Глава

Посвящается тем, чьё сердце окутано тьмой, – знайте: даже в ней есть свои звёзды.

И помните: каждый ваш поступок оставляет след. Приносите в мир добро, надёжную дружбу и любовь, свободную от лжи.

Пролог

Испания, Барселона

Девятнадцать лет назад…

– Балу, я задал вопрос, – Глава клана пристально смотрел на человека, которому доверял все эти годы. – Ты засланный агент НЦР?

Ветер гулко разносился по коридорам заброшенного порта. Багровая кровь растекалась лужей у ног Балу. Сложно поверить, что его лучший друг предал страну, предал своего брата по службе. Тело окаменело, когда он посмотрел в мёртвые глаза сослуживцев, которых пришлось застрелить. Он медлил. Это был ещё не конец игры. Балу повернулся к Боссу и отрицательно качнул головой:

– Это ложь, Гато. Я всегда оставался верен тебе.

Глава клана всматривался в напряжённое лицо своего подручного. Несколько долгих секунд, и он обратился к доносчику, стоящему напротив них.

– Я склонен верить своим людям, Гриз. Ты хорошо выполнял работу все эти пять лет. Но сегодня ты совершил ошибку.

– Я нужен Вам, – слишком импульсивно возразил Гриз.

Глава усмехнулся и посмотрел на Балу:

– Убей доносчика.

Гато проследовал к машине, которая въехала на территорию порта несколько минут назад. Подняв пистолет, Балу прицелился в бывшего друга.

– Ты же не сделаешь этого, – надрывисто промолвил Гриз.

Балу шагнул к мужчине и тихо прошептал:

– Тебя ждёт судьба куда хуже смерти, Гриз.

Выстрел. Жестокая месть окутала сердца двух когда-то близких людей.

Сзади раздался сигнальный гудок автомобиля. Балу обернулся и встретился с колким взглядом Гато.

– Проведи полную зачистку и возвращайся на базу.

– Будет сделано.

Глава 1

Счастливая жизнь

Наши дни…

– Люсио, будь добр, стакан горячего шоколада, – я улыбнулась светловолосому парню.

– Один момент, сеньорита Алексия! – парень озорно подмигнул, ловко подкинул бумажный стаканчик и направился к аппарату.

Кажется, день сегодня обещает быть жарким. В ожидании напитка я нервно постукивала пальцами по барной стойке. Мне хотелось поскорее сдать экзамен и пойти на ежегодную вечеринку Алехандро Креспо. Лучшими друзьями мы никогда не были, да и знакомы мимолётно, но моя подруга настояла, чтобы в этот раз мы посетили это мероприятие.

– Ваш излюбленный напиток готов, сеньорита! – передо мной появляется стаканчик с лёгкой дымкой пара и облаком сливок.

Протянув руки, я вдохнула умопомрачительный аромат шоколада, с нотками кокоса и свежей веточкой мяты.

– Спасибо Люсио, ты знаешь, как поднять настроение! – расплатившись, посылаю парню воздушный поцелуй.

Персонал здесь просто чудесный. Редко где встретишь настолько улыбчивых и добродушных ребят. Наслаждаясь горячим шоколадом, я прошла на территорию университета, то и дело поглядывая на часы. Профессор Ерреро ненавидел, когда студенты опаздывали, и наказание было суровым. До начала экзамена оставалось десять минут, и я нервно зацокала каблуками, переживая за свою подругу, которая, как обычно, опаздывала.

– Розетта! – кликнула девушке, выходящей из жёлтой машины.

– Ох, Лекси, прости меня! Я честно старалась успеть, но эти таксисты… – она громко выругалась и, отбросив каштановые локоны, чмокнула в щёку.

– Серьёзно? – я закатила глаза и вздохнула. – Не понимаю, как они ещё не сговорились, и не отправили тебя в «чёрный список», с пометкой «истеричка».

– Не осмелятся, – в её глазах сверкнул лукавый огонёк.

Взявшись под руки, мы отправились в аудиторию. Из кабинета профессора я вылетела опустошённой. Он с присущей ему дотошностью завалил нас дополнительными вопросами, а напоследок запел тираду о том, каким управленцем нужно быть.

– Сдала? – взволновано, спросила подруга, оставляя компанию знакомых девушек.

– Сдала, – закатила глаза, – Как и мои нервы.

– Я горжусь тобой! – она крепко обняла за плечи.

Освободившись от её нежностей, я строго посмотрела на Розетту.

– А я тобой нет! Могла бы и постараться, может и до оценки «7,0» дотянула!

Рози повела меня к выходу из университетского двора, где каменные арки старинного здания оттенялись сочной зеленью плюща.

– Лекси, ты же знаешь: я учусь здесь только потому, что так хочет отец, – она смешно сморщила нос, а карие глаза сверкнули вызовом. – Мне этот университет вот уже где!

– Мы учимся лишь второй год! – толкнула её в бок, не скрывая улыбки.

– Плевать, надоело! Сегодня отправляемся покорять высший свет нашей молодёжи.

Я любила Розетту, несмотря на её взбалмошный характер и легкомысленность. Мы дружили с детства: наши отцы были хорошими приятелями, и практически каждые выходные и праздники мы проводили вместе. Многие удивлялись, как столько лет мы уживаемся друг с другом – мы ведь совершенно разные. Рози – это невероятный ураган, поток энергии, веселья и беззаботности. Я холодный ум, контролёр безумных выходок, и совесть Розетты. Мы дополняли друг друга, как инь и янь.

Мы вышли на университетскую парковку, где под палящим солнцем сверкали автомобили – от скромных седанов до «золотых» суперкаров. Яркие кабриолеты отражали полуденное солнце. Студенты переговаривались, смеялись, подставляя лица солнцу. Из чьего‑то авто лилась знакомая мелодия. На мгновение мне захотелось остановиться и вдохнуть эту атмосферу. Ведь такое больше не повторится: Барселона, музыка, смех, студенты и любимый университет. И мы – счастливые и молодые.

– Смотри, Софи снова хочет попытать удачу, – сказала Рози, указывая в дальний конец парковки.

Я нахмурила брови, пытаясь разглядеть пару. Натянув солнцезащитные очки, рассмотрела Софию Пуэрто – с ней мы учились в одной группе, и молодого человека. Лицо парня было мне знакомо. Кажется, у нас иногда проходили скрещенные пары. Но вот имя я никак не могла вспомнить. Они стояли около его внедорожника. Софи неприкрыто флиртовала и кокетливо хихикала, в то время как здоровяк, с явным безразличием смотрел сквозь неё и затягивался сигаретой. Он поправил чёрные очки, а затем вальяжно опёрся на дверь машины. Белая рубашка подчёркивала бронзовый цвет его кожи, а закатанные рукава обнажали жилистые, крепкие руки. Не буду юлить – вид этого парня, приносил эстетическое удовольствие.

– Он хорош.

– И не говори, – Рози с грустью вздохнула, не отрывая глаз от Аарона.

– Ты встречалась с ним?

– С кем? С Аароном? – она посмотрела на меня, как на сумасшедшую. – Лекси, ты с луны спустилась? Рейес ни разу не был замечен со здешними студентками, – она надула полные губы. – Многие считают его самым богатым и горячим парнем с пометкой «засекречено».

– Почему «засекречено»? – по-прежнему не понимала я.

– Его досье абсолютно пустое, – подруга сплела наши пальцы и потянула к выходу.

Мы проходили мимо пары, когда услышали низкий, ледяной голос Аарона:

– В твоей голове абсолютная пустота. Сделай одолжение – отруби её, и выкинь, потому как по назначению ты всё равно её не используешь.

Я украдкой взглянула на Софи. По её щекам текли чёрные полоски туши, а ладони сжались в кулачки. Аарон швырнул окурок под ноги девушки и, не глядя, толкнул её в плечо. Его машина с рёвом рванула с парковки, оставив после себя облако пыли и тихое бормотание Софи:

– Ублюдок!

– Роуз, может подойти к ней?

– Даже не вздумай, – она дёрнула меня за руку, – Софи это заслужила.

Я хотела возразить, но Рози продолжила:

– Лекси, чего она хотела добиться? Каждый день караулит Рейеса около его машины, ходит за ним по пятам. Не удивлюсь, если она окажется маньячкой, – звонко рассмеялась подруга.

Мы прошли половину пути в молчании. Только перед тем, как сесть в такси, она окинула меня серьёзным взглядом:

– Алексия, оставь это. Софи – стерва.

– Это бесчеловечно, – прошептала я, открывая дверь авто, – Возможно, она влюблена в него. Мы не имеем права судить её, ясно?

– Ты слишком наивна, моя девочка! – плюхнувшись на заднее сиденье, заключила подруга.

Мы договорились с Розеттой отправиться на вечеринку на её машине. Такой расклад её конечно не слишком радовал: услугами такси мы пользовались редко, и в основном этим злоупотребляла Рози, которая вечно опаздывала. Когда машина остановилась у нашего дома, я помахала подруге на прощание и вошла внутрь. Дом встретил прохладой и ароматом полированного дерева. Повесив ключи и скинув сумку с учебниками, я заглянула на кухню. Открытая газировка и недоеденный кусок пиццы говорили о том, что отец снова пренебрегает советами врача.

– Па-ап!

Тишина.

– Ну, ты получишь! – грозно прошептала я, направляясь в мастерскую.

Мастерская отца располагалась в дальнем крыле дома. Здесь всегда пахло металлом, маслом и древесиной. Стены украшали старинные клинки и коллекционное оружие, а верстак был завален чертежами и деталями оружия. Отец стоял у окна, рассматривая очередной пистолет. Высокий, широкоплечий, с сединой в тёмных волосах, он выглядел как средневековый кузнец, попавший в современный мир. Скрестив руки на груди, я начала притопывать ногой. Когда он перевёл ласковый взгляд на меня и улыбнулся, я рассерженно произнесла:

– Сеньор Ортего, вы опять пренебрегаете моими советами?

– Привет, дочь! – он провёл рукой по волосам и приложился шершавыми губами к щеке.

– Ты знаешь, что со мной это не пройдёт!

– Лекси, столько работы, я не успеваю даже стакан воды выпить, не говоря уже о нормальной еде.

– Папа, ты же знаешь…

– Алексия! – отец выставил руку, – Я помню советы своего врача. Поэтому перестань со мной разговаривать как с ребёнком! – он тяжело вздохнул, убрав готовое оружие на полку.

– Ты, ты…ух! – сжав кулаки, я метнула гневный взгляд и вышла из мастерской.

Мой отец – Маркос Ортего – был известным оружейником. Его изделия продавались по всей Европе. В последнее время дела шли в гору, и папе пришлось открыть ещё несколько мастерских в разных городах. Он мог не спать сутками, днями, и даже неделями. Его жизнью – было его хобби. После смерти мамы он много лет не мог оправиться. Я давно смирилась с тем, что свободно дышать и полноценно жить, отец может только в мастерской.

…В отражении зеркала я увидела собственный оценивающий взгляд. Шёлковая блузка цвета капучино приятно ласкала кожу. Из-за обжигающей жара, я выбрала классический костюм с шортами. Завершали образ туфли с атласными лентами. Проведя расчёской по длинным волосам, закрученным в лёгкие локоны, я нанесла каплю духов и улыбнулась своему отражению.