Как случилось, что мать Германа и мама Ярины обе с разницей в 14 лет связались с женатыми мужчинами. Обе в поисках лучшей доли. Что же это за доля такая, которая есть только в чужой семье. Да, мужчин на всех не хватает. Жены прощают неверным мужьям многое, если не всё. Закрывают глаза на измену, борются за свою семью, растят детей. А несостоявшиеся разлучницы теряют волю к жизни. Раз не получилось просто, не получится никак.
А вот Нине пришлось растить родного племянника убитой сестры. И муж принял мальчика, хоть и не усыновил. Но дал Герману такой старт, который не каждый родной ребенок сможет взять. Только вот все наследство оставил своей родной дочери от совершенно случайной женщины, которая непонятно как оказалась транзитом в его жизни. Та женщина тоже ушла, а Ярина осталась. Осталась настолько неприспособленная к личностному общению, что не помогли ни психологи, ни забота новой вынужденной семьи, ни сумасшедшие деньги в наличии, безнале, недвижимости и прочих эквивалентах.
Только друзей они тоже не принесли. Как и счастья.
Нет, поначалу казалось, что Золушка в полном шоколаде. Но в школе ее не принимали одноклассники. Учиться с тем базисом, который дала маленькая провинциальная школа и особенно после двух лет детдома, было тяжело даже с репетиторами. И только Елисей, как современный царевич, смог поддержать, как думала Ярина совершенно бескорыстно, ни на что не претендуя. Просто друг.
А Герман просто старший брат. Нет, не по крови, не по семье. Его - Дмитрий Глубокий так и не усыновил. Только взвалил весь бизнес и завещал преумножить состояние родной дочери, о которой никто в их маленькой семье не знал до оглашения посмертной воли.
Как случилось, что девочка ставшая девушкой на его глазах вдруг стала дорога ему так, что смотреть невозможно было равнодушно. А приходилось. Разница в возрасте, менталитете, в опыте, в привычках, да во всём. Только у обоих остались любящие их женщины. У Германа его мама Нина. У Ярины бабушка Тося.
Все было против того, чтобы они были даже не вместе, а рядом. Но притяжение было настолько сильным, что удивительно, как ни один, ни другая так долго, даже не год, не поддавались ему.
И все таки есть какая-то неизбежность в этой истории.
Когда случилась настоящая трагедия, и Герман остался один, я сначала подумала, что простить такое нельзя, совсем и никогда, вообще никогда.
Но перечитав, я представила - реанимация, и с ума сходящая девочка, едва совершеннолетняя, с совершенно измотанной психикой. Да тому, кто ее увез, надо при жизни памятник поставить. Да, доверять ему причин не было, но и не доверять тоже. Уж точно не деньги были его целью.
И больше всего мне жаль Нину. Она так и не смогла понять почему и за что. А объяснить больше некому.
История, с которой можно и хочется жить.