Ничего ни у кого! А как насчет меня? – хотелось ей крикнуть ему в лицо. – Разве мы не отнимаем у меня нормальную, достойную женскую судьбу, спокойствие и уверенность, в конце концов, возможность прожить с любимым человеком двадцать пять лет! Почему именно я должна отказаться от счастья, а не та, другая?