© Серова М. С., 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Глава 1

Мой кофе почти остыл. Третья чашка за утро, а мысли все равно путались, как дешевые наушники в кармане джинсов. Терпкий аромат арабики уже не спасал, и я с тоской посмотрела на кофемашину. Четвертая чашка – это уже диагноз.

В такие моменты, когда дела не находили меня, а я не находила дел, всегда подступала хандра. Частный детектив без частного дела – все равно что рыбак с дорогими снастями на берегу пересохшего пруда.

За окном накрапывал дождь, превращая Тарасов в размытую акварель унылых тонов. Весна в этом году не спешила радовать теплом. Даже мои комнатные растения – единственные живые существа, согласившиеся делить со мной жилплощадь на постоянной основе, – казалось, страдали от авитаминоза. Фикус в углу гостиной давно потерял былую упругость листьев, а орхидея на подоконнике, подаренная когда-то благодарным клиентом, напоминала печальное подобие самой себя.

Я обвела взглядом квартиру. Моя берлога выглядела обманчиво уютной, с антикварным торшером в углу, чье происхождение даже для меня оставалось тайной, и старым кожаным диваном, доставшимся от деда. Стопки книг и газет на журнальном столике создавали иллюзию творческого беспорядка, но на самом деле я просто не находила времени их разобрать. Слой пыли на полках намекал, что моя домработница – то есть я сама – давно взяла внеочередной отпуск.

Я потянулась к ноутбуку, открыла почту. Три рекламных письма, запрос на оплату интернета и ничего, что могло бы претендовать на интересное дело. Последнее расследование я закончила две недели назад – мелкая семейная история с неверным мужем, которую я раскрыла за три дня. Банально до зубовного скрежета. Гонорар позволил оплатить счета и даже купить новые джинсы взамен разодранных во время слежки за вышеупомянутым неверным мужем, но денег оставалось все меньше, а новых клиентов все не было.

Я вздохнула и потянулась к шкатулке с гадальными костями. Старая привычка, за которую меня неоднократно высмеивал Киря, утверждая, что «серьезному частному детективу не пристало полагаться на китайские побрякушки». Но кости никогда меня не подводили – не в смысле предсказания будущего, а в качестве катализатора для собственных мыслей. Они помогали мне увидеть картину под другим углом, заметить то, что ускользало от сознательного анализа.

Я уже протянула руку к шкатулке, когда мои размышления прервал дверной звонок – короткий и какой-то нерешительный. Я глянула на часы – половина десятого утра, самое время для визита отчаявшихся клиентов. Тех, кто до последнего верил, что справится сам.

– Да-да, иду! – крикнула я, мельком оглядев себя в зеркале прихожей. Домашние шорты и широкая футболка не соответствовали образу серьезного частного детектива, но для экстренных случаев у меня всегда был наготове черный шелковый халат. Мой рабочий камуфляж.

Накинув халат и пригладив непослушные пряди волос, я открыла дверь. Передо мной стоял мужчина лет шестидесяти. Высокий, с безупречной военной выправкой. Седые волосы идеально уложены, костюм цвета мокрого асфальта сидел так, будто его сшили прямо на нем. От него исходила аура власти и денег – такую не купишь ни в одном бутике. Она либо есть, либо ее нет.

– Татьяна Александровна Иванова? – Голос был под стать внешности – глубокий, с мягкими обертонами уверенности в собственной значимости.

– К вашим услугам. – Я слегка улыбнулась, пропуская посетителя внутрь. – Проходите, располагайтесь.

Я оглядела лестничную площадку. Ни телохранителей, ни помощников. Человек, привыкший решать деликатные вопросы лично. Интересно.

– Василий Петрович Дорохов, – представился он, проходя в гостиную и критически оглядывая мою скромную холостяцкую берлогу.

Я заметила, как его взгляд на секунду задержался на моем рабочем столе, где в беспорядке лежали распечатки предыдущего дела, а рядом в лаковой шкатулке покоился мой личный набор гадательных костей.

Имя показалось мне знакомым. Дорохов… Кажется, что-то было в прошлогодней статье о крупнейших предпринимателях региона. Если память меня не подводит, он входил в первую десятку. Владелец сети торговых центров «Экватор» и еще чего-то, связанного с недвижимостью.

– Кофе? – предложила я, уже направляясь к кухне.

– Не откажусь, – кивнул он, аккуратно опускаясь в кресло, как будто опасался, что оно не выдержит его респектабельности.

Включив кофемашину, я осознала иронию ситуации. Видимо, мое кофейное проклятие на сегодня – пить, пока не затрясет, как эпилептика на дискотеке. Впрочем, если визит Дорохова принесет мне новое интересное дело и, соответственно, гонорар, то я готова хоть утонуть в кофе.

Пока аппарат мурлыкал, извергая в чашку ароматную жидкость, я размышляла о том, что могло привести столь влиятельного человека к скромному частному детективу. Обычно такие персоны предпочитают обращаться к целым агентствам с громкими названиями и золочеными визитками. Или к своим связям в полиции. Значит, дело деликатное. И вряд ли это банальная слежка за неверной женой – для этого не приезжают лично.

Я поставила чашку дымящегося эспрессо перед гостем и села напротив, скрестив ноги. Халат эффектно обрисовал линии тела – маленькая женская уловка, которая иногда помогает разговорить клиентов мужского пола. Хотя Дорохов производил впечатление человека, не поддающегося простым манипуляциям.

– Итак, Василий Петрович, чем обязана?

Он не спешил отвечать, сделал маленький глоток кофе, удивленно приподнял брови (видимо, не ожидал от меня приличного эспрессо) и только потом заговорил:

– У меня украли вещь. Очень ценную.

– В полицию обращались? – Стандартный вопрос, на который я обычно получаю один из двух ответов: «да, но они бездействуют» или «нет, потому что…». У этого «потому что» бывает множество вариаций, начиная от «не хочу огласки» и заканчивая «там замешаны люди в погонах».

– Нет, – он нахмурился. – И не планирую. Эта история должна остаться между нами.

Я кивнула, сохраняя нейтральное выражение лица. Но моя профессиональная паранойя уже включилась на полную мощность. Я мысленно перебирала варианты: бриллианты, оружие, компромат… Что могло заставить столь представительного господина обратиться к частному детективу вместо полиции?

– Что именно у вас украли?

– «Двенадцать граней судьбы», – произнес он с таким значением, будто это должно было мне о чем-то говорить.

Я вопросительно наклонила голову.

– Набор гадательных костей, – уточнил он. – Древнекитайский артефакт эпохи династии Мин. Двенадцатигранные кости из нефрита и кости, инкрустированные золотом и перламутром. Им больше пятисот лет.

Теперь я поняла, почему он так внимательно смотрел на мою шкатулку. Я машинально взглянула на свои простые пластиковые двенадцатигранники, рядом с которыми китайская древность, должно быть, выглядела как «Роллс-Ройс» рядом с моей видавшей виды «девяткой».

– И в чем подвох? – спросила я прямо. В моей практике кражи антиквариата встречались нечасто, но они всегда имели второе дно.

– Их не просто украли. – Дорохов поставил чашку на столик. – Их заменили копией.

Это уже интереснее. Подмена вместо простой кражи всегда говорит о чем-то большем, чем просто желание нажиться.

– Как вы обнаружили подмену?

Дорохов заметно напрягся.

– У меня есть… ритуал. В полнолуние я бросаю кости, чтобы узнать перспективы на ближайший месяц.

Он явно смутился, признаваясь в подобной эксцентричности, но я сохранила невозмутимое выражение лица. В моем списке клиентских странностей это не входило даже в топ-30.

– Они чувствовались иначе, – продолжил он. – Их баланс, вес, то, как они ложились на поверхность стола… Я коллекционирую восточные артефакты почти тридцать лет. Поверьте, я бы не спутал.

Я кивнула, словно каждый день имела дело с людьми, различающими подлинный нефрит пятисотлетней давности на ощупь.

– Когда могла произойти подмена?

– В течение последних двух недель. Я уезжал в деловую поездку в Китай.

– У вас есть подозреваемые?

– Я бы не назвал это подозрениями. – Он слегка помедлил. – Скорее… возможные направления для расследования.

Дорохов достал из внутреннего кармана пиджака тонкую папку и протянул мне. В этом жесте была какая-то старомодная элегантность. Сейчас большинство клиентов присылают материалы по электронной почте или протягивают флешку. Но папка… это почти винтаж.

Внутри было несколько фотографий и краткие досье на пять человек.

– Члены Клуба ценителей Востока, – пояснил он. – Все они бывали в моем доме и теоретически могли иметь доступ к кабинету, где хранится коллекция.

Я бегло просмотрела материалы.

Елизавета Крутовская – эксцентричная вдова нефтяного магната, увлеченная японской культурой. Ну эту даму я знаю. Познакомились в рамках одного из моих расследований, с тех пор несколько раз пересекались. Бывала я и на ее приемах. Крутовская предпочитает называть себя Элизабет, на английский манер, устраивает роскошные банкеты для тарасовской и не только богемы.

Аркадий Ветров – профессор востоковедения, бывший федеральный судья.

Игорь Семенович Лаптев – известный реставратор антиквариата.

Ли Чжан – китайский антиквар, недавно открывший лавку в Тарасове.

И Степан Гордеев – крупный бизнесмен, коллекционер тибетского искусства.

Мой мозг уже автоматически фиксировал детали, которые могли бы пригодиться: возраст, образование, семейное положение, род занятий. Особенно меня заинтересовал Ветров с его необычной карьерной траекторией от федерального судьи до профессора востоковедения. Обычно люди движутся в обратном направлении: сначала наука, потом высокие должности.

– А где сейчас находится копия? – спросила я.

Дорохов снова полез во внутренний карман и достал небольшую черную замшевую коробочку.

– Я взял ее с собой. Думал, вам будет полезно взглянуть.

Я открыла коробочку и увидела набор из трех двенадцатигранных костей. Они выглядели потрясающе – цвета чуть зеленоватой слоновой кости с золотыми и перламутровыми инкрустациями. На каждой грани были вырезаны китайские иероглифы.

– На первой кости числа от 1 до 12, на второй – от 13 до 24, на третьей – от 25 до 36, – пояснил Дорохов. – При гадании используются все три одновременно. Каждая комбинация чисел имеет свое толкование.

Я взяла одну из костей и осторожно покатала между пальцами. Работа действительно была впечатляющей, даже если это и подделка. Поверхность казалась прохладной и гладкой, иероглифы были вырезаны с поразительной четкостью. Кость идеально ложилась в ладонь, как будто была создана для моей руки. Странное ощущение.

– Василий Петрович, а какова стоимость оригинала?

– Страховая оценка – миллион двести тысяч долларов, – ответил он так буднично, словно говорил о цене на картошку. – Но для меня их ценность… выходит за материальные рамки.

Я вернула кость в коробочку и закрыла ее. Сумма впечатляла, но меня больше заинтересовала вторая часть его фразы.

– Что вы имеете в виду?

Дорохов выпрямился, его глаза блеснули.

– С тех пор как эти кости появились в моей коллекции пятнадцать лет назад, я не проиграл ни одной значимой сделки. Многие мои конкуренты разорились. Я знаю, как это звучит, – он поднял руку, предупреждая мою реакцию, – но факт остается фактом. Эти кости приносят удачу. Я чувствую это.

Я сохранила нейтральное выражение лица, хотя мне стоило больших усилий не закатить глаза. Успешный бизнесмен, верящий в магию гадальных костей. Впрочем, я и сама не была образцом рациональности – мои собственные кости лежали тут же, на столе. Разница была лишь в том, что я воспринимала их как инструмент для структурирования собственных мыслей, а не как мистический талисман.

– Сколько людей знают об их… особых свойствах?

– Я не афиширую эту информацию, – сказал он. – Но слухи, знаете ли, распространяются быстро, особенно в узких кругах.

Я откинулась на спинку кресла, анализируя ситуацию. Влиятельный бизнесмен, суеверие, дорогостоящий антикварный артефакт, подмена вместо кражи. Плюс круг подозреваемых из людей с достатком выше среднего. Дело обещало быть интересным.

– Я возьмусь за ваше дело, – решила я. Загадка меня заинтриговала, да и гонорар обещал быть приличным. – Мой гонорар – триста долларов в день плюс расходы.

Он даже не моргнул. Вместо этого достал чековую книжку – еще один винтажный штрих. В эпоху онлайн-банкинга и мгновенных переводов чеки казались почти музейным экспонатом.

– Я выпишу вам аванс на пять дней. Плюс тысяча на расходы. Этого хватит для начала?

Я кивнула, стараясь не выглядеть удивленной столь легким согласием. Обычно клиенты хотя бы для вида торговались.

– Мне понадобится доступ к вашему дому и список всех, кто бывал там в последние две недели.

– Конечно. – Он достал из кармана визитку. – Здесь мои контакты. Звоните в любое время. Я распоряжусь, чтобы вас пропускали беспрепятственно.

Получив чек и визитку, я встала, давая понять, что наша встреча подходит к концу.

– Еще один вопрос, Василий Петрович. Что произойдет с тем, кто украл ваши кости, когда мы его найдем?

Он медленно поднялся, его глаза стали холодными, как лед на дне колодца.

– Это уже моя забота, не так ли?

Я не стала уточнять. У каждого своя работа: моя – найти, его – решить, что делать дальше. Но в его тоне было что-то такое, что заставило меня мысленно посочувствовать вору.

Проводив клиента до двери, я вернулась в гостиную и открыла папку с досье. Изучение материалов заняло около получаса. Для начала неплохо, но этого было явно недостаточно.

Я достала ноутбук и начала вбивать имена в поисковик. Общедоступная информация часто дает больше, чем можно предположить. Социальные сети, новостные упоминания, сайты компаний – все это складывалось в мозаику, которая могла пролить свет на связи между людьми.

Елизавета Крутовская оказалась активным пользователем соцсетей, где регулярно публиковала фотографии своих японских кимоно и антикварных вещей. Об этом я, признаться, понятия не имела. Впрочем, мы и общались-то с ней постольку-поскольку. Во мне ее заинтересовала профессия. К тому же мало ли когда могут понадобиться услуги частного детектива. Ее аккаунт пестрил экзотическими хэштегами и цитатами из восточных философов. «Страдание следует за страстью, как колесо за копытом вола», – гласила ее последняя публикация под фотографией каллиграфически выписанного иероглифа. Шесть тысяч подписчиков – неплохая аудитория для вдовы в возрасте.

Профессор Ветров вел более скромный цифровой образ жизни. Страница на сайте университета, несколько научных публикаций, упоминания в специализированных журналах по востоковедению. Ничего примечательного, если не считать его необычной карьерной траектории. Нужно будет копнуть глубже – почему федеральный судья вдруг решил стать профессором?

Игорь Семенович Лаптев имел профессиональный сайт своей реставрационной мастерской с впечатляющим портфолио работ. Судя по отзывам и публикациям в профильных изданиях, он был признанным мастером своего дела. Я сделала заметку посетить его мастерскую – человек, специализирующийся на реставрации антиквариата, теоретически мог иметь навыки для создания качественной подделки.

Ли Чжан оказался самым загадочным из всей компании. Минимум цифровых следов, только упоминание в местной газете о недавнем открытии антикварной лавки «Дракон и феникс» на Старогостинной улице. Нужно будет навестить это заведение лично.

Степан Гордеев как публичная персона был представлен лучше всех. Корпоративный сайт его девелоперской компании, интервью в деловых изданиях, благотворительные инициативы. Судя по всему, он действительно увлекался тибетской культурой – несколько лет назад спонсировал реставрацию буддийского храма в регионе.

Я захлопнула ноутбук и потянулась. Первичный информационный сбор завершен, но это была лишь разминка. Настоящая работа начнется, когда я встречусь с этими людьми лично. Слушая их голоса, наблюдая за языком тела, я всегда улавливала то, что оставалось скрытым за словами.

Я прошла к столу и взяла свои гадальные кости. Они были простыми – белый пластик с черными точками-цифрами, ничего общего с музейными экспонатами Дорохова. Но они никогда меня не подводили.

– Ну что, девочки, – пробормотала я, сжимая их в ладони, – что скажете о моем новом знакомом?

Я встряхнула руку и бросила кости на стол. Они прокатились по гладкой поверхности и остановились, показывая три числа: 30, 16 и 2.

Я знала это сочетание наизусть: «Ваш новый знакомый не тот, за кого себя выдает».

Отлично, а я-то думала, что день будет скучным. Похоже, милейший Василий Петрович Дорохов что-то скрывает. Но это не новость – все клиенты что-то скрывают. Обычно я выясняю это где-то в середине расследования, и частенько именно эта тайна оказывается ключом к разгадке.

Я сфотографировала кости и сделала заметку в своем рабочем блокноте. Каждое расследование я документировала, фиксируя не только факты и свидетельства, но и свои интуитивные догадки. Со временем это превратилось в своеобразный ритуал, помогающий структурировать мысли.

Я еще раз внимательно осмотрела копию гадальных костей Дорохова. Что-то в них казалось странным, но я не могла точно определить, что именно. Может быть, слишком идеальная работа для подделки? Или наоборот – какие-то незаметные с первого взгляда огрехи? Надо будет найти специалиста, который мог бы оценить качество работы.

Звонок мобильного прервал мои размышления. На экране высветилось имя «Андрей».

– Привет, Танюша, – раздался в трубке голос моего однокурсника. – Как жизнь холостяцкая?

– Привет, Андрей. Все по-старому – расследования, кофе, периодические попытки завести комнатный цветок, который проживет дольше месяца.

– Слушай, у меня к тебе просьба. – В голосе Андрея звучали заговорщические нотки. Мельников в своем репертуаре – сразу к делу. – Есть один тип из Москвы, аналитик в инвестиционной компании. Он интересуется Василием Дороховым. Я подумал, может, ты что-то знаешь о нем?

Я усмехнулась. Совпадение? Не верю. Вселенная редко бывает настолько ленива.

– Знаешь, Андрей, удивительное дело – буквально час назад Дорохов сидел в этом самом кресле и нанимал меня.

– Серьезно? – в голосе Андрея прозвучало удивление. – И что он хотел?

– А вот это, дорогой мой, конфиденциальная информация. Клиент – детектив, все дела. Но я не против немного расширить свои знания о господине Дорохове. Что за интерес у твоего москвича?

– Не уверен в деталях, – Андрей слегка замялся, – но речь шла о возможном поглощении его бизнеса более крупным холдингом. Стандартная проверка перед сделкой.

– И ты решил, что я, конечно же, все знаю о всех жителях нашего славного города Тарасова, – съязвила я.

– Ну ты же у нас королева информации, – хмыкнул он. – Слушай, может, пересечемся? Я как раз сегодня в городе. Могу заехать, заодно познакомлю с Игорем – это тот самый аналитик.

Я задумалась. Встреча с человеком, интересующимся Дороховым, могла дать дополнительную информацию для моего расследования. С другой стороны, я не хотела нарушать конфиденциальность. Но ведь Андрей не знает деталей дела…

– Хорошо, давай в три в «Старом Тарасове». Только учти, я буду профессионально уклончива.

– Как всегда, – рассмеялся Андрей. – До встречи, Шерлок.

Я улыбнулась, услышав свою студенческую кличку.

Взглянув на часы, я поняла, что у меня еще есть время, чтобы подготовиться к встрече. Сначала душ, потом надо выбрать наряд, нейтральный, но деловой – первое впечатление имеет значение, особенно когда ты молодая женщина-детектив.

Я встала, потянулась и направилась в спальню переодеваться. Пора превращаться из домашней растрепы в профессионального частного детектива. И первым делом нужно навестить дом уважаемого коллекционера.

Я мысленно составляла список вопросов, которые следует задать его персоналу, когда зазвонил телефон. На экране высветилось имя «Гарик».