Преображенский». – Довольно странно, профессор, – обиделся Швондер, – как так документы вы называете идиотскими! Я не могу допустить пребывания в доме бездокументного жильца, да еще не взятого на воинский учет милицией. А вдруг война с империалистическими хищниками?– Я воевать не пойду никуда, – вдруг хмуро гавкнул Шариков в шкаф. Швондер оторопел, но быстро оправился и учтиво заметил Шарикову: