Unknown

Unknown

2026-04-03T00:05:31+00:00

Мы все лишь часть игры.

ГЛАВА ПЕРВАЯ.

Глаза распахнулись, уперевшись в потолок – древний, покрытый слоями облупившейся побелки. Под спиной – пружинистый, жесткий матрас. Воздух плотный, с едким привкусом тлеющей проводки. Попытка повернуться обернулась фрустрацией: я была затянута в смирительную рубашку. Вот это поворот! Значит, я в дурдоме… Как я здесь оказалась? Кто я, черт возьми?

Вокруг царила мертвая тишина, но в голове бился непонятный, назойливый гул, мешая собрать мысли в кучу.

Тик-так, тик-так… Часы. Почему они звучат так оглушительно? Невыносимо громко!

Попыталась разглядеть, откуда доносится этот звук, и, дернув головой, встретилась взглядом с парой голубых, совершенно безумных глаз. На соседней койке, подрагивая, восседала девица. Волосы её, спутанные и непричесанные, образовывали гнездо колтунов. Лицо украшала улыбка – жуткая, будто у сумасшедшего клоуна. В отличие от меня, она не была стеснена, смирительная рубашка бесформенно валялась на полу.

Она подалась ко мне, склонилась, и шипящий выдох ударил в лицо:

– Ты кто такая?! Это моя палата!

– Простите, конечно. Но я совершенно не помню, кто я и как сюда попала.

– Аааа, так ты чокнутая! Чокнутая! Я-то нормальная! А ты – сумасшедшая.

И она залилась диким хохотом, заметавшись по палате.

Тик-так, тик-так… Чёртовы часы. Откуда этот звук?

Паника – словно хлыст, хлестнула по всему телу, прошлась леденящей дрожью, заставляя сердце биться в паническом ритме сумасшедшего барабана.

Липкий, первобытный страх накрыл с головой. Я почувствовала, как перехватывает дыхание, задыхаясь, я скребла ногтями, открывая и закрывая рот, словно выброшенная на берег рыба.

Тик-так… Эта безумная, мгновение уставившись на меня, бросилась к железным дверям, колотя по ним кулаками и крича: «Санитары! Санитары!»” Сумасшедшая задыхается”

И через минуту появились двое амбалов. На ходу бросив голубоглазой: «Семёновна! Ты опять выбралась, как тебе это удаётся? Гений ты наш.»

А потом уже мне: «Пошли-ка, буйная, с тобой доктор поболтать хочет.»

И, подняв меня, словно мешок с картошкой, почти волоком дотащили до кабинета. Посадив в железное кресло, прикрученное к полу, пристегнули к спинке. Совершенно не обращая внимания на моё состояние, я услышала голос:

– Воды ей дайте.

Я подняла глаза. За столом напротив меня сидел мужчина в белом халате, но вдруг картинка раздвоилась, и на его лице проступило ещё одно, с гримасой немого крика. Я торопливо затрясла головой, прогоняя видение. “Чёрт! Я и вправду сумасшедшая…”

Тик-так… Слезы навернулись на глаза, реальность обрушилась, разбивая сознание. Кто я? Где я? Что произошло, что я оказалась в этой смирительной рубашке?

Туманом заволокло взгляд, и я снова уставилась на человека в белом халате. Он постукивал пишущей ручкой по столу. Звук ударил по ушам с невыносимой силой, а потом… он вдруг вскочил! Бумаги взметнулись в воздух, стол опрокинулся, и, подойдя почти вплотную, он закричал: “Услышь меня! Услыыыышь! Сосредоточься!”

Мгновение шока. Я зажмурилась, тряхнула головой, снова взглянула.

За столом, как ни в чём не бывало, спокойно сидел мой доктор. Все бумаги лежали ровно. Стол стоял на месте. Что это было?

И снова этот мерный, сводящий с ума стук: тик-так, тик-так… Где же они?! Проклятие!

Взгляд лихорадочно заметался по комнате. Вот они! Прямо на столе, обращены ко мне. Но стрелки… почему они с безумной скоростью вращаются вспять, превращаясь в чудовищную воронку?! И меня… меня туда затягивает!

Хотелось кричать, но из груди вырывался лишь беззвучный хрип. Воронка неумолимо тянула, а в ушах бился отчаянный зов: “Услышь меня! Сосредоточься!” А затем – тьма.

ГЛАВА ВТОРАЯ.

Тик-так… Распахнув веки, я ощутила не пробуждение, а резкий импульс. Это подобно внезапному рывку невидимой нити, управляющей марионеткой, где ведущим центром стал мой собственный мозг. Я лежала на боку, и взгляд мой скользил по бархатистой поверхности бордового ковра, по его рисункам и завитушкам. Машинально протянув руку, словно маленький ребенок, я начала пальцами выводить узор на ковре. Стоп. СТОП! Я прислушалась к месту, где оказалась, к запаху… И мозг лихорадочно стал подбрасывать картинки из прошлого. Нет! Ну, пожалуйста, только не это! По телу прошла резкая дрожь, и меня начало трясти. Я зажмурилась, села и повернулась в центр своего пространства. А потом резко открыла глаза – моя комната! Комната из моего детства! Уши уловили звуки, исходящие из кухни, а потом… чуть слышное пение.

Конец ознакомительного фрагмента.