ВНИМАНИЕ: ОТ АВТОРА

Добро пожаловать в мир «Двойной петли».

Прежде чем вы перевернете первую страницу, я хочу подчеркнуть: данная история является художественным вымыслом и исследованием самых темных сторон человеческой души.

Автор не идеализирует и не оправдывает действия своих персонажей. Отношения, описанные в романе, строятся на тотальном контроле и разрушительной одержимости. В тексте присутствуют сцены психологического и физического насилия, манипуляции и морально неоднозначные решения.

Моя цель — показать, как глубока может быть бездна, в которую затягивает человека слепая власть и желание безраздельно обладать другой личностью. Пожалуйста, разделяйте художественный образ и реальность. Помните: то, что на страницах книги выглядит как фатальная привязанность, в жизни является опасным преступлением против свободы человека.

Если вы чувствительны к подобным темам или не готовы к погружению в серую зону морали, пожалуйста, воздержитесь от чтения.

Строго 18+

Пролог.

Аврора.

Экран телефона мягко подсветил мои пальцы. Я снова перечитала его сообщение, чувствуя, как на губах расплывается глупая, счастливая улыбка.

Адам: «Ну что, рыжая куколка? Мы с тобой переписываемся уже месяц. Я знаю, какие книги ты любишь и почему ты боишься грозы. Кажется, пришло время узнать, как звучит твой смех в реальности. Ты готова встретиться?»

Сердце пропустило удар. Мы договорились об этом с самого начала: никаких фото. «Слова честнее пикселей», — сказал он в первый вечер. Я знала о нем только то, что он описал сам: высокий, темноволосый, «умеющий брать то, что хочет». Он же знал обо мне куда меньше — только мои фантазии.

Аврора: «Готова. Но только если ты не окажешься сорокалетним скучным дядькой в растянутом свитере»

Адам: «Обещаю: свитера у меня нет. Выбор места за тобой, моя королева. Что ты хочешь? Тихий ресторан, кино на последнем ряду или просто долгую прогулку по набережной? Я исполню любое твоё желание».

Я закусила губу, мельком взглянула в зеркало и увидела ямочки на щеках, не раз притягивавшие чужое внимание. Он был таким внимательным, таким... нежным. Давал мне право выбора, не давил. Это подкупало. Мне хотелось чего-то яркого, шумного, музыкального, такого, за чем легко спрятаться.

Аврора: «Сегодня в клубе «Мята» праздник. Закрытие учебного года, будет весело. Давай встретимся там? Потанцуем, выпьем по коктейлю... а потом погуляем».

Адам: «"Мята" так "Мята". В чем ты будешь? Мне нужно знать, кого искать в толпе».

Аврора: «В изумрудном платье и с пожаром на голове».

Адам: «Я найду тебя, Аврора. Не сомневайся. Думаю, рыжих красавиц там будет не много. Я очень нетерпелив, когда речь идёт о том, чего я долго ждал ».

***

— Аврора, ты просто бомба! — Ленка крутила меня перед зеркалом. — Эти веснушки, эти волосы... и платье! Господи, если этот твой Адам не упадет в обморок, то он точно слепой.

На мне было то самое изумрудное платье. Решение обойтись без косметики мало что изменило: с копной рыжих кудрей я всё равно казалась себе слишком яркой. Ткань облегала бедра так плотно, что возникало чувство почти полной обнаженности, а грудь едва умещалась в вырезе. Внутри всё замирало от волнения при мысли о его первом взгляде: а вдруг я ему не понравлюсь?

Я надела на шею тонкую, почти невидимую леску с единственной сверкающей капелькой; она казалась невесомой, но неизбежно притягивала взгляд к ложбинке на груди. Последним штрихом я застегнула на запястье изящные золотые часы, подарок папы на мои восемнадцать, которые исполнились всего несколько дней назад. Мы переглянулись с Ленкой и, подхватив сумочки, вышли из прохладного дома в душную июньскую ночь.

В «Мяте» яблоку негде было упасть. Повсюду знакомые лица — однокурсники, шумные компании, выпускники. Клуб буквально пульсировал от басов и запаха смешанных парфюмов. Мы с Ленкой с трудом пробились к бару и заказали по ярко-красному коктейлю.

— Ну и где твой таинственный Адам? — Ленка прихлебывала через трубочку, оглядывая толпу. — Тут столько парней в черных рубашках, замучаешься выбирать.

— Он сказал, что сам меня найдет, — я нервно теребила край платья, стараясь не выдать дрожь в руках.

Мы простояли минут десять, болтая о какой-то чепухе, когда я вдруг почувствовала, что по коже пробежал холодок. Казалось, что кто-то невидимый коснулся моих плеч тяжелым взглядом. Я замерла, не решаясь обернуться.

Ленка вдруг осеклась на полуслове. Её глаза округлились, она смотрела мне куда-то через плечо, и её челюсть едва заметно поползла вниз.

— Офигеть... — только и выдохнула она.

В следующую секунду я почувствовала за спиной тепло чужого тела. Дорогой парфюм с нотками табака и хвои окутал меня, вытесняя запах клуба. Чья-то горячая ладонь почти невесомо легла на мою талию, а губы коснулись самого уха, обжигая дыханием.

— Привет, моя рыжая куколка.

Голос был низким, бархатным и таким уверенным, что у меня подкосились ноги. Я медленно обернулась.

Он был выше, чем я представляла. Намного красивее. Серо-стальные глаза смотрели на меня с такой неприкрытой жаждой, что я забыла, как дышать. Его взгляд скользнул по моим волосам, задержался на веснушках и ямочках на щеках, а затем медленно опустился к вырезу платья. В зрачках вспыхнул темный, почти хищный огонь. Кажется, он действительно не ожидал, что «рыжая куколка» из переписки окажется настолько... настоящей.

— Словесное описание было преступно скромным, Аврора, — произнес он, не отрывая взгляда от моих губ. — Ты — шедевр.

Следующий час прошел как в тумане. Мы пили коктейли, он почти не отходил от меня, мягко отсекая любых знакомых, пытавшихся подойти. Когда мы вышли на танцпол, его руки на моей талии казались клеймом. Он вел в танце так уверенно, что я просто растворялась в его близости. Но шум клуба будто мешал ему.

— Здесь слишком много лишних глаз, Аврора, — прошептал он, когда музыка затихла. — Давай прогуляемся? Ночной город сейчас прекрасен.

Я кивнула, не в силах отказать. Ночной воздух после душного клуба показался спасением. Он набросил мне на плечи свой пиджак. От ткани пахло им: терпким теплом и чем-то странно успокаивающим. Мы шли по набережной, говорили обо всём на свете, и мне казалось, что я знаю его всю жизнь. А потом был отель…

Я была готова стать женщиной. В тот момент это казалось единственно верным решением и своего рода подарком самой себе на восемнадцатилетие. Пока мы переписывались, я влюбилась в его манеру говорить через текст и в ту уверенность, которая сквозила в каждом сообщении. Когда я увидела его в «Мяте» вживую, робкий план превратился в одержимость. Я хотела, чтобы это случилось именно с ним.

Такой «принц»: взрослый, статный, спокойный, был шикарным вариантом для первого раза. Я знала, что он всё сделает красиво. И это действительно было великолепно. Он был нежным. Целовал мои веснушки, точно пересчитывал звезды. Его пальцы едва касались рыжих прядей, перебирая их с какой-то почти пугающей бережностью. В его руках я не чувствовала себя той «аппетитной» добычей, которой меня видели другие. Я чувствовала себя драгоценностью.

Той ночью я верила, что это не просто финал моего девичества, а наше общее начало. Его шепот на ушко и обещание, что завтра всё будет еще лучше, заставляли верить каждому слову. Я засыпала на его плече под ровное биение сердца и была абсолютно, безоговорочно счастлива. В ту ночь у меня не осталось сомнений: я встретила своего человека.

...Утро наступило слишком быстро, принеся с собой ледяной сквозняк из открытого окна. Холодная постель. Оглушающая тишина. И стопка купюр на тумбочке, небрежно прижатая моими же часами — папиным подарком. Сто долларов.

Цена моего доверия и моих «звездных» веснушек.

Я звонила ему снова и снова, в отчаянной надежде, что мои предчувствия ошибочны. Но вместо гудков слышала лишь холодное: «Номер не обслуживается». Он просто стер себя из реальности, оставив меня с выжженной пустыней внутри.