Часть 1. Фестиваль.

Я познакомилась с ним 23 февраля. Не в самый романтичный день, но в самый судьбоносный. Был фестиваль — шумный, немного хаотичный, с плохим звуком и отличной публикой.

Он его организовал.

Картофельный продюсер — так я его потом назвала. Не потому что он был простым или дешёвым, а потому что он умел выращивать хиты буквально из ничего. Как картошку. Из одного клубня — целый урожай?

Я тогда как раз обкатывала новый материал. Песни были сырыми, но честными. Я проверяла, как они заходят публике, и каждый раз немного меняла подачу: где-то добавляла воздуха, где-то убирала надрыв, где-то играла с ритмом. Я смотрела в зал и видела, кто кивает, кто закрывает глаза, кто достаёт телефон, чтобы записать. Это была лаборатория. И он это заметил.

После выступления он подошёл ко мне. Не с комплиментами, не с обещаниями — с вопросом. Он спросил: «Ты знаешь, что твои песни можно превратить в деньги?» Я тогда засмеялась. Деньги? Я просто хотела, чтобы меня слышали. Но он уже что-то прикидывал в уме. И, кажется, именно в тот момент началась наша история. Не любовная, не романтическая — рабочая. Та, которая потом изменит всё.

Часть 2. Три месяца.

Он посмотрел на меня как-то по-отечески. Не свысока, не с жалостью — именно по-отечески, как смотрят на ребёнка, который разбил коленку, но не плачет. Сказал: «Дай мне подумать». Я ждала. Он думал недолго. А потом выдал — бодро, почти весело: «Ладно, я тебе помогу!»

Так этот мощный тип два на два стал моим концертным директором. Ровно на три месяца. Он был энергичным, громким, уверенным в себе. Он знал всех, и все знали его. Он обещал фестивали, эфиры, контракты. Но на деле всё ограничилось парой звонков, одной встречей и кучей пустых обещаний. Он был хорош в начале, но плох в продолжении. Он умел вдохновлять, но не умел работать.

Через три месяца я его уволила. Без скандала, без претензий. Просто сказала: «Спасибо, дальше я сама». Он не обиделся. Он, кажется, даже выдохнул. Потому что понял: я не та, кто будет ждать годами. Я Хозяйка. И если ты не делаешь свою работу, я сделаю её за тебя. Или найду того, кто сделает.

Так закончилась наша деловая история. Но не личная. Потому что он, сам того не зная, стал первым, кто показал мне: я могу сама. И это, пожалуй, было главным уроком.

Часть 3. Руины.

Он приехал на встречу, которая уже выглядела как руины. Мы сидели втроём: я, Картофельный продюсер и тот самый парень — молодой, энергичный, с горящими глазами. Тот, с которым мы буквально вчера записали хит. Настоящий. Не сырой, не пробный — готовый трек, от которого у обоих мурашки.

Конец ознакомительного фрагмента.