Глава 1

Амулет Нур-эд-Дам

Лэнс Уолдрон остановился на краю крутого ущелья. Здесь, на гребне оврага, затененного розами, по крайней мере, дул легкий ветерок. Там, внизу, где трудились рабочие, воздух был неподвижным, душным и пыльным. Он колебался, не решаясь сделать первый шаг в эти знойные глубины, но Аль-Хамид был рядом, подталкивая его вперед с рвением человека, который уже слышит звон обещанного золота в своем кошельке.

- Внизу, Акиди, - сказал он, - смотри - расщелина под скалой. Клянусь Аллахом, это могила! - И добавил с напускной набожностью: «Да будет превознесено Его имя!

Лэнс отмахнулся от Аль-Хамида, он не доверял ему, но этот человек был полезен. Без него экспедиция может оказаться на грани провала. Именно Аль-Хамид собрал команду феллахов, которые служили им. Именно он подмазал под себя комиссаров в Маане, что позволило Форсайту и его помощникам вести раскопки так близко от руин Петры. Теперь, если он действительно, как он утверждал, обнаружил древнюю гробницу в этой расщелине…

- Хорошо, - сказал Лэнс. - Я хочу спуститься.

Он начал извилистый спуск, а его поглощенность задачей добраться до впадины внизу не оставила ему времени восхищаться окружающей красотой. Это был потрясающий лабиринт, который выкопали его товарищи из Форсайта, археологической экспедиции. Лиловые, алые, розовато-красные и золотистые вершины утесов, невероятная горная цепь, которая, подобно морю пылающих цветов, вздымалась на фоне серовато-коричневой пустыни Северной Аравии.

Это было таинственное горное убежище набатеев, арабской расы, история которой восходит к 312 году до н. э. Когда-то на этих остроконечных холмах была создана империя. Теперь на этом месте остались только заброшенные руины. В Петре, всего в нескольких милях отсюда, было обнаружено множество чудес прошлого. Величественные храмы не построенные, а высеченные в скалах из цельной породы! Огромный лабиринт, выполненный в давно забытом стиле. Двери, к которым не было ключа. Массивные алтари, дома. Самое важное из всего - гробницы древних, содержащие секреты, в которые археологи жадно погружались, искали, углубляя знания об обычаях и традициях древних времен.

Доктор Форсайт утверждал, что Петра была не единственным чудом этой древней земли.

«Рядом с каждым крупным городом, в прошлом или настоящем, - напомнил он двум своим младшим сестрам, - мы находим города поменьше, пригороды, где давным-давно жили богатые и культурные люди. За пределами Петры мы должны найти столько же интересного, сколько и в самом городе».

Отсюда и их нынешнее местоположение. Поначалу раскопки принесли только разочарование. Несколько фрагментов керамики, бронзовая застежка для тоги, несомненно, позднего периода, разбросанные обрывки одежды. Затем, совсем недавно, пришло ободрение. Археологи обнаружили разрушенный фасад старинной виллы, затем ряд труб из обожженной глины, питавших разрушенный фонтан, выложенный плиткой бассейн с резьбой по дереву, мебель. А теперь…

Лэнс и драгоман достигли подножия ущелья. Феллахи, заметив их приближение, остановились передохнуть, опираясь на свои инструменты. В этот момент Лэнс лихорадочно схватил драгомана за плечо.

- Аль-Хамид, ты меня поддержишь? Ты знаешь, что я нашел это там! Что у меня не было этого, когда я вошел? - Он поднес амулет к глазам драгомана. - Ну и что?

Аль-Хамид по-прежнему молчал, и феллахи сделали первый шаг. Когда они увидели светящийся камень, они упали на колени, закрыв лица руками. Звуки благоговейного поклонения, странно похожие на стоны страха, приветствовали амулет. Их голоса путались в незнакомых словах: «Да, Нур-эд-Дам! - стонали рабочие, - йа, Нур-эд-Дам!»

- Свет крови. - Аль-Хамид, чье смуглое лицо приобрело болезненно-зеленый оттенок, сделал быстрый испуганный жест. - Положи это на место, о господин, верни это в гробницу, давай запечатаем склеп. Если бы я знал, что это внутри… - Он вздрогнул, но его странная просьба подлила масла в огонь любопытства Лэнса.

- Почему, Аль-Хамид? Почему твои люди так себя ведут? Что это за тайна? Почему ты боишься этого камня?

- Это харам, О повелитель, - испуганно сказал Аль-Хамид. - Это дахиль, неприкосновенный.

- Чушь! - Презрительно фыркнул Лэнс. - Поднимайтесь с земли, лентяи! Аль-Хамид, отправляемся в лагерь. Белые акиды должны это увидеть!

Парализованные руки и ноги драгомана немного остыли от страха, к его лицу вернулся румянец, а в голосе зазвучала новая властность.

- Нет, Акид, ты должен делать то, что я говорю. Верни драгоценность на место и позволь нам снова закрыть запретный склеп.

- Что? - Лэнс воинственно рассмеялся. - Ни за что на свете. Аль-Хамид, ты не понимаешь. Эта оправа сделана из алюминия! Металл, неизвестный древнему человеку, до 1886 года был всего лишь лабораторной диковинкой. Да ведь это открытие перевернет научный мир с ног на голову!

Аль-Хамид упрямо настаивал:

- Я ничего не знаю о таких вещах, о повелитель, но о древних легендах я знаю многое. Я знаю, что человеку запрещено доставать Нур-эд-Дам из его тайного убежища. Тот, кто прикоснется к нему, может измениться и поблекнуть, может исчезнуть из этого мира.

Он потянулся за амулетом и Лэнс оттолкнул его протянутую руку.

- Не так быстро. Ты забываешься, Аль-Хамид! Меняется и исчезает? Прибереги эти легенды для ушей доктора Форсайта. Он наверняка захочет их изучить. Но сейчас я должен поторопиться и показать ему то, что я нашел.

Он снова свернул на тропинку, которая вела к лагерю, но на этот раз Аль-Хамид отбросил всякое притворство смирения. Он встал прямо на пути Лэнса, а его смуглое лицо пылало решимостью.

- Во имя Аллаха Всемилостивого, Сострадательного, пусть твой слепой да будет прощен, Акид! Но твой слуга не может позволить тебе убрать Нур-эд-Дама. В последний раз я требую, чтобы ты вернул камень.

- В последний раз, - рявкнул Лэнс, - я приказываю тебе перестать валять дурака. Отойди в сторону! - Аль-Хамид не двинулся с места. Феллахи тоже не поднялись с колен, хотя подняли головы и с угрожающим вниманием наблюдали. - В сторону, я сказал! - Рука Лэнса потянулась к поясу, к пистолету, который покачивался в кобуре. Долгое мгновение взгляд молодого археолога был прикован к глазам араба в молчаливом противостоянии. Затем Аль-Хамид поник. Он прикоснулся толстой рукой к своей куфии.

- Да будет так, хозяин! - сказал он.

Расправив плечи, Лэнс прошмыгнул мимо него и зашагал по дороге, ведущей к высокогорному плато. Жаркое солнце давило на его плечи, а под ботинками хрустел красный гравий. Среди возмущенных рабочих поднялся ропот, похожий на сердитое жужжание забитого камнями улья. Лэнс сделал вид, что ничего не услышал, и ни разу не обернулся к маленькой группе туземцев.