Отзывы на книги автора «Милорад Павич»

Любовь — это дорога к солнцу,
вымощенная острыми жемчужными раковинами,
по которым ты должен идти босиком.

М.Чюрленис

– И что с ним было в конце? Он доплыл?

– Читай, увидишь… Не доплыл. Говорят, что брат Геро зажег фонарь на мачте лодки и этим светом заманил Леандра в открытое море, а потом погасил фонарь. И вернулся на берег, оставив Леандра тонуть в темноте, далеко-далеко от Геро.

Как написано

Это не текст, это произведение искусства. И песня, и танец, и картина одновременно. В какой-то момент восхищение настолько переполнило меня, что я подумала: «Каким же человеком нужно быть, чтобы так писать?»

Как рассказано

Честно скажу, меня сюда привлекло не имя писателя и не аннотация, а особенность книги — ее можно читать с любой стороны. Должна признаться, что даже толком не знала, о чем книга, перед тем как открыть первую страницу.

Начала я со стороны о прошлом. Никогда ничего не курила, но если бы курила, именно так это и ощущалось бы. Я словно находилась в каком-то дурмане. Вроде здесь, а вроде и где-то далеко.

Между двумя половинами книги я думала, что выберу первую, она была мне более понятна. Но вторая часть раскрылась к концу так… как я не могла ожидать.

История вроде написана понятными мне буквами, которые складывались в такие же понятные слова, а затем и в предложения, но оставляли больше вопросов, чем ответов. Здесь однозначно есть над чем поразмыслить.

Как показано

Книга открыла предо мной столько путей, что, прочитав её, я до сих пор не понимаю, какой из них мне следовало выбрать. Тот, что о жизни? О смерти? О времени? О людях? Или ни один из них? Поэтому решила не выбирать, а остаться на развилке и до следующей встречи с этой историей представлять и смаковать возможности, которые сулили мне эти дороги.

Подводя итоги, история, полная образов, что понятны и непонятны одновременно, четыре с половиной из пяти.

Они гадали на таро,
С волненьем карты раскрывали
И свои судьбы доверяли
Гаданью, что как мир старо.

Из чувства справедливости, должна заметить, что оценку я поставила не только автору - новатору и человеку, обладающим воистину волшебной властью подчинить сознание читателя, да что там, он порабощает своим творчеством ещё и все чувства.
А талант человека, озвучившего книгу-загадку, книгу-головоломку, давно признан. Его имя стало знаком качества, отдельной рекомендацией.
И все-таки...в очередной раз Сергей Чонишвили делает нечто невообразимое, проживает, пропускает через себя, проговаривает, добавляет заряда и оживляет слово. Моё восхищение работой этого человека столь велико, что переходит в чувство священного трепета. Безусловно, чтец понимает нечто, гораздо большее, что можно увидеть в чёрных буквицах на белоснежные листах...

Не понимаю, не знаю и никогда не стану разгадывать тайну гадания на Таро...
Потому единственный доступный для меня способ чтения "Последней любви..." простой линейный, а вот для знатоков увлекательно будет пройти этот путь ещё, как минимум, три раза, в соответствии с указанными способами гадания - Магический крест, Большая Триада, Кельтский крест. А, возможно, есть ещё не один - исключительно для адептов. Мне же хватило единственного из доступных, чтобы понять силу таланта, затейливость фантазии и вечную тягу к эксперименту.
Да, иногда форма произведения главенствует над сюжетом. Но какая это форма!

О логике сюжета...
Тонкая игра, вызов - герои встречаются и расстаются на ваших глазах, под мерный шорох карт испытывают радость побед и горечь поражений в военных походах и в любовных делах, сеть из таинственных предзнаменований и не менее загадочных мотивов, как покров укутывает то, что непостоянно и лишь скользит по канве сюжета. И это несмотря на то, что главные герои присутствуют в каждой из истории, представляя два противоборствующих лагеря - Опуичей и Калоперовичией. Хотя противоборствующими называть их не совсем корректно - они скорее притягиваются друг к другу, совершенно необьяснимыми мистически заряженными силами, как два разнозначных магнитных полюса.
Героев повествования так и тянет разделить на две группы не только по чувствам, которые они испытывают, либо совсем даже нет, друг к другу. Мужские представители семей - это отпрыски героев-победителей и героев поколения «проигравших», тщательно и неоднократно подчеркиваемая черта для объяснения предназначения и рока, тяготеющего над ними. Война, битвы которой можно легко опознать по датам и названиям полей сражения, в то же время субъективная и постоянная величина - не только как реальность, но и как единоборство с одиночеством, со смертью и, возможно, как желание выиграть какую то другую долю для себя.

О тайне...
Софроний Опуич - главный носитель, но не единственный. Каждый из героев причастен к неизведанной, много значительной и разноплановой загадке. А тот кто все же рискнул взять в руки колоду и разложить карты одним из предложенных способов, натолкнувшись на тайну Софрония, примерит её на себя...

Он носил в себе с самого детства хорошо запрятанную большую тайну

Два чувства сопровождают её - боль и голод.

Все это походило на легкий голод, который, как боль, сворачивается под сердцем, или на легкую боль, которая пробуждается в душе, подобно голоду...Это какая-то маленькая боль под сердцем, которая плачет, как слабый голод. Или, лучше сказать, слабый голод, который ищет боль.

Гадание искусно связано с тайной, та , в свою очередь, опора для человеческого стремления к счастью, а счастье, понятие столь эфемерное, симбиоз различных составляющих, в совершенно непредсказуемой последовательности.
И тем ни менее, всегда есть место для любви и для славы.
И человеку важны мудрость и обязательное наличие других людей, чтобы страх одиночества не сломал их. И необходима разгадка для секретов, чтобы иногда побеждать смерть.
Независимо от того какой путь вы выберете - от начала последовательно к финальной главе...или рискнете раскинуть свою вариацию - в любом случае вы почувствуете себя соавтором, окажитесь на грани двух миров, испытаете трепет причастности к развитию и исходу.

Сон сочиняет лица, имена,
Мешает с былью пестрые виденья,
Как волны подо льдом, под сводом сна
Бессонное живёт воображенье.
(С.Я. Маршак)

Еще один роман Павича перечитан и снова восторг! Восторг от текучего сюжета, который подобен матрешке: откроешь первую — современный Париж, откроешь вторую — деревенька на берегу Дуная 15 века, еще одну и вот он конец 20 с его бессмысленными и беспощадными войнами, с лицемерной улыбкой на хищной морде говорящий о "миротворческих" бомбежках...

Шесть матрешек, шесть историй, по которым путешествует одна душа, меняя национальность, пол, возраст, знак зодиака, язык и время обитания. Неизменными остаются две вещи: любовь и война. Что за странная противоестественная связь? Почему они остаются вне времени и пространства? Неужели это две бесконечные тяги? Почему бы нам не ограничиться лишь одной? Века сменяют один другой, поколения сменяют одно другое, а война все идет... Человечество ни чему не учится, а лишь изобретает оружие все мощнее и страшнее. Знаете, наверное странно приводить в рецензии на Павича цитату из голливудского боевика, но как же она сюда в тему!

-Мы обречены, да? Я имею ввиду людей.
-В вашей природе заложено убивать друг друга.
(из фильма "Терминатор 2")

«Звездная Мантия» поднимает те же темы, что и "Ящик для письменных принадлежностей", но там для меня на первый план выходила все же любовь, здесь привкус войны сильнее, горечь автора ощутимее, послевкусие несколько другое. Павич заканчивает свою историю многоточием, а не точкой, но вовлекает читателя в игру. Минотай, живущий в эпицентре бомбежек НАТО забыл имя своей возлюбленной, не любовь теперь правит его жизнью, а ненависть.

Его глаза вдруг постарели. В них не страх, а ненависть. Ненависть к будущему. Любовь Минотая сделалась пористой и стала пропускать общую ненависть к будущему, которая воцарилась на троне ежевечернего страха перед будущим. Я, его возлюбленная, все еще обращена к любви, но любовь – это вечное завтра, и поэтому мы все больше расходимся. В его ненависти к будущему нет места для любви, а значит, нет места для меня в этой любви.

Лекарство есть (хотя бы в книге оно есть, а было ли оно у очевидцев тех событий?..) и вот уже вместе с Минотаем я разгадываю, вспоминаю имя его возлюбленной, убираю лишние буквы из сна, чтобы сложить мозаику и произнести его. Чтобы кошмар закончился, чтобы у людей опять появилось будущее! Так хочется в это верить! Но оглядываешься вокруг, включаешь любой новостной канал и надежды на счастливый конец для нас, для человечества все меньше и меньше...

Помимо самих историй несомненный восторг вызывает язык, тот случай, когда текст романа одна сплошная цитата, выписывать, запоминать, наслаждаться, произнося вслух и чувствуя привкус на кончике языка. Красиво о страшном, чувственно о неосязаемом... Снова смешиваются на страницах романа не только слова, но и запахи, вкусы, музыка и ощущения. Снова гипертекст Павича оставил меня в полной прострации. Прочитала за пару часов, а весь последующий день так и не смогла открыть новую книгу. Видимо, все еще жду, что мне приснится место, где есть водопад, текущий с земли на небо, а под ручьем можно пройти как под мостом.

Сны, образы, зодиакальные знаки, тонкая грань настоящего и мистического, осязаемого всеми органами чувств и ощущаемого лишь подсознанием, перерождение и смерть, прошлое и будущее... все смешалось в этом романе и это прекрасно, скажу я вам!

Дальше...

Самая странная книга
Милорд Павич считается создателем нелинейной прозы. Сербский писатель и поэт.
В предисловии к роману "Внутренняя сторона ветра", автор предупреждает, что у романа два начала, с каждой стороны книги. Читатель сам выбирает, начнет он с истории Геро или Леандра. Неизменно одно, роман заканчивается ровно посередине, где встречаются два героя. Я начала читать с конца, то есть со стороны Геро, и опять же, автор говорил, что начав именно с этой части, у читателя будет иное представление, чем у тех, кто начнет с Леандра.
Роман-метафора. Роман-загадка. Он сложный и глубокий. Если меня спросить, о чем он, мне будет сложно ответить, потому что каждый тут найдет что-то своё. История начинается неожиданно, ощущение, что ты читаешь с середины, и ровно так же неожиданно она и заканчивается. Книга по объему очень маленькая, но я не знаю как автор смог такой глубокий смысл в нее заложить. Умозаключения, которые дурманят, окутывают своим волшебством. И еще, автор пишет, чтобы понять роман, его нужно прочитать полтора раза. Кажется, я буду перечитывать. Это гениально. Вы попадете в две параллельные вселенные, которые пересекутся ровно в двенадцать часов и пять минут.
Вот просто вдумайтесь в фразу: "Внутренняя сторона ветра та, которая остаётся сухой, когда ветер дует сквозь дождь".
Я советую эту книгу только искушённым читателям, тем, кто любит смаковать философские мысли, кто разбирает цитаты и ловит в них смысл. А так же тем, кто любит магический реализм.
Как говорят, у девушки маст-хэв в  гордеробе маленькое чёрное платье, так вот, кроме этого, должна быть "Маленькая книга с глубоким смыслом".
Павич, до новых встреч!

«Хазарский словарь» – одно из самых модных произведений конца 20го, начала 21го века, громкий дебют сербского писателя Милорада Павича. Когда меня спрашивают, какое из произведений автора мне нравится больше всего, – чаще всего называю «Ящик для письменных принадлежностей» , сказывается женское любопытство и любовь покопаться в истории мелких безделушек; но самым продуманной и интересной по сюжету я признаю именно эту книгу.

Как рассказывал Павич в одном своем интервью: «Хазарский словарь» можно читать как "метафору всякого малого народа, чью судьбу определяет борьба высших сил. Малые народы, такие как мы, сербы, всегда под угрозой чуждых ему идеологий".»* Центральная тема – выбор религии для своей страны хазарским каганом (правителем), вокруг этого переплетается множество полуреальных-полумифических историй других персонажей, которые повлияли на принятое решение. При этом взглядов на вопрос столько же, сколько религий участвовало в споре, им соответствует деление на три источника:

•Красная книга –христианские;
•Зеленая книга – исламские;
•Желтая книга – еврейские – любимая, большая часть посвящена историям ловцов снов.

Исполнение – вполне в духе Павича: появляется чувство, что постигаешь нечто глубокое, при этом что-то вечно ускользает – возникает желание вновь приняться за дело, но по-иному (здесь читателю дается полная свобода), однако, как правило, те, кто за это берется, бывают сильно разочарованы. Я решила не повторять чужих ошибок и довольствоваться тем приятным впечатлением, которое остается после того, как все кусочки пазла сложились воедино и вылились в неоднозначный финал, оставляя богатую почву для размышлений.

«Каждый читатель сам сложит свою книгу в одно целое, как в игре домино или карты, и получит от этого словаря, как от зеркала, столько, сколько в него вложит, потому что от истины – как пишется на одной из следующих страниц – нельзя получить больше, чем вы в неё вложили.»

Что мне понравилось больше всего – написано всё с юмором, иногда писатель по-доброму поддразнивает книжных червей. У произведения есть две версии, мужская и женская, которые отличаются одним абзацем. «Дело в том, что мужчина ощущает мир вне самого себя, а женщина носит вселенную внутри себя».* Уверена, что на пике популярности книги, людям действительно удавалось встречаться в назначенном Павичем месте, чтобы сравнить свои экземпляры и раскрыть эту загадку. Сейчас это вряд ли возможно, но сама смелая мысль всё же греет и радует. Если что – мне в своё время досталась мужская :)

*Википедия

Ох, и сложно написать даже не рецензию, хотя бы небольшой отзыв на эту чарующую книгу, полную скрытых смыслов, красивейшего текста и интересной, но старой, как мир, истории.

Хотя меня книга и захватила буквально с первых слов, с первых страниц и унесла в свой удивительный мир, но я понимаю, что она может с одинаковой долей вероятности и оттолкнуть, и заворожить. Помимо того, что это магический реализм, в отношении которого не все дышат ровно, он еще и в антураже постмодернистского текста, одной из особенностей которого является

автор постмодернистского произведения избегает, нередко в игровой форме, саму возможность смысла, а его роман часто является пародией этого поиска. Постмодернистские писатели ставят случайность выше таланта, а при помощи самопародирования и метапрозы ставят под сомнение авторитет и власть автора.

И вот если взять это определение за основу и не подходить к тексту с обычной меркой, а попытаться открыть в себе третий глаз, тогда, возможно и третья туфля в романе не будет смущать и вопрос по поводу : Не жмет ли тебе туфля на правой ноге ? не только не покажется смешным и нелепым здесь, а идеально впишется в контекст.

С самого начала на неподготовленного читателя обрушивается лавина кажущегося поначалу мудреного текста, до краёв насыщенного эпитетами, изобилующего сравнениями, метафорами и другими литературными средствами выразительности, что он получается такой плотный плотный в своей необычной красоте, в котором живут, воюют, любят, ненавидят и ищут родственников и свое место в этом бушующем мире Опуичи, Калоперовичи и Тенецкие. Их как запомнить сложно по отдельности, так и соотнести по ходу текста кто кому кем и когда приходится. Поэтому нужно просто все отпустить, позволить тексту влиться в твою душу, мозг и завладеть твоими мыслями. И тогда вся история не оставит равнодушным, надеюсь.

Потому что иначе , если вдумываться в каждое слово и искать в нем явный и потаённый смысл, можно за этим занятием упустить и саму историю, напоминающую одновременно и сказку, и быль, и легенды с поверьями. И помнить Сказка -ложь, да в ней намёк...

И в качестве бонуса от автора , предлагается еще и погадать на картах Таро, которые играют немаловажную роль в произведении и выбрать один из двух способов для прочтения : линейный, привычный нам или положиться на Судьбу, довериться случаю. И тогда чтение этого небольшого, но такого увлекательного романа, который хочется растащить на цитаты, будет зависеть от того, как карта ляжет..

Советовать никому не могу, по причинам, озвученным выше, но сама однозначно продолжу знакомство с автором, который прям полюбился в надежде, что и другие его книги будут такие-же чудесно-сказочные, таящие в себе загадки, состоящие из множества слоев, которые так увлекательно и заманчиво открывать раз за разом.

...No, you can't go back to Constantinople
(c)

Полная противоположность от прочитанного до это Пелевина — смысл остался в тумане, но зато стиль волшебный. Язык завораживает как при колдовстве. Хочется смотреть в рот рассказчику и слушать, слушать, не переставая. Какие-то просто стихи в прозе — чудесные метафоры, образы, аллегории. Текст очень афористичен, лаконичен, но при этом изобилует словесными кружевами и завитушками.

---
Эта повесть — гимн символизму. Впрочем, что ещё ожидать от повести где каждая из двадцати двух глав иллюстрирует ключ к соответствующей карте Таро? Остаётся только гадать, что же имел в виду автор.

Объясняя в послесловии смысл Таро, автор подчеркивает, что важна не только раскрывшаяся карта, но и то как она легла. Сторона, которой она повернута может полностью перевернуть и её значение. Так же и сам текст, где автор будто бы перетасовал словарь и из нескольких вслепую раскрытых слов составил свои чарующие предложения, полные тайных (для меня) смыслов.

Наверное, не будет ошибкой сказать, что повесть написана в жанре магического реализма (или магического символизма, если такое есть). Но в отличие от Маркеса или, и того хуже, Курниавана, мистика здесь вполне элегантная и не только не отталкивает, но даже наоборот.

Согласно Павичу, в жизни есть поколения победителей и побежденных. Дети поколения побежденных становятся победителями, поскольку им нужно рано повзрослеть и отомстить, тогда как дети поколения победителей становятся поколением побежденных, поскольку они всегда в тени своих отцов. И вот жизни двух поколений двух больших семей — сербы Обуичи и австрийцы Тенецкие тесно переплетены. Слишком тесно. Они пытаются убить друг друга на поле брани и влюбляются за его пределами. Но кто же из них будет победителем, а кто побежденным? Как ляжет карта.

Не могу утверждать наверняка, но похоже, что это книга о любви (запретной, невозможной, неосознанной, роковой, кровосмесительной и много ещё какой), о ненависти, о войне, о судьбе, о таких разных, но всегда сложных отношениях между родителями и детьми.

Автор утверждает, что читать главы можно в любом порядке, выбирая следующую как карту из колоды. Ну, не знаю. По-моему, там совершенно четкий конец и было бы нелепо окажись он вначале или посередине. Разве что перетасовать только первые или средние главы? В общем, для меня чтение этого произведения уже стало экспериментом, и читать его ещё кельтским крестом или большой триадой уже не тянет.

Ключи Таро я раскрывал с помощью Сергея Чонишвили, что было, как всегда, великолепно.

Странное такое произведение. Поначалу думала - ерунда. Но ерунда затягивающая. С интересными мыслями. Красиво написанная. Это если не брать возможность раскинуть карты и читать главы не по порядку, а согласно выпавшим комбинациям. Я попробовала. Результат тот же. От перестановки слагаемых сумма не меняется.

А если еще взять аудиокнигу, начитанную Чонишвили, то играться можно бесконечно, меняя главы в произвольном порядке. Кто сказал, что у книги должен быть смысл, а у писателя иная цель кроме экспериментов с формой. Ведь если брать содержание – все уже написано до нас. Не зря Малевич свою картину закрасил черным. В литературе та же проблема. Новую тему найти крайне сложно.

Чувствуется стилизация под старину. Я бы отнесла книгу к готике, но скорее всего Павич имел в качестве образца для подражания что-то еще. Точно пусть критики определяют. Работать со словом автор определенно умеет. Смысл ускользает, как вода сквозь пальцы, но сюжет все равно удерживает внимание читателя.

Отважные сербы – герои романа. Одни воюют за французов, другие - за австрийцев. И не в личных разборках дело, а в том, почему они не отстаивают интересы родной страны, добиваясь славы и почестей в чужих краях.

Поколение победителей и побежденных. Их сыновья и дочери. Какими они вырастут? Как отразиться на детях победа или поражение отцов? История, предыстория, последствия. Игра для двоих. Автор и читатель, мужчина и женщина, отцы и дети, общежители и индивидуалисты. Мечты и давние долги. Тайна, тяжелая как камень и ее носитель. Предсказания и их воплощения. Война вечно юного человечества и любовь, лишающая мудрости.

Приходилось встречать такое явление - книги писали по мотивам песен. А вот чтобы по мотивам карт - впервые. Интересно. Необычно. Увлекательно. Отличный стиль. Не стану делать вид, что все поняла, но читать мне определенно понравилось.

Удивительно прекрасна эта книга. Она хороша и для тех, кто Павича читал раньше, и для тех, кто, как я, только открывает его для себя.
Это сборник эссе - о Белграде, о Сербии, о литературе и о самом авторе, о том, как он видит себя в этом мире и о том, каким он видит мир вокруг. Это такой небольшой сборник, где можно найти что-то свое, по душе, по сердцу.
В первом эссе я пожалела, что не прочла все это раньше, до моей поездки в Белград, где я бродила по крепости, о которой столько слов, по улочкам, которые так нежно любит Павич. Я читала и вспоминала, и снова воскресала та прекрасная атмосфера небольшой, но гордой столицы, потрепанной всеми, кто только дотянулся. Города, битого не единожды, но всегда поднимавшегося с колен.
Вообще, его восхищение и любовь к родине настолько безграничны, что нельзя не проникнуться, нельзя не почувствовать и не понять.
Во втором и дальше - что я не знала раньше Павича как писателя. Он умный, нестандартный, сильный, и я обязательно изучу его позже и подробнее. Потому что совершенно очевидно - тут нельзя пройти мимо, слишком стоящие рассуждения. Тут плохо быть не может.
Поэтому я вернусь к этому писателю, как вернусь и в город, чтобы снова оказаться на берегу Дуная и Савы. И снова ощутить этот теплый ветер.