– Мне очень жаль, Эм, – сказал Коллинз, и по его голосу я слышала, что ему и правда жаль.
– Ага, – прошептала я, не решаясь сказать больше, потому что мой голос наверняка меня подвел бы и я бы разрыдалась прямо в трубку. Теперь было совершенно ясно, что поддержки мне ждать неоткуда и на мою сторону не встанет никто. – Ну, пока. Хорошего вечера.
– Спасибо, – ответил он и добавил с ноткой теплоты и заботы: – Береги там себя, ладно?