Глава 1: Пролог. Утро мертвого города.

Утро началось не с петухов, а с привычного хриплого стона, доносившегося откуда-то снизу, из мрачных глубин торгового центра. Леон "Курьер" Смит привык к этой какофонии мертвых голосов. Он лежал на расстеленном спальнике, в глубине своего видавшего виды фургона, припаркованного на крыше заброшенного супермаркета. Сквозь пыльные стекла ветрового стекла пробивались первые, блеклые лучи солнца, окрашивая горизонт в выцветшие оттенки серого и оранжевого. Воздух был тяжелым, с запахом тлена и пыли, оседающей повсюду, словно саван на мертвом мире.

Он зевнул, потянулся, чувствуя, как хрустят суставы, и приподнялся. На лице, и без того покрытом легкой щетиной, отпечаталась складка от подушки. Взлохмаченные темно-русые волосы торчали во все стороны. Серые глаза, обычно цепкие и сканирующие окружение, сейчас были немного затуманены остатками сна.

«Очередной чудесный день в раю», – пробормотал он себе под нос, отпивая холодный, горький кофе из термоса. Завтрак состоял из пары жестких галет и вяленого мяса. Не ресторан "Митчелл", конечно, но жаловаться было некому. Зомби по соседству внизу вряд ли оценили бы его кулинарные изыски.

Опустив ноги на холодный металлический пол, Леон пошарил рукой по приборной панели, нащупывая свою потертую бейсболку. Надел ее задом наперед, как обычно. Вскоре он должен был отправиться в путь. Вчерашний заказ был пустяковым – пара потрепанных солнечных панелей, снятых с крыши брошенного офисного здания, которые требовалось доставить в поселение "Солнечный Купол", находящееся всего в паре десятков километров от города. Ерунда, если не считать пары "ходячих", что встретились на пути.

Он спрыгнул с фургона, разминая затекшие мышцы, и окинул взглядом панораму мертвого города. Высотки, когда-то гордо возвышавшиеся над горизонтом, теперь зияли пустыми глазницами окон, словно мертвые исполины. Ржавые остовы машин заполнили улицы, превратив их в лабиринты из металла и стекла. Над всем этим царила звенящая тишина, нарушаемая лишь редкими порывами ветра, гоняющими пыль по опустевшим проспектам, да отдаленным, утробным рычанием.

Леон подошел к краю крыши, осматривая периметр. Ничего необычного, лишь пара бродячих, лениво шаркающих внизу, на парковке. Обычное дело. Он достал старую карту, исчерченную пометками и красными линиями – маршрутами, по которым он еще не ездил, или, наоборот, теми, что стали слишком опасными.

«Пора размяться», – снова буркнул он, скорее привычке, чем кому-то еще. Работа есть работа. И даже в этом проклятом мире, когда-то называвшемся домом, кто-то всегда нуждался в доставке. А Леон был, как ни крути, лучшим в своем деле. Или, по крайней мере, единственным, кто до сих пор это делал.

Он спустился вниз, по узкой пожарной лестнице, которая вела прямо в темный лабиринт супермаркета. Каждый шаг отдавался эхом в мертвой тишине. Полуразрушенные стеллажи, обвалившиеся потолки, товар, рассыпанный по полу – все это напоминало о прошлом, о том, как легко было жить. Сейчас это было просто препятствие.

Наконец, он добрался до своего фургона, который стоял на первом этаже, скрытый среди колонн и завалов. Машина выглядела как груда металлолома, покрытая царапинами, вмятинами и следами от пуль, но внутри она была надежна, как швейцарские часы, благодаря Баззу.

Леон сел за руль, повернул ключ зажигания. Двигатель с хрипом ожил, и по салону разнесся знакомый запах бензина и машинного масла. Он проверил рацию, лежащую на приборной панели. Молчание. И хорошо. Лишние разговоры – лишнее внимание.

«Так, куда бы меня занесло сегодня, а, старина?» – он похлопал по рулю, словно обращаясь к живому существу. Впереди был очередной день, полный мертвецов, жадных бандитов и, возможно, очередного абсурдного заказа. И Леон, как всегда, был готов ворчать, но ехать. Потому что посылка сама себя не доставит.

Глава 2: Штаб-квартира доставщика.

Дорога до мастерской Базза была рутиной, зазубренной в памяти Леона не хуже, чем его старая куртка с бесчисленными карманами. Миновав несколько давно мёртвых районов, где зомби шаркали по улицам, словно забытые тени прошлого, и объехав очередную пробку из брошенных, проржавевших автомобилей, он наконец увидел знакомую вывеску: "Базз. Ремонт всего, что движется… и не движется". Сарказм, вшитый в каждую деталь этого нового мира, казалось, проявлялся даже в названиях мастерских.

Мастерская располагалась на окраине относительно безопасного поселения, защищенного высокими стенами из того, что раньше было строительными лесами и бронированными листами. Запах машинного масла, жженой резины и пыли был здесь обыденностью, и Леон, сам того не замечая, вдыхал его с неким подобием удовольствия – это был запах порядка в хаосе, что-то стабильное и неизменное.

Дверь мастерской со скрежетом открылась, и изнутри донесся грохот. Базз, пожилой, но крепкий механик, высунул голову из-под капота какого-то искореженного драндулета. Его седые волосы были смазаны маслом, а на широком лице застыло выражение вечной задумчивости.

"О, Курьер собственной персоной, – пробасил Базз, вытирая руки ветошью. – Думал, ты уже стал удобрением для придорожных сорняков. Или, что хуже, почтовой маркой на чьем-то лбу".

Леон криво усмехнулся, вылезая из фургона. "Не дождешься, Базз. И ты, со своей любовью к историям о неудавшихся доставках, вряд ли сможешь без меня жить. Кто будет слушать твои философские излияния?"

"Верно, – хмыкнул механик, осматривая фургон Леона с профессиональным прищуром. – Ладно, чего приперся? Небось, снова этот кусок металлолома начал кашлять так, будто скурил три пачки до апокалипсиса?"

"Да нет, ходит еще, – ответил Леон, пиная колесо. – Просто решил заглянуть, пока он сам не отвалился. Да и ты, старик, похоже, скучаешь по общению".

"Я скучаю по запчастям, – возразил Базз, открывая капот фургона. – А по общению я скучаю, как по зубам мудрости – вроде надо, но больно". Он покачал головой, осматривая двигатель. "Что-то ты сегодня… бледный, Курьер. Нападение стаи почтовых голубей было?"

"Хуже. Очередное напоминание о том, как мир скатился в задницу", – Леон потер лоб. "Слухи тут не доходили о каком-то новом игроке на дорогах? Банда какая-нибудь, особо наглая?"

Базз замер, его ворчливое выражение лица стало чуть серьезнее. "Доходили. Говорят, объявился один, называет себя Логистом. Собирает под себя всех, кто погряз в хаосе. Контролирует маршруты, собирает дань. Уже пару наших парней… перестали выходить на связь. Слишком хорошо организованы, слишком быстро растут".

Леон почувствовал, как что-то внутри него напряглось. Он привык к мелким бандам, к шайкам мародеров, но эта звучала иначе. "Логист, значит? Звучит как название для головной боли. Чем они занимаются? Просто грабят?"

"Пока да, но по-крупному, – ответил Базз, возвращаясь к работе над двигателем. – Перекрывают целые сектора, вымогают проходы. Говорят, он помешан на "порядке" и "контроле". Типа, если ты не часть его "системы", то ты против нее. И не хочешь быть против него, Леон".

Леон отмахнулся. "Ерунда. Очередной самопровозглашенный король мусорной свалки. Не впервой". Но внутренне он чувствовал, что это не совсем так. Что-то в тоне Базза, в этих слухах, заставляло его чувствовать легкое беспокойство. Его вечный цинизм был его защитным механизмом, но даже он не мог скрыть легкий холодок.

"Ладно, Базз, – сказал Леон, доставая из кармана куртки небольшой мешочек с найденными болтами и гайками – своеобразная оплата за мелкий ремонт. – Посмотри фургон. И если услышишь что-то еще об этом "Логисте", дай знать. У меня предчувствие, что скоро он станет моей личной проблемой".

Базз кивнул, принимая мешочек. "Всегда пожалуйста, Курьер. Только не забудь, когда будешь прятаться от его ребят, что я тебе говорил: в этом мире есть две вещи, которые всегда найдут тебя – голодный зомби и твой собственный идиотизм". И он снова погрузился в недра фургона, его ворчание растворилось в лязге металла и запахе масла.

Глава 3: Срочный заказ.

Не успел Леон толком насладиться относительным покоем мастерской Базза, как ожила его старая, потрепанная рация. Звук был пронзительным и резким, словно гвоздь по стеклу, прорезающий тишину постапокалиптического дня. Он выругался про себя, всегда не любил, когда его отвлекали от праведного безделья. Кто бы это ни был, скорее всего, он хотел чего-то срочного и, как всегда, невыгодного.

"Курьер на связи", – буркнул Леон в микрофон, его голос был пропитан привычным сарказмом.

В ответ послышался звонкий, чуть насмешливый женский голос: "О, наш несносный почтальон, наконец-то соблаговолил выйти на связь! А я уж думала, тебя зомби съели. Или, что вероятнее, ты уснул за рулем своего рыдвана".

Леон закатил глаза. Шивон. Конечно. Единственная, кто мог позволить себе такую наглость и при этом все еще получать от него заказы. Молодая, энергичная и невероятно пронырливая, она управляла целой сетью нелегальных информационных точек по всему региону. И знала она всё обо всех – где найти редкие припасы, кто с кем воюет, где собираются орды зомби и, самое главное, кто нуждается в "особой" доставке.

"Если бы съели, ты бы первая узнала, чтобы перехватить мои клиентуры", – огрызнулся Леон. – "Чего тебе? Только не говори, что ты нашла посылку, которую надо отправить на тот свет".

"Ой, как остроумно. Тебе бы в стендап-комедианты после апокалипсиса", – Шивон проигнорировала его колкость. – "Есть дельце. Крупное. Очень крупное. И очень, очень опасное. Но и оплата… ну, скажем так, ты сможешь купить себе новую бейсболку без дырок".

Леон скептически поднял бровь. "Опасное, говоришь? Для кого? Для меня или для тех, кто будет ждать мою посылку? И какая там оплата? Еще один мешок гнилых консервов?"

"Для тебя, конечно! Для кого же еще?" – в голосе Шивон послышалось хихиканье. – "Слушай внимательно. Поселение "Тихая Гавань", слышал о таком? Далеко, за сотни миль отсюда. У них там беда. Лидер умирает от какой-то заразы, и ему нужен редкий антибиотик. У меня он есть. Единственный флакон. Если он умрет, вся эта "Гавань" пойдет ко дну. А это, Курьер, означает потерю очень крупного источника информации и потенциальных клиентов. Для меня, конечно".

Леон молчал, переваривая информацию. "Тихая Гавань" – название было ему знакомо. Это было одно из немногих поселений, которое пыталось восстановить подобие порядка, а не просто выживать. Но оно находилось далеко, а дороги до него были известны своей "гостеприимностью" в виде полчищ зомби и, теперь вот, слухов о Логисте.

"Сотни миль? И ты думаешь, мой "рыдван" довезет твою драгоценную склянку?" – Леон потянулся за очередной сигаретой, которую, к счастью, нашел пару дней назад.

"Он обязан. Потому что оплата… – Шивон выдержала драматическую паузу. – Десять галлонов чистого бензина, Курьер. И новый комплект шин. Представь, десять галлонов! Это тебе не гнилые консервы. На это можно жить месяц, а то и дольше, если экономить".

Десять галлонов бензина. Это было серьезно. Бензин стал новой валютой, и его запасы были на исходе даже у самых предприимчивых. Леон, несмотря на свой цинизм и вечные жалобы, понимал, что такая сумма – это не просто оплата, это возможность дышать свободнее какое-то время. Но риски…

"И что там с этим Логистом? У него там блокпосты повсюду, как грибы после дождя", – Леон выпустил струйку дыма, наблюдая, как она растворяется в грязном воздухе мастерской.

"Вот для этого ты и Курьер, не так ли? Чтобы обходить то, что обычным смертным не под силу, – голос Шивон стал серьезнее. – Я дам тебе маршрут. Непроверенный. Есть там одна старая тропа, говорят, ей никто не пользуется. И если ты справишься… Ну, считай, ты в моих долгах на ближайший год".

Леон задумался. Внутри него боролись его прагматичность, кричащая о безрассудстве такого путешествия, и та скрытая крупица идеализма, которая заставляла его брать самые опасные заказы не только ради наживы, но и потому, что, доставляя что-то важное, он чувствовал себя… нужным.

"Ладно, Шивон, – наконец произнес он, бросая окурок на пол. – Отправляй свои координаты. Только если я не вернусь, знай – я тебя найду и заставлю прибраться в моем фургоне".

"Договорились, Курьер", – с радостью в голосе ответила Шивон. – "Файл уже у тебя на старом планшете. И удачи. Тебе она понадобится".

Связь оборвалась. Леон подошел к фургону, взглянул на Базза, который, казалось, ничего не слышал, сосредоточившись на двигателе. "Кажется, старик, нас ждет большая поездка. И очень, очень опасная".

Базз, не вылезая из-под капота, проворчал: "Я тебе говорил, Курьер. В этом мире нет ничего опаснее, чем хорошо оплачиваемый заказ. И женский голос в рации, который обещает золотые горы".

Глава 4: Дорога к Аду.

Фургон Леона, прозванный им ласково "Рыдваном", тяжело пыхтя, выбирался из лабиринтов мертвых городских улиц. Каждый поворот, каждый перекресток был потенциальной засадой или ловушкой. Здесь, вдали от относительно безопасных поселений, власть принадлежала лишь зомби и мародерам. Воздух становился гуще, наполненный не только запахом тлена, но и едва уловимым ароматом страха. Леон, словно древний Харон, переправлял свою драгоценную склянку через реку мертвых.

"Ну что, старина, – пробормотал он, похлопав по рулю, – готовы к туристическому походу по аду? Главное, не забудь взять с собой сэндвичи и хорошее настроение".

Первые несколько миль были привычной рутиной: объезд завалов, проверка зеркал на предмет "хвостов" из особо ретивых "ходячих". Но чем дальше он отъезжал от города, тем отчетливее становилась угроза. Дороги, когда-то оживленные артерии, теперь были забиты брошенными машинами, словно застывшие в момент панического бегства. Некоторые из них были вскрыты, разграблены, другие – просто брошены, служа безмолвными памятниками канувшему в небытие миру.

Внезапно, на одном из поворотов, прямо перед фургоном выросла груда искореженного металла – настоящий завал, перекрывавший всю дорогу. Леон резко затормозил. "Вот тебе и пробки, – хмыкнул он, – только теперь не из живых, а из мертвых. По крайней мере, они не сигналят".

Он выскочил из фургона, держа наготове дробовик, привычно сканируя окружение. Завалы могли быть ловушками, под которыми скрывались зомби или, что еще хуже, люди. Тишина была звенящей, лишь легкий ветерок шелестел в сухой траве.

«Чисто», – решил Леон. Придется объезжать. Он вернулся в фургон, изучая карту. Вариантов было немного. Одна из второстепенных дорог, петляющая через старый лес, выглядела наименее рискованной. "Через лес, значит, – проворчал он. – Всегда любил прогулки на природе, особенно когда за тобой гонятся мертвецы".

Он свернул на узкую, заросшую дорогу. Деревья смыкались над головой, создавая жутковатый полумрак. Вскоре он заметил их – первые признаки орды. Несколько десятков, а то и сотен зомби медленно, но неумолимо брели по лесной чаще, их хриплые стоны доносились сквозь ветви.

"О, чудесно! Местная достопримечательность", – пробормотал Леон, крепче сжимая руль. – "Похоже, у них тут свой курорт для любителей свежей плоти".

Он прибавил газу, стараясь не привлекать внимания. Фургон ревел, проносясь мимо деревьев. Зомби, услышав шум, начали поворачивать головы, некоторые – самые быстрые и голодные – потянули свои гнилые конечности в сторону дороги.

"Ничего личного, ребята, – крикнул Леон в сторону, – просто я спешу. Моя посылка важнее ваших обедов".

Вдруг что-то ударилось в бок фургона. Леон резко вывернул руль – это был "бегун", один из быстрых зомби, бросившийся наперерез. Еще один удар, на этот раз по лобовому стеклу, оставил грязный след.

"Ах ты ж, гнида!" – Леон выругался, нажимая на газ до упора. Фургон рванул вперед, оставляя позади вереницу недовольных, хрипящих мертвецов. Он чувствовал, как адреналин впрыскивается в кровь, обостряя чувства. В этом и заключалась его работа: лавировать между опасностями, балансировать на грани жизни и смерти, доставляя то, что другие считали невозможным. И чем безумнее была поездка, тем сильнее он чувствовал себя живым. Правда, признался бы он в этом даже себе, да ни за что.

Глава 5: Первый блокпост.

Свернув с лесной тропы, Леон вырулил на старую, разбитую федеральную трассу. Асфальт был испещрен трещинами, сквозь которые пробивалась сорная трава, а обочины заросли дикими кустарниками. Дорога вела через заброшенную промзону, где возвышались остовы складов и полуразрушенные цеха. И именно здесь, посреди этого индустриального кладбища, он увидел то, что заставило его внутренне напрячься: первый блокпост.

Он был примитивным, но эффективным. Несколько старых автобусов и грузовиков были навалены друг на друга, образуя импровизированную баррикаду, перекрывавшую дорогу. За ней виднелись самодельные дозорные вышки, сколоченные из дерева и обломков металла. Над одной из них развевался темный, рваный флаг с едва различимым, но зловещим символом – стилизованной стрелкой, указывающей вниз. Знак Логиста.

Леон сбросил скорость, но не остановился. Он привык к таким "приветствиям" и знал, что останавливаться без приглашения – верный способ нарваться на неприятности. Чем ближе он подъезжал, тем яснее становились детали. Трое или четверо вооруженных людей стояли за баррикадой, их лица были скрыты банданами и мотоциклетными шлемами. Они были вооружены всем, что смогли найти: от старых охотничьих ружей до самодельных пистолетов-пулеметов.

Один из них, широкоплечий мужик в бронежилете, собранном из дорожных знаков, поднял руку, приказывая остановиться. Леон вздохнул. "Ну что, друзья, – пробормотал он себе под нос, – кто тут у нас сегодня собирает налог на жизнь? Надеюсь, у вас есть кассовый аппарат".