Глава 1. Начало

И я выхожу из пространства

В запущенный сад величин,

И мнимое рву постоянство

И самосогласье причин…

О. Э. Мандельштам

Маяк

Зайдя в маяк, я оказалась в темном помещении без окон, похожем на лабиринт с множеством развилок. Дверь, через которую я зашла, исчезла.

В моей памяти, словно что-то оборвалось. Я с трудом вспомнила, что было перед тем, как попала сюда.

Я стояла на берегу моря с закрытыми глазами, слышала шелест травы, неясный шум, крик чаек, и, почувствовав нежное лёгкое прикосновение ветра, открыла глаза…

Передо мной было лазурное море, пляж с белоснежным мелким песком, вдоль которого росла высокая зеленая трава. В небе парили чайки. Вдали виднелся белый маяк.

Всё казалось мне знакомым, хотя я не была здесь раньше. Это было дежавю.

Смотря на море, я попыталась вспомнить предшествующие события, которые привели меня сюда, но, окружающее пространство вызывало у меня необыкновенное чувство безмятежности и мои мысли улетели далеко в сторону от воспоминаний…

«В чём заключается смысл жизни? Есть ли у человека предназначение? Существуют ли в нашей Вселенной иные миры? Посещались ли древние цивилизации на нашей планете высокоразвитыми существами с других планет? Для чего мы существуем? Что такое человек? Продукт природной эволюции, животное, которое смогло обзавестись разумом и интеллектом, или, дух, материализованный по какому-то мистическому замыслу для конкретной цели?» – эти вопросы крутились в моей голове и мешали сосредоточиться.

Солнце ласково припекало. Я сняла обувь и пошла босиком по тёплому бархатному песку в сторону маяка.

Мне казалось, что я искала это место и должна была здесь оказаться, возможно, встретиться с кем-то, но, кроме меня здесь больше никого не было.

Вода в море ослепительно блестела, притягивая моё внимание. От неё веяло освежающим морским бризом.

«Мне нужно в маяк! Я здесь для этого!» – убедительная мысль назойливо крутилась в моём сознании.

Вокруг вдруг стало очень тихо. Птицы исчезли или я не заметила, когда они улетели. Пропали все звуки в пространстве: море больше не издавало шум, хотя волны продолжали перекатываться и выплескиваться на берег, трава колыхалась, но шелеста не было слышно.

«Такого в природе не бывает! Не может быть такой тишины!» – думала я, пытаясь не паниковать, а искать логическую причину этому явлению.

«Может это сон, похожий на реальность? Я, наверное, сплю!» – сказала я себе. Попыталась проснуться, но ничего не вышло. Всё было абсолютно реально! Я отчетливо всё чувствовала и осознавала.

Волны стали с большей силой выливаться на берег. Мой пульс участился в предчувствии опасности. Вскоре, вода неестественно быстро начала подниматься вверх, и вот, наступил момент, когда волна выплеснулась на берег, дотянувшись до моих колен. Мне стало страшно. Я инстинктивно отбежала от берега, но что-то заставляло меня оставаться на месте и продолжать наблюдать.

Следующая волна оказалась ещё выше. Пришедшая следом за ней, неожиданно поднялась до уровня моей головы и замерла на такой высоте, как живое, сознательное существо. На этом моменте, я поняла, что это место – настоящая реальность! Но, иная настоящая реальность!

Вода стояла передо мной, как змея, вставшая на дыбы. Кобры так себя ведут перед тем, как готовятся напасть на жертву.

Я стояла и смотрела на неё, пытаясь понять, чего она хочет от меня, и в это же время, удивлялась и восхищалась тому, что вижу. Я понимала, что передо мной самое настоящее живое сознательное существо, которое ещё несколько мгновений назад воспринималось мной как немая стихия, а сейчас эта субстанция вступает со мной в контакт.

Мне показалось, что она читала мои мысли. В этот миг она разбилась об песок возле моих ног. После этого новой волны долго не было видно.

Я поняла, что вода набирает силы, или, возможно, даёт мне шанс уйти, и мне лучше не стоять на месте, а бежать отсюда как можно скорее, ведь следующий поток будет сильней.

Пока я бежала в маяк, зеленая трава, растущая вдоль берега, начала чернеть и развеиваться по ветру пеплом. Хлопья пепла летали вокруг словно хлопья снега. Небо окрасилось в кроваво-красный цвет внезапно наступившим закатом.

Вдали появилась невероятных размеров волна, несущаяся со всей силой на меня – это было настоящее цунами. До маяка оставалось ещё несколько шагов. Я бежала со всех ног, как могла.

Небо ещё раз резко изменилось – теперь оно стало затянуто черными грозовыми тучами, и на меня обрушился ледяной ливень. Погода поменялась за секунду.

Я добежала до двери. Гигантская в высоту волна уже приблизилась ко мне. Ещё секунда – и меня захлестнуло бы и унесло в море. Но, я успела схватить за ручку, с некоторым усилием открыть дверь и забежать в маяк…

Так я оказалась внутри этого пространства…

Вдруг, послышались шаги позади меня. Я обернулась. Прямо передо мной появилась девушка, немного старше меня, с длинными черными волосами. Она была одета в костюм: брюки и кофта с капюшоном серебряного цвета, как и у меня.

– Что здесь происходит? – спросила девушка.

– Сама пытаюсь понять. – Спокойно ответила я. – А ты кто?

– Я… – растерянно стала отвечать она, – не знаю, точно…

В этот момент я осознала, что тоже плохо понимаю, кто я и откуда…

Настоящее время

Осеннее небо, затянутое тучами, смотрело через окна на посетителей небольшой старой кофейни «Адажио», расположившейся на окраине маленького городка.

В окне открывался вид на серые здания промышленных территорий, бесплодную серую землю, вечнозеленые ели и кедры, виднеющиеся за высоченным каменным забором, скрывающим территорию старого городского кладбища. На улице шел дождь.

В кафе за барной стойкой сидела девушка с русыми волосами и задумчиво смотрела в окно. Перед ней в кружке остывало кофе. На спинке её стула висела чёрная мокрая кожаная куртка.

Из служебного помещения, где была кухня, вышел бармен – высокий брюнет с короткой стрижкой. Его накаченные грудные мышцы и бицепсы были заметны под белой рубашкой, которая обтягивала силуэт.

Он смотрел на девушку, ожидая поймать её взгляд, но привлёк лишь взгляды новых посетителей. В этот момент в кафе зашла молодая парочка.

– Елизавета, твоё кофе остывает! – заботливо сказал бармен девушке. Она только сейчас заметила его.

– Спасибо, Влад! Я просто задумалась… – ответила Елизавета.

– Ничего! Со мной тоже такое бывает! Я хочу, чтобы ты выпила кофе, пока оно совсем не остыло. – Очаровательно улыбаясь, продолжил говорить Влад.

– Официант! – нетерпеливо выкрикнули новые посетители, смотря на бармена. – К нам кто-нибудь подойдет?

– Сейчас он придёт! – громко ответил бармен, продолжая смотреть на Елизавету.

Через секунду из служебной комнаты вышел молодой человек в белой рубашке и коричневом фартуке, похожий на студента. На его бейджике было написано «Официант: Кирилл». У него были длинные по плечи, не расчёсанные светлые волосы, скрывающие почти пол лица. Он убрал телефон в карман, очевидно, не досмотрев ролик, которым был увлечён больше, чем работой.

– Иду я! Иду! – отозвался почти нескрываемым недовольным тоном Кирилл, и очень медленно побрел к столику, где сидели в ожидании девушка с парнем.

– Зачем ты его взял? Кажется, он совсем не хочет работать. – Тихо спросила Елизавета у Влада.

– Куда деваться! – заулыбался он. – Это же мой младший брат. Надо приучать его к труду! Иначе, таким оболтусом и вырастет…

– Насколько я помню, он вовсе не оболтус. Кажется, он учиться на «отлично»?

– Да. Я совсем забыл, что мой брат – батан. Но, это не относится к тому, как он работает… – ответил Влад.

– Кстати, ты отлично вписался в роль бармена в этой белой рубашке! Но, кажется, некоторые посетители из-за неё приняли тебя за официанта! – сказала Елизавета. Это вызвало улыбку Влада. Он расправил плечи, и ткань на бицепсах немного затрещала.

– Я не ожидал, что мне придётся выйти сегодня за бармена! «Парадокс» попросил меня отпустить его сегодня на выходной, а «Винт» уехал подготавливать всё к фестивалю. Вот таким чудным образом сложились все обстоятельства сегодня… – объяснил Влад.

– К байк-фесту готовитесь?

– Да. Точнее, к закрытию сезона. Поедешь на него?

– Конечно! Только вот, кажется, мой «железный конь» не сможет меня туда отвезти. А когда будет?

– с 23 по 25 сентября. На счет байка, вообще не переживай! Оставь его у нас. Ребята посмотрят и всё тебе сделают!

– Спасибо. А это не слишком?

– Нет! Я говорю тебе, всё отлично! Мы всё сделаем к сроку!

– Начальник! Тут без вас никак! – крикнул Кирилл и виновато посмотрел на своего старшего брата.

Все в кафе оглянулись и удивились тому, что бармен подошел к столику, где возникла проблема. Никто не ожидал, что он был хозяином кафе.

– Что случилось? – спросил он повелительным тоном.

– Тут… Они, в смысле, посетители, хотят изменить основной ингредиент в блюде…

– Да. Нам-бы хотелось заказать вот это… – начала объяснять девушка и показала в меню пальцем, – но, можно заменить вот этот ингредиент на… У меня аллергия… – Сама тем временем, придвинулась чуть ближе к Владу.

– Конечно, для вас, всё, что угодно! – «поймав» взгляд девушки, ответил Влад и подмигнул ей, что не успел заметить её парень. – Кирилл, передай на кухню, скажи «Спец. заказ»!

Елизавета закрыла глаза на мгновенье, чтобы отстраниться от голосов и представила необычный сон, который видела сегодня. Там у неё были красные волосы и странная прическа: спереди каре, а сзади – длинные, закрывающие всю спину. Одета она была в серебряный костюм, который трудно отнести к определенному стилю одежды. Она находилась в каком-то странном месте, и всё было очень реалистично. Там был маяк, а потом она оказалась в тёмном тоннеле…

Золотое время

Профессор проснулся в самом лучшем настроении, какое только могло у него быть. Утро было прекрасным.

Ионизированный воздух в его квартире был наполнен желанием жить, создавать, делать открытия.

Ему было уже немало лет, но выглядел он замечательно. Его рыжие волосы почти все были покрыты сединой. Но усы и борода – из густых огненно-рыжих волос – его гордость, также, как в былые годы, великолепно смотрелись, отблескивая оттенками золота.

Ежедневные физические упражнения и любовь к зеленому чаю сохранила его фигуру и здоровье. Года, скорее, добавили ему даже большей мужественности и подчеркивали солидность. Он был весьма приятной наружности для противоположного пола, поэтому, у него и сейчас было много поклонниц.

Занятия йогой, поддерживающие здоровье на высоком уровне и молодость тела, были повсеместно популярны у людей подобного возраста и моложе. Многие его знакомые ровесницы и ровесники выглядели также. Был культ здоровья и долголетия на планете, некогда называющейся «зелёной», но ставшей впоследствии «серебряной».

Перед его глазами, которые были цвета стали, мир изменялся множество раз, постепенно, прокладывая путь в будущее, которое наконец-то настало. Его официально именовали «Золотое время», но, профессор помнил запрещенную в настоящие дни историю, по которой «Золотым временем» называли другую эпоху… Однако, об этом нельзя было даже думать теперь, ведь мысли читались…

Профессор, будучи истинным мастером психологии, идеально контролировал свои мысли и эмоции «снаружи», а также, имел в своём доме и в своём рабочем кабинете специальное электромагнитное оборудование, отражающее лучи, читающие мысли. Он мог его включать и отключать при необходимости в зависимости от ситуации.

Всё в квартире профессора было в футуристическом стиле. Сочетание синего сбелым в интерьере смотрелось очень эргономично, подчеркивая прогрессивность и безграничность человеческих возможностей, соответствующие современному миру с его темпом жизни, формами мышления и образами, во всём нестандартными и абсолютными.

В его квартире не было ничего лишнего – ни одного не нужного предмета мебели или вещи. Мебель была исключительно функциональна, при этом выполнена из высоко экологических материалов. В ней было много металлических деталей. Забота о здоровье стала первым принципом при создании мебели для повседневной жизни человека.

Спал он в капсуле быстрого высыпания, в которой за три-четыре часа полностью высыпаешься и восстанавливаешь организм. Она была предназначена не только для сна, но и для отдыха. В другое ото сна время капсула трансформировалась в удобный, «с памятью», диван. Он сам подстраивался под позу сидящего, создавая чувство высочайшего комфорта, выступая в качестве антистресса, а также имел дополнительные функции: кинотеатра (создавал эффекты, подстроившись под соответствующие звуки происходящего), массаж, погружение в медитацию (появлялись звуки природы и диван начинал немного раскачиваться, способствуя лучшему ощущению тела в состоянии невесомости).

Стол-трансформер имел несколько функций: соединялся с устройствами, изменял размер и форму, мог подогреть напиток, например, согреть забытую чашку с напитком или оставленную надолго тарелку с едой. Он регулировался по высоте, при помощи голосового программирования.

Галаграммоблок, выполняющий функции связи, показывал различные объемные и движущиеся изображения, заданные голосовой командой, и выступал в качестве телевизора, поиска по мировым информационным ресурсам любой информации которую тут же воспроизводил, а также собирающий и накапливающий нужную информацию виртуально. Но, в основном, профессор пользовался другой его функцией: виртуальным проектированием мыслей. Таким образом, он видел свои проекты и наблюдал их недоработки, вначале создавая виртуально тот или иной проект, а потом воспроизводил идеи в жизнь. Но, технологии и сейчас не были совершенны: нельзя было воспроизвести и проделать операции с мыслями о последнем измерении, хотя, его существование было уже подтверждено. Предыдущие измерения и межмирья показывались в виде геометрических абстрактно-пространственных моделей. Искусственный интеллект не мог объяснить воспроизводимые значения, но он мог оформлять математические функции с заданными значениями.

Другая мебель в квартире профессора была для приготовления и хранения еды: «мини-кафе». В этом деле профессор предпочитал модульную установку в едином комплекте, в которой было всё что нужно. Устройство, готовящее любую еду, само подбирало режим приготовления после введения в программу данных о продукте. В модульной установке было и замораживающе-охлаждающее хранилище, где находились сами продукты. Ну и конечно, утилизатор мусора – специальное устройство, уничтожающее любой бытовой отход, проанализировав состав и подобрав необходимый способ утилизации. Его профессор использовал редко, поскольку мусора практически не было. Эту проблему давно решили.

Профессор высоко ценил искусство. Он был большим любителем музыки, картин и скульптуры. Особенно любил и находил много вдохновения в сюрреализме. В его квартире было три картины, выполненные в этом жанре.

Его любимой картиной, не оставляющей равнодушным никого, кто её видел, была картина, висящая в центральной комнате, с изображением человека в очках, чьё лицо плохо различимо. Он был в классическом чёрном костюме прошлого времени, поверх которого был одет плащ. На голове была высокая шляпа-цилинд. В шляпе открывалась дверь, из которой выскакивал кролик и вылетали игральные карты – такая вот шутка или фокус.

«Мужчина, изображённый на картине, является фокусником или магом, умевшим открывать двери в другой мир или, всё дело в его волшебной шляпе?» – этот вопрос бесконечно крутился в голове у профессора, и составлял настоящую дилемму. Ведь, это было важно – магия была в фокуснике или магия в его шляпе. Профессор так и не смог прийти к однозначному ответу.

Фон этой картины был тоже не простой. Там были изображены различные взаимодействующие между собой несовместимые предметы, которые, однако, сливались в единую форму, представляющую собой что-то, что можно разглядывать хоть целую вечность, потому, что в этих изображениях можно было видеть разное, в зависимости от того, какое у человека сейчас настроение и о чём он думает. Своеобразный психоанализ самого себя и других, напоминающий старинный, до сих пор популярный и всемирно известный, основанный на рисунках, психологический тест Роршаха.

Профессор частенько спрашивал у знакомых, которые заходили к нему в гости о том, что они видят на этой картине и по их ответам понимал о них многое, но, свои наблюдения оставлял при себе. Он вообще был человек очень скрытный, загадочный и мало доверяющий кому-то из окружения, но, при этом известный, часто выступающий при большой публике и «видная фигура».

Проснувшись через три с половиной часа, как обычно, он встал из капсулы, и начал выполнять свой комплекс усовершенствованного Цигун, который давно доказал свою эффективность. Во многом благодаря нему средняя продолжительность жизни на планете увеличилась, и люди перестали болеть. Каждое утро начиналось с него.

Потом профессор снял с себя одежду, и пошёл освежиться под «Холодный огонь», который теперь заменял принятие ванны или душа.

Он прошел по широкому коридору из своей спальни в специальную комнату, предназначенную для очищения, стены которой были сделаны из прозрачного стекла. В этой комнате была только металлическая пластина на полу, на которую он встал и нажал кнопку включения на стене, после чего всё его тело окутало пламя. Оно находилось под напряжением переменного тока в 2,5 Вольт. Благодаря проводимости человеческой кожи, таким методом человек полностью становился чистым, гораздо более эффективно, чем когда-то от мыла с водой, избавляясь от всех микробов, при этом, также получал огромный заряд бодрости почти на круглые сутки.

После «Холодного огня», профессор вышел из дома и направился в кафе «Анафема», где любил подумать о далеком будущем, принимая неторопливым темпом витаминно-травяной коктейль, поддерживающий здоровье и укрепляющий иммунитет. Напиток напоминал сбитень – старинный горячий напиток, сваренный из пряностей и различных полезных трав с добавлением мёда.

Кафе «Анафема», сделанное в стиле сюрреализма, располагалась недалеко от дома профессора. В «Анафеме» традиционная футуристическая отделка помещения причудливо соединялась с объектами сюрреалистического стиля, создавая единый образ чего-то несопоставимого, что смотрелось довольно иронично, и, в тоже время, очень любопытно для взгляда. Игра форм и материалов оживляла и интриговала. Вот почему профессор так любил это место. В нём была особенность, «изюминка» – сочетание несочетаемого, гармония парадоксов, что поражало воображение и восхищало.