* * *

Глава 1

– Проходи, ждет, – секретарша Катя смерила Софью Коршунову недовольным взглядом и презрительно скривила яркие губы.

Софья толкнула высокую дверь, на мгновение замерла на пороге, перевела дух и шагнула в кабинет босса.

В роскошном кабинете, отделанном дубовыми панелями в духе викторианской Англии, витал запах дорогой гаванской сигары. Босс вольготно сидел на кожаном диване, потягивая виски из хрустального бокала.

Сорокалетний собственник и глава сети магазинов «Электролюкс Классик» отличался некоторой полнотой и крупными мясистыми губами. Их можно было бы назвать чувственными. Или просто жирными. Ухоженная бородка придавала лицу солидности, короткие волосы в идеальном порядке. Не босс, а фотомодель. Размера ХХХL.

В кабинете босса Софья бывала редко. Этой чести удостаивались немногие. Да и кто она такая, чтобы великий и ужасный Роман Алексеевич Соболев пожелал ее видеть в приватной обстановке? Всего-то завсектором в отделе продаж.

– Ну, где твое заявление? – босс небрежно похлопал ладонью по дивану, указывая Софье, куда ей присесть.

– Вот, Роман Алексеевич, – она протянула бумагу боссу и продолжила стоять перед ним, переминаясь с ноги на ногу. – Мне очень нужен отпуск за свой счет. Всего две недели в конце августа. Даже десять дней хватит. Максим в этом году пойдет в школу, я хотела провести с ним время, съездить к морю. Давно обещала сыну. Отпуск у меня в сентябре, чтобы в школу водить. А мама сможет взять только в октябре.

– Да, я в курсе, – он снова кивнул ей на место рядом с собой. – Садись, в ногах правды нет.

Софья присела на край дивана и положила сцепленные в замок руки на колени.

– Катя, подай чай, – босс нажал на медную кнопку на селекторе, стоящем на столике.

В воздухе повисла гнетущая тишина.

– Понимаешь, Соня, – повертел в руках заявление Роман Алексеевич, – если все начнут ходить в отпуск, когда им удобно, в фирме наступит полный бардак.

– Да, я понимаю, – склонила голову Софья. Она была готова расплакаться. И зачем только она притащилась сюда? В отделе по работе с персоналом сказали, что босс хочет лично поговорить с ней. И о чем? О том, что он не даст ей отпуск? – Простите, Роман Алексеевич, я отняла у вас время. Я пойду, – поднялась она, с трудом сдерживая слезы обиды. Босс любит ставить персонал на место.

– Не мельтеши, сядь. Мы только начали общение, – усмехнулся босс толстыми губами.

Секретарша Катя, в коллективе носящая имя Неотложка, вошла в кабинет, эротично покачивая бедрами и неся на подносе две чашки чая. Поставила их на столик, прогнувшись в талии и оттопырив задницу. Пуговички на блузке с трудом сдерживали рвавшуюся наружу грудь.

– Иди, – небрежно махнул секретарше босс слегка поморщившись. – Я никого не принимаю, у меня совещание.

Катя зло зыркнула на Софью и сердито застучала высокими каблуками по паркету. Тихо закрылась дверь.

Роман Алексеевич поднялся, подошел к бару, достал еще один бокал. Плеснул в него виски и протянул Софье.

– Ты удивила меня неделю назад на ежегодном корпоративе. Есть в тебе непосредственность и огонь. Есть в тебе нечто, что выделяет из толпы.

Софья покраснела до корней волос.

– Простите, – пробормотала она. – Я сильно устала и… И немного расслабилась. Мне надо было вовремя уйти… Я не пила, правда. Ни капли! – заверила она босса.

– Верю, верю, – закивал он.

Да, расслабилась она тогда очень хорошо. Танцевала до упада, смеялась, и вообще, вела себя как последняя дура. И не потому, что напилась – она никогда не понимала, в чем прелесть алкоголя. Что за радость напиться и вести себя как идиотка?

На корпоративе на Софью накатил кураж. Ей хотелось отдохнуть. И она отдохнула… Потом над ней смеялись все сотрудники отдела – кто явно, кто за спиной. Ну да, серая мышка превратилась в мышь летучую! Очень остроумно!

Софья сжимала в руках бокал с виски и пыталась понять, зачем босс вызвал ее к себе, если не собирается подписывать заявление. Оно сиротливо лежало на столе рядом с чашками дымящегося чая.

– Ты что, боишься меня? – удивленно вскинул широкие брови Роман Алексеевич.

– Нет, – пролепетала Софья. До нее вдруг дошло – босс что, переспать с ней хочет?

Да быть такого не может! Зачем она ему? У него есть Катя-Неотложка. И еще пресс-секретарь Снежана. И еще штук несколько роскошных девиц, соперничающих за его внимание и готовых на все. Она же мышь серая обыкновенная. Нет, ерунда какая-то!

Софья тряхнула головой, отгоняя идиотские мысли и улыбнулась.

– Нет, что вы, Роман Алексеевич. Я вас уважаю. Вы отличный руководитель.

– Вот и хорошо. Выпей и расслабься, – босс ослабил узел галстука, расстегнул несколько пуговиц рубашки, обнажая волосатую грудь.

От удивления Софья раскрыла рот и уставилась на босса.

– Иди поближе, – расплылся он в довольной улыбке. Зашуршала молния на брюках Романа Алексеевича. – Все имеет свою плату. Иди сюда, Соня. Если мне понравится, повышу тебя в должности. Поставлю начальником отдела. И отпуск, само собой… Будет тебе отпуск…

В распахнутой пасти ширинки босса показались трусы от Версаче с богатым золотым орнаментом и головой Медузы Горгоны.

– Чего замерла? У меня до совещания полчаса, время – деньги, – усмехнулся босс. – На колени! Порадуй меня, Сонечка.

Он схватил Софью за руку и потянул к себе.

– Вы с ума сошли? – не верила происходящему Софья. – Вы что, пьяный?

– Не ломайся. Сама же пришла, так давай, делай свое дело.

– Это вы меня вызвали, – Софья попыталась освободить руку. – Отпустите меня немедленно! Я кричать буду!

– Люблю, когда кричат. Здесь прекрасная шумоизоляция. Можешь кричать. Можешь плакать, хоть рыдай. Но свое дело ты сделаешь! Не кочевряжься, ты же сама этого хочешь, по глазам вижу.

– Придурок!

– Что ты сказала? – не поверил своим ушам Роман Алексеевич. – Вот дура упертая! – босс терял терпение. Он поднялся, сгреб Софью в охапку. – Так, или делаешь, что я велю, или вылетишь из фирмы с таким скандалом, что даже уборщицей общественные сортиры мыть не устроишься. Это я тебе обещаю!

– Хорошо, хорошо, босс, – Софья обмякла в руках Романа Алексеевича. – Я все поняла…

– Вот и умница, – он отпустил Софью, плюхнулся на диван, расстегивая ремень на толстом животе.

Софья схватила чашку с чаем и плеснула его на Горгону, красовавшуюся на трусах босса.

– Су-у-у-ка! – взвыл босс, отряхиваясь от горячего чая. – Су-у-у-ка! Да я тебя!

– Мерзкий урод! – прорычала Софья, подбегая к двери. – Скотина похотливая! Извращенец!

Рванула дверь, выскочила в приемную. И едва не сбила с ног входившего в приемную мужчину.

Глава 2

Софья печаталась в широкую грудь посетителя со всего размаха. Тот машинально схватил ее за талию.

– Катя, немедленно ко мне! – донесся до нее рев босса. – И запри приемную!

Катя заметалась, не зная, то ли бежать к боссу, то ли выпроводить посетителей и запереть дверь. В фирме все знали – если приемная заперта, то босс не в духе, он зол и у него совещание с секретаршей Катей. Катя умела ублажить расстроенного руководителя.

Немного посомневавшись, Катя скрылась за дверью кабинета.

Посетитель удержался на ногах, и не уронил Софью. Она ощущала запах дорогого парфюма, исходившего от спортивного пиджака мужчины. Пахло морским бризом, хвоей и свободой.

Скоро и она будет свободна как этот бриз. Можно идти в отдел кадров и писать заявление на увольнение.

Руки незнакомца ослабили хватку, Софья отступила назад:

– Простите, – она не смотрела на того, кого едва не свалила с ног. – Простите, – Софья попыталась обойти мужчину и уйти из приемной.

Ей хотелось в душ, под освежающие струи воды, смыть мерзкие прикосновения похотливого придурка-босса. Козлище вонючий!

– Клушина, ты? – баритон с хрипотцой заставил ее вздрогнуть и замереть. – Клушина, верно? Софья?

Она подняла взгляд, уже зная, кто стоит перед ней. Ее первая любовь – Дмитрий Ярцев. Самый красивый парень в гимназии. Тот, кто портил ей жизнь в выпускных классах, кто откровенно издевался над ней. А она безответно любила его. Юношеская любовь такая наивная и глупая!

– Была Клушина, стала Коршунова, – недобро усмехнулась Софья. Сегодня ее день не задался. Босс оказался редким уродом. А в его приемной она встретила своего школьного мучителя.

– Ты замужем? – искренне удивился Дмитрий. – Счастлива в браке?

– Счастливо разведена, – отрезала Софья. – Была рада встрече. Пока, до свидания, всего доброго. Мне надо работать.

Она вышла из приемной и поплелась в отдел. Боевой запал прошел. Софья не секунды не жалела, что охладила пыл босса с помощью горячего чая. Роман Алексеевич никогда не вызывал у нее уважения, но она и подумать не могла, что этот кобель похотливый снизойдет до внимания к ней. Софью в фирме все считали трудоголиком и серостью.

И вот ее карьера в фирме завершена так бесславно.

Увы, Софья не сомневалась, босс выполнит свою угрозу. Ей можно собирать вещички. И, скорее всего, ее уволят по статье.

– Ну что, подписала заявление? – поинтересовалась коллега и близкая подруга Анжела.

– Нет, – Софья села за ноутбук и замерла, не зная, надо ли заняться работой, или ждать вызова в отдел кадров.

– Жаль.

– А мне не очень, – презрительно хмыкнула Софья.

– Что случилось? – Анжела подошла к Софье и нависла над ней, с любопытством глядя в глаза подруги.

– Не сработалась с Соболевым, – отрезала Софья. – Придурок наш босс. Причем редкий. Уволит он меня.

– Да что ты? – всплеснула руками Анжела.

– Иди, работай, а то и тебе достанется, – Софья покосилась на камеру в углу потолка.

Служба охраны работала в фирме как часы. Сотрудники находились под бдительным наблюдением в течении всего рабочего дня. Радовало, что хоть в туалетах камеры не стояли. Хотя кто знает…

Зазвонил мобильник. Софью требовали в отдел по работе с персоналом. Срочно. Тут к гадалке не ходи, понятно зачем.

Начальница отдела кадров Жанна Константиновна встретила Софью тяжелым взглядом поверх элегантных очков в тонкой золотой оправе.

– Тебя увольняют. Завтра на работу можешь не приходить.

– На основании чего меня увольняют? – вдруг разозлилась Софья. Терять ей нечего. Пусть только попробуют вышвырнуть из фирмы по статье.

– За несоответствие занимаемой должности и регулярные опоздания.

Такого не было. Софья в жизни не опаздывала. Ни в гимназию, ни в институт, ни на работу.

– И что, приказы есть? Меня с ними не знакомили, – зло усмехнулась Софья. – Я свои права знаю и просто так вы меня отсюда не вышвырните.

– Умные все стали, – оскалилась Жанна Константиновна. – Выучили на свою голову.

– Есть трудовое законодательство, и я требую его соблюдения.

– Она еще что-то требует! – хлопнула ладонью по столу начальница отдела кадров.

– Передайте боссу, что я напишу на него заявление о сексуальных домогательствах, – пообещала Софья.

– А доказательства у тебя есть? – недобро прищурилась Жанна Константиновна. – Твое слово против его. И кто тебе поверит? Кто ты, и кто он? Да ты просто мечтала под него лечь, чтобы получить повышение по службе. Это все знают. Свидетелей море, как ты на него на корпоративе вешалась.

Хотя Софья ни на кого не вешалась, но свидетели найдутся, если босс прикажет. И скажут то, что он велит.

– Только попробуйте уволить меня по статье, – предупредила Софья.

– И что, судиться будешь?

– Буду, – терять ей нечего.

Значит, будет таскаться по судам, нанимать адвоката. И где на все денег взять? Да и будет ли толк?

Но без боя она не сдастся, пусть даже не мечтают. Домогательство доказать не сможет, но и вышвырнуть себя из фирмы как нашкодившую собачонку не позволит. Она отдала этой паршивой конторе пять лет жизни. Лучшие годы! Софья разозлилась не на шутку.

Ради чего она поступила на заочный в Эконом? Ради чего оплачивает эту проклятую учебу? Ей же обещали повышение после получения второго высшего. И кому оно теперь нужно? Кто ей вернет деньги и нервы?

– Иди, – небрежно махнула рукой Жанна Константиновна. – Освобождай рабочее место.

– Успею, мне спешить некуда, – огрызнулась Софья. – Подложные приказы – это должностное преступление.

– Да ты мне угрожаешь, мышь беззубая? – заорала Жанна Константиновна.

– Предупреждаю об ответственности. И не надо меня оскорблять, – Софья с достоинством вздернула подбородок и покинула кабинет.

Пора подыскивать себе новую работу. Быстро это вряд ли получится. И на что жить? Сотрудники отдела тревожно уставились на Софью, когда та вошла в кабинет. Софья подошла к Анжеле:

– Ну что, подруга, пойдем в обед в кафе? Угощаю!

– Что, не увольняют? – обрадовалась та.

– Сама ухожу, – с достоинством произнесла Софья.