Аля

Лежать в больнице было невесело. Сережа тут уже был... ну уже месяц точно. Все книжки были прочитаны, все раскраски раскрашены, все головоломки решены. Он лежал на кровати, заправленной белой хрустящей простыней и мечтал, чтобы к нему в палату подселили ну хоть кого-нибудь, можно даже девчонку, только не такую, как его сестра Олька. Та только плакала и кусалась. Сереже она не нравилась, но мама говорила, чтобы они дружили. Но как тут дружить, когда она в пупсы хочет играть, а Сережа - в допрос партизан.

Последний мальчик, который с ним коротал дни, выписался еще пару дней назад, мама должна была придти еще не скоро, а бабушка осталась с сестрой - так что и её ожидать не стоило. Мальчику было невероятно одиноко. Он хотел выйти из палаты, но слишком боялся злых медсестер и грозных нянечек, он как-то слышал, как одна из них строго отчитывала кого-то, кто бегал по коридорам. Поэтому всё, что ему оставалось делать - это сидеть на кровати и смотреть в окно. Ну или перечитать "Витю Малеева" в третий раз. Промаявшись целый день, он уснул.

Громкий шум разбудил его около полуночи. Хотя он не знал точного времени, но ему нравилось думать, что сейчас именно полночь, звучало очень таинственно. На соседней кровати сидела испуганная девочка. Её темные волосы были заплетены в две уже растрепанные косы, украшенные белыми капроновыми лентами. У Сережиной мамы были такие же в детстве, он видел на фотографиях.

Конец ознакомительного фрагмента.