Если Бога нет, то всё позволено

Часть 1

Слышу голос

голос спрашивает строго

А сегодня что для завтра

Сделал Я

Ю. Энтин

Великие времена

22 августа,

2178 год, Донецк

Кирилл, высокий, стройный юноша, с правильными чертами лица, одетый в белый обтягивающий костюм из белой жесткой ткани, шагал по идеально гладкой, лазурной ленте асфальтированной тропинки. Она тянулась вдоль парка «Искусств», некогда известного как парк «Коварных фигур», что на Университетской улице. Мимо, с тихим шелестом антигравов, проносились аэромобили.

По другую сторону дороги выстроились в ряд белоснежные, трехэтажные домики из металла. Овальные, небесно-голубые окна поблескивали на солнце, а на крышах красовались аккуратно подстриженные деревья в форме пышных шляпок. Августовское солнце щедро лило свой обжигающий свет на этот футуристический пейзаж.

На перекрёстке Университетской и проспекта Мира Кирилл остановился, и коснулся поверхности своих часов. Тонкий луч, вырвавшийся из циферблата, соткал перед ним голографическое изображение девушки.

– Добрый день, Кирилл, Алиса к Вашим услугам – проговорила девушка

– Аэроскейтборд модели А1 – небрежно бросил Кирилл

Мгновение спустя, с другой стороны улицы, в полуметре над землей, к нему плавно подплыл скейтборд. Подлетев, он послушно опустился под ноги Кирилла. Тот легко вскочил на него, и ремни, повинуясь датчикам тепла, автоматически обвились вокруг его ног.

– Личное управление – скомандовал Кирилл, и изображение исчезло. Аэроскейтборд взмыл с ним над уровень первого этажа, лихо повернул направо, затем налево, ускорился и, оставив позади макушки деревьев, помчался по одной из центральных улиц города в сторону «Донецк Сити».

Улица только недавно пережила реновацию, и за Олимпийским центром Кирилла сопровождали новые, современные, приземистые здания в 3-4 этажа. Они напоминали раздутые овальные шары белого цвета. Дома стояли на почтительном расстоянии друг от друга, утопая в сочной зелени. Справа, за парком Ленинского Комсомола, вдоль реки Кальмиус, гордо высились стройные колонны небоскребов.

– Уровень три – произнес Кирилл

Скутер послушно взмыл ещё выше, открывая взгляду речные трамвайчики и катера, скользящие по водной глади.

Когда парк остался позади впереди Кирилла выросли небоскрёбы комплекса Донецк Сити. Он ловко сманеврировал влево и ворвался в узкий проход между гигантами из стекла и метала делового центра. Кирилл посмотрел в ноги. Красный индикатор на скутере предательски сигнализировал о нарушении правил дорожного движения.

Блин – выругался он

Мимо проносились стеклянные витражи, отражая его силуэт. Впереди забрезжил просвет между зданиями, сквозь который виднелись деревья и чистое небо. Кирилл прибавил скорости и вылетел на открытое пространство, и индикатор тут же погас. Он огляделся и жадно вдохнул свежий воздух. Повернув направо, Кирилл спустился к улице Розы Люксембург. Небоскребы и четырехэтажные дома остались позади. Он перелетел через пруд и влетел в квартал частных домов. Незаметным движением руки разблокировав частную зону. Небольшие домики один за другим замелькали под скутером, ирилл спустился над одной из улиц и остановился возле дома с низким заборчиком, соскочил со скутера и, нажав на сенсор, вызвал Алису.

– Услуга завершена, – произнес он.

В ответ скутер вспыхнул по бокам синим светом вместо зеленого, развернулся и, набирая высоту, улетел прочь.

Кирилл, ожидая нотаций, с недовольным лицом вошел в дом.

Навстречу шел отец, застегивая запонки на рубашке.

– У тебя еще не начались занятия, а уже штраф, – укоризненно произнес он.

– Пап, ну ты же знаешь, не лететь же мне было в облет «Донецк Сити», я всего лишь пролетел между республиканскими башнями.

– Да, но через неделю это скажется на рейтинге, а потом и на учебе.

Кирилл недовольно вздохнул, раздраженно выкинул руки и плюхнулся на диван.

– Мама скоро будет, я убежал.

– Хорошо, пап.

– Обнял тебя, – улыбнулся отец и потрепал его по голове.

– Кирилл, ну неужели нельзя было без штрафов? – продолжала мама через полчаса.

– Мама, ну пожалуйста, ну хоть ты не начинай.

– Кирилл, в твоем возрасте тебе уже пора браться за ум, завязывать со своим бунтарским духом.

Кирилл закатил глаза.

– Мама…

– Ты знаешь, что я права.

– Но я учусь хорошо, подумаешь, дурацкий штраф… Было бы из-за чего разводить столько шума.

– Ты не хорошо учишься, – возразила мама.

– Ты же знаешь, мне скучно, то, что они проходят, я давно это уже прошел сам или прочитал в книгах. Учитель истории и географии меня хвалит, – Кирилл просительно посмотрел на мать.

– Тебе надо будет жить, как всем, – Елена обняла сына, – получить профессию, приносить пользу обществу, и, поверь мне, каждый день придется делать то, что тебе скучно и то, что ты много раз делал. – Мама многозначительно посмотрела на сына.

– Я буду работать в космосе, в разведывательных экспедициях, там скучно не бывает.

– Бьюсь об заклад, через 5-6 лет я увижу обновителя тела или пожарника, а то и казначея – улыбаясь, глядя на сына, веско закивала головой мама.

На следующий день Кирилл вышел на улицу часам к одиннадцати. Привычным движением руки нажал на сенсор на часах и поздоровался с Алисой.

– Аэроскутер, – произнес он.

– Аэроскутер запрещен. Запрет 7 дней. Причина: нарушение правил движения, – прозвучало в ответ.

– Блин! – Кирилл поморщился. – Как же я доберусь до висячих городов? – задал он вопрос сам себе вслух – Колотиться сутки на аэробусах не хочется. Погорячился я вчера с нарушением

– До висячих городов вы можете добраться с помощью аэрокабины, – неожиданно заговорила Алиса, раскачиваясь в воздухе.

– Точно! – ударил себя по лбу Кирилл. – Как это я не догадался? Старые добрые аэрокабины!

Он нажал кнопку, и Алиса исчезла.

– Спасибо, Алиса, – уже в пустоту сказал Кирилл и довольно зашагал по улице в предвкушении увлекательного путешествия.

К остановке мягко подплыл аэробус. Двери распахнулись, Кирилл зашел в приятное, светлое помещение, почувствовав поток прохладного воздуха, опустился в мягкое кресло и надел наушники.

– Центральная распределительная станция, – выбрал он на электронном табло над правым подлокотником.

– Ехать 15 остановок, в пути 35 минут. Средняя зона комфорта. Хорошего пути.

После этих слов кресло под Кириллом зашевелилось, трансформируясь: спинка опустилась, а ноги поднялись, уложив ступни на выехавшую платформу. Кирилл с удовольствием прикрыл глаза.

Аэробус мягко тронулся с места, и на табло перед ним замелькали цифры скорости. Достигнув ста, аэробус дернулся и устремился вперед.

– Во время поездки вам предлагается прослушать обращение одного из отцов великого времени.

Кирилл поморщился и нажал «пропустить». В наушниках заиграла музыка.

За окном буйствовал летними красками город: подвесные сады, идеально белые домики, утопающие в зелени, голубые небоскребы, отражающие солнечные лучи, неторопливо гуляющие люди. Перед глазами Сергея промелькнул последний урок истории в клубе «движения великого времени». Люди давно не знали катаклизмов, люди научились жить в новом времени – времени знаний, духовного развития, направляя свою энергию в правильное русло.

Как это не странно, Кириллу это казалось необычным! Ему иногда казалось, что некоторые события не могли осуществиться без вмешательства высших сил, провидения, кого-то, кто смотрит за нами, улыбаясь, снисходительно подталкивая нас к нужному выбору. Он задумчиво посмотрел в окно.

– Вы не ошибаетесь, молодой человек.

Кирилл вздрогнул и резко обернулся.

Рядом, словно тень, возник мужчина, его взгляд, как показалось Кириллу, был прикован к той же точке за окном, где блуждали и его собственные мысли. Кирилл невольно уставился на незнакомца.

– Касательно высших сил, вы абсолютно правы, – мужчина говорил неспешно, будто продолжая давно начатый разговор, а не отвечая на мысли Кирилла. Флегматично, даже отстраненно, он протянул руку. – Меня зовут Хорс.

– Кирилл, – удивленно проговорил юноша, пожимая руку незнакомца. – Кто вы?

– Всего лишь представитель тех самых высших сил, о которых вы сейчас размышляли. Мысленно, разумеется, – самодовольно добавил Хорс.

– Представитель высших сил? – с недоверием переспросил Кирилл и тут же осекся, вспомнив, как легко незнакомец проник в его мысли. – Что вам нужно?

– Собственно… и много, и сущий пустяк. Возникли некоторые… неприятности, в которых может понадобиться ваша помощь.

– Мама всегда говорила, что неприятности – мое второе имя, но до этого я как-то предполагал, что я их причина, а не инструмент для решения, – усмехнулся Кирилл.

– Впрочем, вы всегда можете отказаться.

– Я похож на человека, который отказывается от опасности?

– Когда я подсаживался к вам, я знал, что нет, – спокойно ответил Хорс.

– И что же это за «неприятности»?

– Нужно спасти мир…

– Прррр… сущие пустяки, – иронично протянул Кирилл. – Но что может угрожать нашему миру?

– Другой мир, – бесстрастно ответил наблюдатель.

– Я знал! Да, я знал, что моя мечта поучаствовать в звёздных баталиях осуществится! Где мой корабль? Где мои снаряжения? Куда мы направляемся?

– В Москву. Кирилл разочарованно опустился в кресло.

– Я и так еду в Москву. У вас, у взрослых, вечно все так скучно.

– О, от скуки вам страдать не придётся…

– Я надеюсь… – начал было Кирилл, но Хорс перебил его: – В одной из солнечных систем есть планета -Раш, жители которой находятся на более низкой ступени развития, чем вы. Недавно они изобрели оружие, способное уничтожить всю их цивилизацию.

– Ну так они на нас лететь собираются? Или они друг друга поубивают и все… А я тогда зачем нужен и причём тут наш мир… Не понимаю…

– Они не знают о существовании нашего мира. Кирилл равнодушно пожал плечами.

– Они не знают о существовании вашего мира и не осознают всей силы оружия, которое создали. Их ученые только начинают осваивать науки и допустили роковую ошибку в расчетах. Оружие способно не только уничтожить их планету, но и сделать непригодной для жизни всю солнечную систему. Земля далеко, воздействие будет не сильным, но вы свой мир не узнаете. Многие погибнут, да и вы ещё не готовы к таким ударам. Кирилл разочарованно посмотрел на Хорса и задумался.

– Как у взрослых все скучно… Что я могу сделать?

– Устал я уже повторять одно и то же, но придётся… В общем, каждые сто лет появляются люди, наделенные сверхспособностями…

– Это я! – подпрыгнув в кресле, воскликнул Кирилл. – Я всегда знал, что я супергерой!

– Нет, – холодно оборвал его Наблюдатель.

– Как нет? – требовательно спросил Кирилл. Наблюдатель нахмурился.

– Едем в Москву, я не супергерой… Вы не из системы образования?

– В этот раз такой человек не появился, – проигнорировал вопрос Хорс.

– Причём тут я? – опустошенно опустился на спинку кресла Кирилл.

– Твой прадед… – наблюдатель помедлил.

– Что мой прадед? – Мы с ним были друзьями, – наблюдатель улыбнулся, словно вспоминая что-то очень приятное. – Он был великим человеком и носителем невероятных способностей.

Воцарилась тишина.

– Дедушка Сергей… – изумленно прошептал Кирилл.

– Да. Ты сейчас тот человек, в котором больше всего сконцентрировано «необычных» генов Сергея. Оба замолчали. Кирилл задумался.

– Но почему им просто не сказать, что они ошиблись? – Все немного сложнее! Но об этом я расскажу тебе позже. – Так давайте только договоримся! Если я иду с вами и рискую жизнью, вы рассказываете мне все!

– А если нет?

– Аргумент, конечно, серьезный! Но если вы не будете рассказывать мне все, у нас не будет доверия, – заговорил скороговоркой Кирилл и, переводя все в шутку, наигранно сдвинул брови. – А мне кажется, оно должно быть.

– Ты будешь знать все, но только когда придет время. Мы приехали, – добавил Хорс.

Распределительный центр встретил Кирилла и Хорса толпой людей, спешащих и бегущих в разные стороны. Размеренность исторического центра Донецка резко сменилась масштабом и бешеной скоростью жизни. Кирилл жадно вдохнул воздух, пропуская через себя сумасшедшую атмосферу транспортного хаба.

Кирилл с Хорсом подошли к светящимся панелям в стене. Каждый прикоснулся к синему сенсору. Из стены выехали квадратные пластины аэроскейтбордов. Путешественники встали на плавно опустившиеся платформы. – До посадочной станции аэрокабин, – скомандовал Кирилл. И они поплыли между уровнями огромного транспортного центра, лавируя между вывесками и указателями: «Аэробусы», «Аэрокабины», «Авиакапсулы», «Монорельсы». Бесконечные этажи, платформы, толпы народа. Кирилл с Хорсом пронеслись по длинному коридору, внизу, возле телетрапов, толпились люди, за которыми на пластинах неотступно следовали в воздухе чемоданы и багаж. За стеклом в конце телетрапов стояли авиакапсулы. – Как же я хочу полететь на Энцеладу, – подумал Кирилл, пролетая мимо телетрапа с огромным бигбордом, на котором был изображен лазурный берег и надпись: «Отдых жизни». Возле телетрапа толпились хорошо одетые люди, мужчины в строгих костюмах и туристы в ярких шортах с рюкзаками за спиной. Мимо них, расталкивая всех, к телетрапу пробежала кинозвезда в вечернем платье в сопровождении нескольких мужчин, едва поспевающих за ней. Кирилл и Хорс влетели в прозрачный тоннель, разделенный металлическим каркасом, чтобы разграничить встречные потоки. На выезде из тоннеля людей стало заметно меньше. Хорс с Кириллом вынырнули на улицу, справа мелькали витражи терминала. Вывески фастфуда манили бургерами, сендвичами, капсульной и молекулярной едой.

– Я заскочу, возьму сендвичи и напитки в дорогу, – сказал Кирилл, резко разворачивая аэроскейтборд в сторону кафе.

– Молодому организму нужно подкрепление, – добавил Хорс, не менее ловко направляя скутер к капсульному фастфуду. Аэрокабины стояли в поле. Кирилл вызвал Алису: «Необходим доступ к кабине номер LS 512, запиши на семью Шалемовых, разрешение в личном кабинете» – проговрил он. Дверь кабины открылась. Хорс с Кириллом запрыгнули на борт небольшой капсулы. Впереди, перед широкой прорезью лобового стекла, стояли два кресла и сенсорная панель управления.

Аэрокабины, хоть и уступали аэробусам в новизне, дышали прошлым: простые, видавшие виды кожаные кресла, а экран мерцал прямо на лобовом стекле. Сзади места было до обидного мало.

– Да, помню, как летал с родителями на аэрокапсуле! Вот где было раздолье! Целая площадка с диванчиками и столиком в задней части. Правда, и летели мы тогда в Рио-де-Жанейро целых четыре часа.

– А до Москвы – час лёту.

– Даже меньше, минут сорок пять. Мы сюда добирались дольше.

Кирилл и Хорс опустились в кресла. Кирилл задал координаты.

– LS 512, до взлёта две минуты, – прозвучал голос диспетчера. – У вас всё в порядке?

– Да, конечно, – Кирилл бросил взгляд на Хорса. – К полёту готовы.

Через мгновение капсула плавно оторвалась от земли, зависнув в пяти метрах над поверхностью. Кирилл коснулся слова «движение» на панели. Капсулу словно сорвало с цепи, она рванулась вперёд, стремительно набирая скорость.

– LS 512, придерживайтесь полосы номер девять. Хорошего полёта и дня, – донеслось из динамика.

– Спасибо, и вам того же!

– Вы впервые летите самостоятельно на аэрокабине?

– Честно говоря, да, – признался Кирилл. – И рад, что вы составили мне компанию, одному было бы не по себе.

– Нам в школе твердили, что высших сил не существует. И в то же время мама всегда говорила, что верила и верит в Бога.

– В школе всегда говорят правду, – усмехнулся Хорс. – Но могут и ошибаться. В этом нет ничего зазорного. Для этого и существует наука. Школа лишь отражает знания, которыми на данный момент располагает наука.

Аэрокабина, набрав крейсерскую скорость, плавно неслась над верхушками деревьев. Кирилл откинулся на спинку кресла.

– Автопилот, полоса девять, – выбрал он на сенсорной панели.

– Что значит «представитель высших сил»?

– Хм… сложный вопрос. Я в какой-то степени их посланник, поверенный. Но в данный момент я здесь по собственной воле и по воле нашего ордена Наблюдателей, – Хорс слегка поклонился, представляясь Кириллу.

– Кто такие Наблюдатели?

– Долго рассказывать, – Хорс вздохнул. – Ваш прадедушка был в гостях у нас

Глаза Кирилла расширились от удивления.

– Может, перекусим? – предложил он, доставая из небольшого чемоданчика капсулу с едой.

– Я неравнодушен к вашей капсульной еде, поэтому не откажусь.

Кирилл извлёк сэндвичи.

За окном расстилались поля, вдали то и дело мелькали белые пятна поселений и ферм. Слева вырисовывался огромный город.

– Харьков, – произнёс Кирилл. – Скоро Москва.

– В ближайшее время над Харьковом появится висячий город.

– Почему после начала Великого Времени люди в основном используют белый и зелёный цвет? – поинтересовался Хорс.

– Белый цвет – цвет чистоты, зелёный – цвет зелени, цвет гармонии с природой. Идея архитекторов и дизайнеров заключалась в сочетании чистоты разума и гармонии с природой.

– У Вас ко мне было какое-то дело?

– Кирилл, я пока не хочу вмешиваться в Ваши планы. Не обращайте на меня внимания, я поселюсь неподалёку от Вас. Занимайтесь своими делами, встречайтесь с друзьями, гуляйте, развлекайтесь! Должно прийти время, мы спокойно сядем, я угощу Вас вкусным ужином в одном из ресторанов висячего города, и мы поговорим!

Кирилл весело кивнул и с аппетитом принялся за сэндвич.

На экране высветилась надпись: «До подъезда к зоне города – 7 минут. Обратный отсчёт. Приготовиться к переходу в ручной режим».

Кирилл устроился за штурвалом и на удивление уверенно взялся за управление.

– Если я не ошибаюсь, распределительная станция на окраине Москвы?