? — услышал я голос Рогачёва.

— А я откуда знаю? — огрызнулся дядя Лёша.

— Ну-ка давай снимем, что это здесь лежит.

Пусть с протоколом разбираются сами.

Я вышел на улицу и набрал телефон по памяти, сличив его с тем, что было на его портрете во дворце памяти. Контакт Жеки Паяльника был у бухгалтера, и номер намертво засел в моей голове.

Но это последняя левая сим-карта. Надо будет раздобыть ещё.

— Жека, здорово! — через платок произнёс я.

— Здорово, — отозвался он. — А это кто?

— Да тут пацаны говорят, что мент бывший в кафешке вашей тёрся вечером, где вы со Слоном сидите. И чё-то там под столом лазил. Пацаны говорят, мутит он что-то.

— А я не понял, а это кто…

Я отключился и вытащил симку. А теперь ждём. Но Паяльник должен среагировать сразу, он такие вещи без внимания не оставит.

* * *

Кафе «Харчевня»…

— Кто звонил? — спросил Слон.

Жека Паяльник, не отвечая, убрал руку под стол и вытащил оттуда пачку «Парламента». Раскрыл, и оттуда выпал микрофон с чёрным комком из искусственного меха.

— Нифига себе, — пробурчал Паяльник, — сказал я себе.

Слон побледнел, уставившись на приборчик, а Паяльник смотрел на номер телефона, пытаясь понять, кто звонил. И тут в зал влетел Сытин.

— Пропал! — вскричал он, подбежал поближе и начал шептать: — Владимирыч, журнал пропал… нет его в квартире.

— Кто взять мог? — тут же спросил Слон. — И потише, твою мать.

У него на лбу выступила испарина. Он покосился на микрофон.

— Там вчера тёрся один у подъезда, — Сытин не заметил прибор и продолжил говорить: — Мент этот бывший, Ринат.

— Надо же, — протянул Паяльник. — А что ты ещё расскажешь? Ведь всё слышно будет. Давай лучше споём? — он взял микрофон и пропел в него: — Бухгалтер, милый мой бухгалтер. Прошляпил журнал, такой-сякой бухгалтер… Гы-ы!

— Да хватит шутить! — Слон отобрал микрофон и бросил его в кружку с пивом. — Не до шуток, мать вашу.

— Сначала улики всплыли, которые ты ему давал, — проговорил Жека, о чём-то думая. — Потом склад нашли. А потом оказалось, что нас слушают. И всё это связано с твоим кентом.

— Он не мой кент. И вообще, Жека, чё-то ты больно умный стал, — Слон нахмурился.

— И чё делать-то? — спросил Сытин. — Если ментам попадёт...

— А может, он уже у них, — Паяльник пожал плечами. — Просто вчера Лёшик предупредил, а сегодня уже нет. Может, они уже его листают.

— Пусть сначала докажут, что он наш! — заявил бухгалтер.

— Выйдут на всех, кто там указан, и докажут. Попался Ринатка, походу. Вот и сдаёт всех с потрохами. А вы болтливые в последнее время стали, расслабились.

Слон и Сытин переглянулись. Обычно, Паяльник так не говорил. Но им было не до этого.

— Так как делать будем? — Сытин беспомощно огляделся. К нему пошёл бармен, но он закричал: — Да не подходи! Надо будет — позовём!

— Ладно, — бармен нахмурился и вернулся на место.

Но бандиты переглянулись, глянули на утонувший в пиве микрофон и вышли на улицу.

— Чё делать, чё делать, — пробормотал Слон и потёр лоб. — Как в старые времена делали. В твои времена, Жека, — он посмотрел на него и добавил тише: — Проверь, что это он. И закрой вопрос. Пока он меня ещё к тому пацану не притянул. Сука, ещё тянул из меня, чтобы я сам это сказал.

Сытин приоткрыл рот, поняв, о чём речь, зато Паяльник будто ждал этого приказа. Он хмыкнул.

— Закрыть так закрыть, — он пошёл к машине, напевая: — Бухгалтер, милый мой бухгалтер.

Но в машине весёлое выражение на его лице сразу исчезло, он помрачнел.

У дома Шамсутдинова он был уже через десять минут. Ринат долго спал, поэтому ещё не уехал на работу.

Насвистывая, Жека вылез из машины и проверил, где во дворе новостройки стоят камеры, и кто может смотреть за ним. После пошёл в багажник и достал оттуда ножницы по металлу и толстую отвёртку с красной рукояткой.

С этим он подошёл к машине Рината. Следы взлома Жеку не беспокоили.

Первым делом он просунул ножницы в решётку радиатора в нужном месте и перекусил кабель сигналки.

Щёлк!

Фары замигали, но звука не было. Вскоре они потухли. Двигатель не заведётся всё равно, но он и не нужен.

Жека закряхтел, наклоняясь у машины с отвёрткой в руках, и лёг на холодную землю. Вытащил резинку из сливного отверстия на дне под местом водителя и просунул отвёртку внутрь, пытаясь нащупать нужный рычажок.

Щёлк!

Багажник открылся.

— Да я ключи внутри забыл, — пояснил Паяльник проходящему мимо парню с овчаркой.

Овчарка рыкнула, но предпочла перед этим забежать за ногу хозяина. Парень пошёл дальше, не оборачиваясь.

Жека заглянул в багажник и уже через минуту достал оттуда вырванные листы.

— Понемножку решил, значит, сдавать? По листику подкидывать? Ну это ты зря, — он захлопнул багажник и пошёл в сторону подъезда Шамсутдинова.

* * *

Я съездил к следователю и забрал свой телефон. Он, конечно, сел в ночь, так что я подключил его к пауэрбанку. Через несколько минут он включился, и телефон начал трещать от множества уведомлений. Даже не стал их читать, а то полдня уйдёт.

Но тут раздался звонок. Странно, мне обычно звонят только мошенники и банки, а все ровесники предпочитают писать в чат. Но это звонила Наташа.

— Вадим, привет! — услышал я её голос. — Забрал телефон?

— Привет, да, только что.

— Вадим, я сегодня на секцию не приду, но надо поговорить лично.