Цитаты из книг автора «Наталия Терентьева»

Сегодня – первый день оставшейся мне жизни.

– Да нет, ничего такого… Я просто хотел сказать… – Мальчик говорил негромко, мне даже пришлось чуть к нему наклониться. – Вы спрашивали про семью… Вы маму об этом не спрашивайте, хорошо? – Хорошо, да я и не собиралась, собственно… Есть же где-то сведения… – Я не знаю. Просто вы можете сказать: «Пусть отец его придет!» Так всегда учителя говорят. А он не придет. Он больше не приходит. Мама теперь хромает, и ему с ней неинтересно.

– Насть! – Я остановилась, потому что мне важней было сказать это сейчас Настьке, чем успеть к детям в школу, которые, скорей всего, и так разошлись. – Мороз. Не реви. И послушай меня: сегодня первый день оставшейся тебе жизни. Настька подняла на меня глаза. – Да, да, именно так. И первый день должен быть очень хорошим, понимаешь? Я перегружала и сознание, и психику своей маленькой дочки.

огромные, голоса толстые, мы только драться можем. А вы – по-другому…

Это мы, мужчины, такие страшные, у нас волосы растут на лице, ноги

Спасибо, что была такая любовь, – скажу я одному. – Что я горела и жила этой любовью. Ведь я так хотела любить, ходить по краю, узнать отчаяние, трепет, страсть. Узнала. Больше так не хочу. – Было очень светло

А как быть, если дело, которое записано у меня в дипломе, я выбрала в шестнадцать лет и сдуру? Точнее, даже не выбрала, а… Как-то так получилось.

Мой Никитос не должен расти и знать, что у него когда-то будет две семьи, три… Сколько он потянет – кошельком, совестью и еще кое-чем. Сказать, чем?

Но заставлять свой мозг совершать автоматизированные действия по выбору верных ответов мне сложно. Наверно, если бы пришлось сейчас подтверждать высшее образование таким образом, сконцентрировалась бы и подтвердила, и написала бы эссе по искусственной схеме, придуманной недоучками, и остановила бы свою безудержную фантазию, вогнала бы ее в стандарты, требующиеся для подготовки торговых агентов и полуграмотных бухгалтеров. А кого еще готовят из детей, останавливая и останавливая их естественное творческое мышление, вписывая его в жесткие унифицированные рамки? Общество лавочников и ростовщиков, они же экономисты – сотрудники бесчисленных и бессмысленных для общества в целом банков.

Если бы Бог действительно всех наказывал, люди бы не придумали систему правосудия и наказания. Все-таки приходится немного помогать высшим силам, которым просто за всем не уследить.