Часть первая. Свой номер

1. Красная коробка

Первое сообщение пришло, когда Илья Воронин стоял перед открытым холодильником и пытался вспомнить, зачем его открыл.

В холодильнике стояли кастрюля, банка с половиной лимона и йогурт, который никто не ел, потому что его берегли ребёнку. Ребёнок этот йогурт не любил. Семья знала об этом уже неделю, но выбросить не могла: на упаковке был нарисован довольный жираф.

Из ванной Даша спросила:

— Ты купил?

— Что?

Пауза была достаточно длинной, чтобы Илья успел перебрать молоко, хлеб, средство для посудомойки и квартиру побольше.

— Зубную пасту, Илья.

— Купил.

Пасту он не купил. В холодильник полез за телефоном: тот звонил, прижатый кастрюлей к стенке. Илья вытащил его и сбросил вызов с Дашиного. Минуту назад ещё помнил, что ищет, а перед открытой дверцей опять задумался о работе. И когда только успел сунуть его на полку? Наверное, пока убирал ужин.

Телефон был холодный. Илья потёр его о футболку, словно это могло помочь.

На экране было новое сообщение. Время — 23:47.

Сообщение было коротким:

Завтра купи Мишке красный конструктор с пожарной машиной. Именно красный. В синей коробке не бери.

Над сообщением стоял его собственный номер.

Илья потрогал экран, будто цифры могли оказаться приклеенными. Открыл сведения об отправителе. Номер совпадал, включая последние четыре цифры — 0614. День рождения младшего брата. Он выбрал их ещё тогда, когда красивые номера покупали в ларьках, а Антон ещё мог сам снять трубку.

— Даш.

— Если не купил, так и скажи.

— Мне спам пришёл. От меня.

Жена появилась в дверях с мокрыми волосами. На ней была его старая футболка с надписью «Монтаж. Подключение. Обслуживание». Последнее слово давно стёрлось.

— Опять твои монтажники?

— Не знаю.

Она прочитала сообщение, удерживая волосы полотенцем.

— Ну купи. Ты ему месяц обещаешь.

— Он просил космическую станцию.

— Вчера ещё станцию. Сегодня не знаю. Ты бы у него спросил.

Даша пошла сушить голову. Илья сделал скриншот и отправил Сашке.

«Ты?»

У сообщения сначала появилась одна галочка, потом две. Сашка не читал.

Илья подождал, зачем-то выключил и включил экран. Сообщение осталось.

В детской Мишка спал поперёк кровати, задрав одну ногу на стену. Под щекой лежал пластиковый динозавр. Илья вынул динозавра, поправил одеяло. На подоконнике стояла космическая станция, нарисованная фломастерами на коробке из-под обуви. Луна была приклеена скотчем к оконной ручке.

Он подумал, что про конструктор мог слышать кто угодно. Сам говорил Сашке у склада. На телефоне стояло достаточно приложений, чтобы вся мировая экономика знала, какой набор хочет его сын.

Утром было много дел, и сообщение он почти забыл.

Один заказчик перенёс открытие павильона на сутки раньше. Другой сообщил, что оплатит после выходных, хотя выходные только закончились. Фургон не завёлся. Сотрудник Паша прислал фотографию градусника с температурой 38,2; Илья узнал фотографию, потому что в январе Паша присылал её же, только обрезанную справа.

Его фирма называлась «Среда». Название придумала Даша: они делали временное электричество для выставок, городских праздников, торговых шатров и других мест, в которых взрослые люди сначала ставят сцену, а потом удивляются, что розетки не растут из земли.

Официально Илья руководил предприятием. Фактически он вёл переписку с двенадцатью людьми, каждому из которых надо было прямо сейчас, и возил в багажнике кабель, резиновые сапоги и чужую стремянку.

За игрушкой он заехал около трёх. В магазине нашлась синяя коробка с космической базой: большая, скидка, две маленькие фигурки. Рядом стояла пожарная машина. Красная коробка, семьдесят восемь деталей, выдвижная лестница.

Илья уже взял космическую базу.

Потом вспомнил собственный номер.

— Вам подсказать? — спросила девушка.

— А вот эта пожарная… Она нормальная?

— От шести лет.

— Я справлюсь?

Девушка улыбнулась той усталой улыбкой, которой отвечают на шутку в восьмой раз за смену. Илья купил красную коробку.

Вечером он забирал сына из сада. Мишка вышел в раздевалку без шапки, с одним расстёгнутым ботинком. Поздороваться с отцом он забыл.

— У Лёвы папа пожарный, — сказал он вместо приветствия.

— Здорово.

— Нет. Он приезжал. Всем давали шлем. А я был у логопеда.

Илья присел и застегнул ботинок.

— Ты, значит, всё пропустил?

Мишка кивнул. Нос у него покраснел не от холода.

— И на машине нельзя было посидеть. Они уехали, потому что их позвали.

В машине Илья достал коробку из пакета. Мишка сначала ничего не сказал. Провёл пальцем по нарисованной лестнице, посмотрел на отца.

— Ты знал?

— Что?

— Что я хотел вот такую.

Илья пристегнул ему ремень и слишком сильно потянул за лямку.

— Теперь знаю.

Ночью они собирали машину втроём. Даша искала под столом потерянную фару. Мишка объяснял, что пожарный не может жить на кухне, поэтому ему необходим гараж. Илья путал правую и левую стороны лестницы, хотя за день собрал распределительный щит на сто двадцать пять ампер.

Он хотел спросить, во сколько в сад приехали пожарные. Потом решил не портить вечер.

В 23:46 он сел на кухне, положив телефон перед собой.

Ровно через минуту экран загорелся.

Завтра не бери машину. До склада доберись на метро. Не спорь: передний левый тормозной шланг.

Илья перечитал сообщение. Потом посмотрел на свои руки: под ногтем большого пальца осталась чёрная полоска машинной смазки.

Сегодня утром он сам менял колесо.