Пролог

Я ношу сердце снаружи.

Это не стиль. Не поза. Не редкая анимация, которую купил за донат, чтобы выделиться.

Внутри — скелет.

Хромированный. Отполированный до зеркального блеска. Без единого шва. Идеальный. Мёртвый.

В нём нет места для жизни.

Поэтому она висит надо мной.

Светится. Пульсирует. Красным.

Как второй шанс.

Как напоминание: я ещё здесь. Я ещё живой.

Иногда мне кажется: если кто-нибудь дотянется до этого сердца — я снова стану цельным. Перестану распадаться на металл и плоть.

Но никто не тянется.

Они смотрят. Иногда подолгу. И проходят мимо.

Им не нужно чужое сердце. У них своих нет.

Глава 1. Красивые миры

Я там давно зарегистрирован.

Не живу — залетаю набегами. Как будто проверяю: вдруг что-то изменилось.

Не меняется.

Никогда не менялось.

Миры — красивые.

Локации вылизаны до блеска, как пол в доме, где никогда не живут. Каждая текстура — под микроскопом. Каждый блик — выверен. Дизайнеры клали жизнь на то, чтобы эти места сияли.

Персонажи — как с обложек. Гладкие. Ухоженные. Приятные.

Почти идеальные.

Но внутри — пустота.

Я не про техническую начинку. Я про то, что там, за аватарами. Там нечего делать. Не потому что нет квестов или механик. А потому что не с кем.

Я долго искал ответ.

Думал: графика? Свобода? Геймплей?

Нет.

Я понял одну простую вещь. Настолько простую, что она должна быть очевидной. Но почему-то никто её не видит.

Если человек тупой — ему не поможет ни графика, ни свобода, ни новый мир.

Он притащит себя туда же.

Со всеми своими страхами. Комплексами. Привычкой ничего не делать. Он сменит декорации — и продолжит стоять на месте.

Только теперь в красивых декорациях.

Они все одинаковые.

Будто с одного шаблона.

Страхи — одни и те же. Комплексы — одни и те же. Реакции — просчитанные, предсказуемые, безопасные.

Они боятся перейти грань.

Любую.

Не потому что нельзя. Не потому что система запрещает, блокирует, наказывает. В этом мире можно почти всё.

Они не переходят грань, потому что внутри ничего нет, чтобы за эту грань выйти.

Ни идеи. Ни импульса. Ни голода.

Только пустота, обёрнутая в красивую картинку.

Смешно, но факт.

Опуститься до мусора — легко. Это не требует ничего. Ни ума, ни вкуса, ни смелости.

А развить разговор? Зацепить тему? Почувствовать что-то?

Уже проблема.

Как будто это «западло». Как будто любое движение в сторону смысла — это позор. Слабость. Неловкость, которую нужно гасить быстрой шуткой или агрессией.

Я смотрел на это годами.

На неон. На дорогие шмотки. На идеальные аватары, за которыми ничего нет.

И однажды понял.

Это не виртуальный мир.

Это просто та же самая жизнь. Только с фильтром.

Фильтр убирает морщины, прыщи, неудачные ракурсы. Фильтр добавляет блеска коже и глубины глазам. Фильтр делает картинку съедобной.

Но внутри фильтра всё дерьмо внутри головы становится только заметнее.

Потому что его нечем прикрыть.

Иногда я думаю: они пришли сюда не играть.

Они пришли спрятаться.

От творчества — потому что творчество требует выйти за рамку. От риска — потому что риск может привести к падению. От жизни — потому что жизнь больно бьёт, когда в неё вступаешь.

Здесь безопасно. Здесь всё под контролем. Здесь можно стоять у бассейна три часа, менять позы, листать чат, получать уведомления, чувствовать, что ты — есть.

Но ты не есть.

Ты — декорация.

А я стою посреди их идеальных миров с сердцем, которое бьётся над головой.

И жду.

Жду, когда кто-нибудь протянет руку. Не за подарком. Не за вниманием. Не за тем, чтобы я оценил его новый шмот.

Просто протянет руку к живому.

Спросит: «А что это у тебя?»

Потянется.

Но никто не тянется.

Они смотрят. Видят. И делают вид, что нет.

Потому что если заметить чужую жизнь — придётся признать, что в своей жизни жизни нет.

Одни декорации.

Меня иногда спрашивают: зачем ты туда возвращаешься?

Я не знаю.

Может быть, потому что сердце снаружи всё ещё надеется. Может быть, потому что металлический скелет — это не я, и я всё ещё ищу, куда себя пристроить.

А может быть, потому что если я перестану возвращаться — я стану таким же, как они.

Замороженным.

Красивым.

Мёртвым.