Дышать тобой

Аннотация

Марк и Мелания выросли в детском доме. У них никого нет, кроме друг друга. Когда они получают шанс начать новую жизнь в собственном доме, кажется, что все трудности позади. Но прошлое не отпускает, а будущее таит вопросы, на которые нет простых ответов. Что значит быть семьёй? Можно ли убежать от тьмы внутри себя? И сколько тайн скрывает обычный город, в котором они решили остаться?

Глава 1 — Корни

Мой двадцать второй день рождения. На год старше и мудрее. На год ближе к смерти.

Я усмехнулся своим мыслям, глядя в потолок.

Из кухни доносился запах яичницы. Мелания, конечно, встала раньше меня. Она всегда вставала раньше — даже в детском доме, даже в выходные, даже когда не нужно было никуда идти. Как будто боялась, что мир начнётся без неё.

Я спустился. Мелания стояла у плиты, помешивая что-то в сковородке и тихо напевая. Увидев меня, она обернулась и расплылась в улыбке.

— Доброе утро, братик! С днём рождения!

Она обняла меня, и я почувствовал запах её шампуня — цветочный, сладкий. Я обнял её в ответ, крепко, по-настоящему. Она засмеялась.

— Хватит меня душить, яичница сгорит!

Я отпустил её и сел за стол. Через минуту она поставила передо мной тарелку — аккуратно, с укропом, как в ресторане. Села напротив, подперев подбородок рукой, и смотрела, как я ем.

— Ну, как? Вкусно?

— Как всегда. Ты лучший повар на свете.

Она засветилась. Потом вдруг посерьёзнела.

— Марк... я тут подумала. Нам ведь нужно сфотографироваться. На память. Мы же теперь живём в своём доме, и у нас нет ни одного нового фото вместе.

Я посмотрел на неё. Она говорила это легко, но в глазах мелькнуло что-то другое — страх, что этот момент, это утро, этот дом исчезнут, если не запечатлеть их. Я кивнул.

— Давай. На днях.

Она улыбнулась — широко, открыто, той улыбкой, ради которой я готов был на всё. Ради которой я когда-то бросил наркотики. Ради которой я живу.

Мы с Меланией выросли в детском доме. У нас никого нет, кроме друг друга. Но когда я думаю о том, что нас связывает, я не называю это «любовью» или «привязанностью». Я называю это дыханием. Мы дышим друг другом. Без неё я не задыхаюсь — нет. Я просто перестаю дышать.

Мелания, моя сестра. Нежная, милая — но жизнь в детском доме сделала её сильнее, чем кажется. Она способна надрать задницу любому. Но для меня всегда будет хрупкой и беззащитной. Хотя в некоторые моменты именно она меня спасала.

Шесть лет назад мой лучший друг предложил мне таблетку. Наркотики, на которые его подсадили ребята постарше. В шестнадцать лет мозгов было мало. Я подсел. Три таблетки в день, месяц подряд. Мой разум был далёк от этого мира — я даже имя своё не мог сказать внятно.

Потом был передоз. Мелания нашла меня ночью, в собственной рвоте и крови. Позвала врачей. Две недели сидела в палате, пока меня откачивали. Когда я пришёл в себя, я увидел её лицо — заплаканное, измученное, но живое.

Я попытался обнять её, но тело не слушалось. Тридцать потерянных килограммов, ни одного рабочего мускула. Мелания видела, что я хочу обнять. Встала и, не отводя заплаканных глаз, сказала:

— Когда я увижу, что ты бросил эту хрень, я сама приду и обниму тебя. А до тех пор ты меня не увидишь.

Она вышла. Лишь мокрая от слёз часть постели напоминала, что она была рядом.

Спустя недели я встал на ноги. Ради одной цели — вернуть Меланию. Я забыл про наркотики. Начал заниматься спортом. Сначала не мог пробежать и пары метров. Но время шло, и я становился сильнее. Однажды утром я посмотрел на себя в зеркало и понял: я готов. Это была пятница. Я пришёл на наше поле. Мелания сидела под деревом.

Она встала и посмотрела мне в глаза. Потом прыгнула в мои объятия, и я почувствовал, как слёзы текут по моей груди. Счастье и грусть вместе. Слёзы брата и сестры.

— Я думала, что больше никогда не увижу тебя, — сказала она, подняв голову. — Ты предал меня. Ты хотел убить себя. А вместе с тобой умру и я. Но я вижу тебя. Тебя настоящего.

— Если ты уничтожишь себя, ты уничтожишь и меня. Если тебе безразлична твоя жизнь, подумай обо мне.

С того дня мы изменились. Повзрослели. Стали сильнее. Когда месяц назад детские дома выделили нам деньги на самостоятельную жизнь, мы с сестрой стали самыми счастливыми. Теперь у нас есть дом. Есть друг друга. И этого достаточно.

Но она всегда будет для меня хрупкой и беззащитной.

Хотя в некоторые моменты именно она меня спасала.

Да, я помню один из этих случаев.

Шесть лет назад мой лучший друг предложил мне попробовать таблетку. Как оказалось, это были наркотики, на которые его подсадили ребята постарше. И, естественно, в шестнадцать лет у меня было мало мозгов. Соответственно, я подсел на эти наркотики.

В течение месяца я принимал минимум три таблетки в день. Мой разум был далёк от этого мира. Я даже не мог сказать своего имени внятно.

Наверное, я должен был умереть.

Но мой ангел, по совместительству моя сестра, решила, что я всё же нужен ей.

Случилось это следующим образом.

Каждую пятницу я и Мелания встречались на этом поле. Мы проводили целый день, сидя под этим деревом. Я и Мелания приносили что-нибудь поесть — кто что мог утащить с кухни. А так как наши детские дома были разными — для мальчиков и для девочек, — наша еда всегда отличалась. Как ни странно, мальчиков кормили лучше.

Мы накрывали покрывала, раскладывали еду и общались весь день. Вечером я доставал книгу, которую брал в библиотеке, и читал ей вслух. Ближе к ночи Мелания засыпала на моих ногах. Я осторожно закрывал книгу и собирал всё, что мы взяли. Затем я брал свою сестрёнку на руки и нёс её обратно в детский дом.

И так было каждую пятницу.

Я с нетерпением ждал этого дня. После всей боли и нервов, что я испытывал в течение недели, встреча с сестрой была наслаждением. Я изливал ей свою душу — и становился самым счастливым человеком. Мелания, в свою очередь, любила слушать и успокаивать меня, гладя при этом по голове.

Но бывали моменты, когда сестрёнка приходила и я видел боль и печаль на её лице. В такие дни она ложилась на меня и молча плакала. После чего я выслушивал всю ту боль, что она испытала.

Благодаря ей я стал тем, кем я являюсь. Спокойным и хладнокровным мужчиной. Но, наверное, во мне есть и добро, как говорит Мелания. Сестрёнка говорит, что я самый добрый в этом мире. Просто я этого ещё не осознал.

Возможно…

Но всего этого не было бы, если бы не она.

В тот момент, когда я принимал наркотики, я пропустил три недели. Соответственно, я не видел свою сестру три пятницы кряду.

Мелания была чрезвычайно напугана.

И вот однажды ночью она пробралась в мою комнату. Я был один — ребята в тот момент ушли на какую-то вечеринку.

Я лежал в собственной рвоте и крови. У меня был передоз.

Мелания нашла меня и позвала врачей.

Только благодаря её заботе и любви я до сих пор жив.

Каждый день в течение пары недель она сидела в моей палате, где меня откачивали после передозировки. И когда я смог прийти в себя, я первым делом увидел её лицо.

Она молча смотрела на меня и плакала.

Я заплакал вместе с ней. Я попытался обнять её, но моё тело меня не слушалось. Из-за наркотиков я потерял тридцать килограммов и не мог двигаться.

Мелания видела, что я хотел её обнять. В ответ она лишь встала и, не отводя заплаканных глаз от меня, сказала:

— Когда я увижу, что ты бросил эту хрень, я сама приду и обниму тебя. А до тех пор ты меня не увидишь.

Она молча повернулась и вышла. Лишь мокрая от её слез часть постели напоминала о том, что Мелания была рядом со мной.

В тот момент я мог лишь заплакать. Я так и поступил.

Затем моё сознание вновь покинуло меня.

Спустя недели я смог встать на ноги. И встал я лишь ради одной цели — вернуть Меланию.

Я забыл, что такое наркотики и прочая дрянь. Я поклялся, что больше этого не будет в моей жизни. Я начал заниматься спортом. Первое время я не мог пробежать и пары метров. Но время шло. И я становился сильнее.

Однажды утром я проснулся и посмотрел на себя в зеркало. Я понял, что я готов.

Это была пятница.

Я тайно покинул территорию детского дома и пришёл на это же поле.

Мелания сидела под деревом.

Я медленно подошёл к ней.

Она встала и посмотрела мне в глаза.

Долгая пауза повисла между нами.

Затем сестрёнка прыгнула в мои объятия. Я почувствовал, как струйки слёз текут по моей груди. Это была смесь эмоций счастья и грусти. Это были слёзы брата и сестры.

Мелания подняла голову от моей груди и посмотрела мне в глаза:

— Я думала, что больше никогда не увижу тебя. Но врачи сказали, что ты поправишься. Но после этого мне стало ещё больнее. В тот момент я поняла, что ты предал меня. Ты хотел убить себя. А вместе с тобой умру и я.

Её голос дрожал, но она продолжала:

— Я решила, что увижу тебя, только если ты станешь прежним. С чистой душой и добрым сердцем. Всё это время, что тебя не было, я медленно умирала. Я думала, что если сегодня я не увижу тебя, то больше мы никогда не увидимся. Но я вижу тебя. Тебя настоящего.

Она замолчала на мгновение, всматриваясь в моё лицо.

— Не говори ничего, я знаю, что ты больше никогда не поступишь так со мной. И в первую очередь, ты не поступишь так с собой. Но знай, ты — это самая важная часть моей жизни. Если ты уничтожишь себя, ты уничтожишь и меня. Если тебе безразлична твоя жизнь, подумай обо мне. Я знаю, ты любишь меня.

В её глазах стояли слёзы, но голос стал твёрже.

— Но я всегда буду любить тебя сильнее.

С того дня мы оба изменились. Мы повзрослели. Мы стали сильнее.

Прошло несколько лет. Я и Мелания стали одним целым.

Поэтому, когда месяц назад детские дома выделили нам деньги на самостоятельное существование, мы с сестрой стали самыми счастливыми. Теперь мы можем жить, рассчитывая только на себя.

Мы с Меланией снимаем дом.

Я самый счастливый человек на земле теперь!

У меня есть всё: любимая сестра и свой дом.

Правда, детский дом будет обеспечивать нас только первые три месяца. За это время я должен найти работу.

Да, я запретил сестре работать. Я буду обеспечивать её до конца своей жизни. Хотя я сомневаюсь, что она меня послушается. Моя маленькая сестрёнка точно найдёт какую-то работу, даже в тайне от меня.

Но помимо работы я обязан получить образование. Потому я должен поступить в тот же колледж, что и Мелания.

Но это всё мелочи жизни.

Наша жизнь только начинается!