Мы строим планы, привыкаем к стабильности и убеждаем себя, что готовы ко всему. Но жизнь умеет удивлять: в какой‑то момент происходит то, чего совсем не ждёшь, – и всё мгновенно меняется, словно мир переворачивается вверх дном.

***

– Мама, ну я же сказала тебе: я не хочу это платье, – говорит Анна, нервно ходя по квартире. Ещё пару недель назад она летала в облаках и чувствовала себя самой счастливой на свете, пока дело не подошло к подготовке свадьбы.

– Почему оно тебе не нравится? Тебе так идёт, ты в нём словно принцесса, – настойчиво говорит мама, уже представляя, как её дочь выходит в пышном белом платье и покоряет всех родственников своей красотой.

– Ага, принцесса, которая будет застревать в каждом проходе. Оно такое огромное, что под подолом можно спрятать целый стол. Я хочу то кремовое, в пол! Какое же оно лёгкое и воздушное, – последнюю фразу мечтательно произносит Анна, садясь за стол и хватая со стола печенье.

Прозрачное тонкое кружево в верхней части, утончённое декольте, подчёркивающее шею и плечи, спина, украшенная пайетками и стразами, – всё это заставляло её сердечко трепетать от предвкушения: как отреагирует будущий муж на такую красоту? «Главное – не забыть нашатырный спирт: он точно в обморок упадёт», – думала про себя Анна.

– Я сказала нет! Это сплошная вульгарщина, ты похожа в нём на девушку лёгкого поведения. Я вся со стыда сгорю перед родственниками!

– Ма‑а‑ам, опять ты начинаешь! – надкусанное печенье с размаху летит обратно в корзинку со сладостями. – Почему я не могу надеть то, что мне нравится? Ты говоришь так, будто я собралась выходить замуж в нижнем белье!

– Не смей кричать на маму!

И пока они снова продолжают этот бессмысленный спор, который, как всегда, завершится чьей‑то разбитой посудой, в квартире жениха разгорается другой, не менее драматичный сценарий.

– Сынок, одумайся! Мы многое с отцом тебе спускали с рук, но только не в этот раз! Мы не одобряем этот брак! – говорит мама, стоя у раковины и пытаясь оттереть уже и без того чистую кастрюлю.

– Ты говорила, что тебе нравится Анна, так что изменилось сейчас? – Виктор, сидя за столом, раздражённо размешивает сахар в кружке. Когда он делал предложение Анне, даже подумать не мог, что родители так воспримут эту новость.

– Нравилась? Это громко сказано. Я просто была вежлива. Я думала, ты погуляешь немного с ней, повстречаешься чуть‑чуть, успокоишься и помиришься с нашей девочкой.

– С «нашей девочкой»? Ты в своём уме? Может, ты забыла – видимо, да, – но «ваша девочка» изменила мне!

– Сам виноват! Нужно было больше ей внимания уделять, а ты всё время на работе был. Даже цветы не на все праздники дарил! С чего вообще вздумал жениться? Ты ещё такой молодой.

– Мама, да забудь наконец о ней! Я женюсь на Анне, и это не обсуждается! Я люблю её.

– Как полюбил, так и разлюбишь! – Отложив в сторону до блеска отполированную кастрюлю, она поворачивается к нему. – Знаешь, милый мой Виктор, что соседки про твою невесту говорят?

– Что говорят? – Со вздохом еле слышно произносит он, глядя на кружку. И вроде бы хочется выпить, но в горле заметно ощущается подступивший ком от маминых нравоучений.

– А вот что и говорят! Сама тебе лапшу на уши вешает, белую и пушистую овечку из себя строит, а сама вон у подъездов со всеми зажимается за деньги и подарки. Нет, я тебя ей не отдам! Только через мой труп! – Не увидев на себе взгляда сына, она обиженно отвернулась, и снова в ход пошла несчастная кастрюля.

– Мама, ты хоть понимаешь, что за бред ты несёшь?

– Мне Виктория всё рассказала. Она видела твою благоверную с каким‑то пройдохой – он ей браслет на руку надевал.

После услышанного Виктор впервые за разговор поднял взгляд на маму. Эти слова дёрнули за нужные ниточки.

– Когда она её видела? – Безэмоционально спросил он. Хоть любопытство и брало верх, показывать этого нельзя было – нельзя дать понять, что победа на её стороне.

– Неделю назад. Сынок, я хочу для тебя только счастья, а твоя Анна даже в квартире нормально убраться не может – работа, как же…

– Всё, я больше не могу…

Виктор услышал всё, что хотел. Дальше оставаться не было смысла: он знал, что его вспыльчивый характер может привести к ещё большим проблемам и ссоре с мамой. Сейчас хотелось только одного – побыть одному и немного подумать.

Быстро сбежав по лестнице, он направился к машине. Браслет… Тот самый золотистый браслет, подаренный Анне неделю назад, никак не выходил из головы. Увидев на руке невесты эту безделушку, Виктор задавался единственным вопросом: кто же его подарил? Анна ответила сразу, что подарок от подруги, купленный в отпуске. Он стоил дешевле, чем самый обычный магнит, поэтому выбор пал на него. Тогда Виктор поверил её словам без колебаний – они звучали так искренне.

Но сейчас всё кажется хорошо отрепетированной сценкой, призванной и дальше играть с ним в любовь и вешать лапшу.

Он сел в машину, громко хлопнув дверью, и ударил по рулю. Накатывающая злость от произошедшего мешала мыслить здраво, и в голове проносилась только одна фраза: «Она врёт мне». Осталось только решить, было это утверждением или вопросом.

Сейчас бы приехать к Анне, сесть с ней вдвоём и поговорить по душам, разобраться во всём, но, видимо, Виктор был ещё слишком юным в свои двадцать пять, чтобы это понять. Для него было проще пойти другим путём – более сомнительным, но, по его мнению, единственно верным. Поэтому, недолго думая, он набрал номер своего некогда лучшего друга.

Анна не врала: это был действительно подарок от подруги. Просто после отпуска она была так занята на работе, что решила передать его через своего молодого человека, не дожидаясь встречи. Но кому теперь нужны эти объяснения?

Тем временем, пока Виктор вёл самую нежеланную для него беседу, в квартире Анны усердно шла уборка – это свидетельствовало об окончании разговора с мамой. В этот раз в ход пошла любимая кружка, подаренная коллегами на день рождения. Глядя на разлетевшиеся осколки, Анна всё больше понимала, что нужно купить ещё посуды: иначе ещё пара дней таких горячих бесед – и ей придётся пить чай сразу из чайника.

Убрав беспорядок, она заварила себе такой противный, но такой нужный сейчас чай с ромашкой и села на диван.

Анна не ждала предложения так быстро: они с Виктором встречались всего год и даже ещё не жили вместе. Да, они оставались друг у друга на ночь, но это было совсем другое – короткие уютные моменты, после которых каждый возвращался в свой привычный мир, к своим привычкам и распорядку.

Они часто виделись, ходили на свидания, им было комфортно друг с другом: не нужно было притворяться кем‑то другим, не нужно было врать. В этом и заключалась главная ловушка: ощущение абсолютной естественности отношений создавало иллюзию, будто они уже прошли все испытания, будто их союз давно проверен временем. Возможно, именно это обманчивое чувство любви и подтолкнуло их к такому необдуманному решению вступить в брак.

За час чай с ромашкой подействовал на Анну, как всегда, лучшим образом: она успокоилась и ощутила полное умиротворение, будто никаких проблем нет и никогда не было. На губах появилась лёгкая улыбка, плечи расслабились, а тяжесть, давившая на грудь, наконец отступила. Но стоило немного отвести взгляд в сторону, как на глаза попался осколок, нагло лежавший под столом и напоминавший о текущей реальности.

– Да чтоб тебя… – тихо бормотала Анна, вставая с дивана и уже собираясь идти снова за пылесосом, как раздался звонок в дверь. – Кого ещё принесло? Виктор же у родителей.

Она аккуратно подошла и посмотрела в глазок. В подъезде стоял высокий мужчина с большим букетом.

– Вы к кому?

– Курьер, доставка.

Не успела Анна открыть дверь, как он протянул ей цветы через проём и шустро убежал, даже не дав спросить, кто отправитель.

Закрыв дверь, она прошла в комнату и принялась разглядывать букет.

– От кого же вы? – Ей было очень любопытно: Виктор не дарил красные розы, тем более в таком количестве, а их там было явно больше двадцати. – Нашла! – Маленький конверт был прикреплён степлером с внутренней стороны. Оторвав его, она положила цветы, села на диван и принялась читать сообщение.

«Анна, прости меня. Я был идиотом, когда отпустил тебя. Теперь я понимаю, что потерял самое важное. Я скучаю и люблю тебя. Если ты готова дать мне второй шанс, я сделаю всё, чтобы не разочаровать тебя снова. С любовью, твой Даниэль».